Чёрная полоса (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А как удобнее вам? Мне–то абсолютно всё равно.

После продажи дома и остатков имущества родителей Элизабет у меня с собой было много наличности, и переводить её на свой банковский счёт я как–то не собирался. Несмотря ни на что, доверие к орденскому банку у меня так и не сложилось. Вернее, я и раньше не доверял банкам вообще, предпочитая наличные.

— Лучше чеком, это как раз несколько связано с моим неудовольствием, — заметила явно повеселевшая тем, что её внимательно слушают, продавщица.

— Не вопрос, — достав свой «АйДи», выписал чек на требуемую сумму со своего счёта.

— В общем, история этого браслета связана с моим бывшим парнем, — сдвинув длинную чёлку с правого глаза и глубоко вздохнув, начала свой рассказ Алиса. — Он женихался ко мне и собирался сделать мне дорогой подарок к моему восемнадцатилетию, дабы подтвердить серьёзность своих намерений. Я девушка правильная, кому попало на шею не бросаюсь, да и мой отец, не последний человек в Порто–Франко, не разрешил бы мне связаться с первым встречным. Вот Льюис — тот самый мой бывший парень, и купил у мастера–ювелира для меня этот браслет, как он хвастался, аж за три тысячи экю. Врал, наверное, но это уже не важно. Незадолго до моего дня рождения мы с ним поссорились. Он был сильно пьян, когда заявился ко мне, хотел затащить меня в кладовку, ударил по лицу и порвал платье, в общем, я решила с ним больше не встречаться и отвергнуть все его последовавшие извинения. Если он не способен держать себя в руках, как я буду с ним жить? Да и вообще в последнее время он слишком часто стал наливаться пивом, а то и чем–то более крепким. Он походил вокруг меня ещё какое–то время, всякий раз получая отказы с моей стороны, а затем решил отомстить, продав этот самый браслет через нашу магазинную комиссию. Специально чтобы мне было особенно обидно, ибо мне самой его придётся продавать. Я бы отказала ему в этом, но моя мать, хозяйка магазина, не позволяет мне смешивать личные проблемы с делом. Отец бы меня поддержал, но он тогда отсутствовал в городе. Сначала браслет выставили за три тысячи, но я, как вы точно заметили, специально сделала так, чтобы он не выделялся и им никто не заинтересовался. Через полгода цена постепенно опустилась до нынешних семисот экю, что почти соответствует его цене, если продавать через ломбард по цене золота и минимальной за камни. Мне хотелось постепенно опустить его цену ещё ниже, в этом и состояла идея моей маленькой ответной мести Льюису. Ещё сотню экю через месяц вполне можно было скинуть. Но вы поверьте моему опыту, эта вещь уникальна и стоит больше минимум раза в два, чем вы её сейчас купили. Вот вам визитка мастера, он иногда продаёт через наш магазин некоторые свои работы, — девушка протянула мне плотную простую визитку с адресом. — Он обычно работает только под заказ, но если вам что–то реально надо, попросите его от моего имени, возможно он вам покажет то, что у него придержано не для всех.

— Благодарю, Алиса, вы мне реально помогли, — выразил на своём лице глубокую признательность. — И пусть удача улыбнётся вам и вы встретите достойного себя молодого человека, — а последней фразой даже заставил немного смутиться.

Убрал коробочку с браслетом в карман и отправился искать здешнего ювелира, вдруг у него окажется что–то более подходящее для подарка Мэри, чем этот браслет. Хотя и на него есть явная претендентка.

Через пятнадцать минут моя рука уже теребила кнопку звонка по адресу, указанному в визитке, и мне долго никто не собирался открывать. Успев отчаяться, собирался уйти не солоно хлебавши, до погрузки машины в порту оставалось не так уж много времени, чтобы его тратить на долгие ожидания непонятно чего, как дверь открылась и я самым откровенным образом уставился на своего давнего знакомого по работе в Старом Мире, пожилого еврея Генриха Моисеевича. А он так же застыл в проходе, немного качая головой, прикрывая при этом то один глаз, то другой, и прикидывая я ли это или не я. Впрочем, когда мы с ним работали на одном предприятии, то никогда особо не дружили, хотя виделись чуть ли не каждый день. Он являлся большим специалистом по оптике, а я занимался станками, потому по делу пересекались нечасто. Разве в домино регулярно играли и я иногда выполнял его указания по перенастройке станков, и кое–что изредка заказывал у него для своих нужд.

— Генрих, морда жидовская, ты ли это? — Перестав играть в гляделки, первым проявил активность, подавая руку для рукопожатия.

— Не Генрих, а Абрам… русская чумазая обезьяна, — ответил он своим скрипучим голосом и крепко пожал мою руку.

— Я тоже теперь Алексом зовусь, Абрам, — выделил голосом его новое имя. — Будем снова знакомы, раз такое дело. В дом пустишь или предложишь тут постоять, дабы у тебя сахару к чаю больше осталось? — Подколол его по старой памяти, припоминая кое–что из нашего совместного общения по работе.

— Хм, Алекс, — моё новое имя тоже не обошлось без явного ехидного подчёркивания, — заходи раз пришел, специально сахару тебе целую чашку насыплю, что бы у тебя внутри всё слиплось. Заодно расскажешь как ты тут очутился. Вот кого–кого, а тебя я тут точно не ожидал увидеть. Ты же совсем нормальным мирным мужиком был, а теперь стал вообще не пойми кто. Смотри–ка даже с кобурой на поясе, небось в Патруле работаешь, орденское жалование проедаешь? — Изобразил он своё фирменное удивление пополам с хитрым ехидством.

— Нет, не работаю, а так, иногда подрабатываю… — немного смутившись, начал оправдываться, входя в дом, следуя за Абрамом. — Недавно оказал им услуги по своему профилю и умению. Электронные системы управления безопасностью ломал после городских беспорядков, вот теперь могу официально носить не опечатанное оружие в городе вроде как в награду за особые заслуги.

— Значит это ты защиту тюрьмы Кипроноса распотрошил? — Вот теперь удивление на его лице самое настоящее.

— Кого–кого? — Далеко не сразу понял о ком он говорит.

— Кипроноса, — пояснил он. — Был тут в городе один, хм, деятель, что б ему в аду сковородку погорячее черти под зад положили и масла погуще налили. Его люди заложников держали. За долги там и просто так, если у кого–то что–то хорошее есть и он этим добровольно делиться не желает. Сын у меня, дурень великовозрастный, у него сидел, как оказалось. Всё пытался меня уесть, больше меня денег для семьи заработать, в долги к этим уродам влез, нет бы у своих людей спросить, к мафиози подался, а после и вовсе пропал. Я его уже мёртвым посчитал, все нервы себе перепортил, а недавно он совсем исхудавший с трясущимися руками домой вернулся и всё рассказал, где был и что потом произошло. Вчера у своих знакомых в Патруле случайно расспросил подробности того дела, вот и знаю теперь кое–что. Значит, тюрьма — это твоя работа.

— Моя, не скрою, — отпираться не имело смысла. — Только вот об этом Кипроносе только что от тебя узнал. Тогда я там вообще надолго не задержался, сделал дело и ушел, сильно противно было там находиться. На мозги давило, короче.

— Хорошо понимаю тебя, — вздохнул старый Генрих—Абрам, — ладно, пойдём на кухню, сейчас заварю чаю, а ты сначала рассказывай, зачем ко мне пришел, дело вперёд, после за жизнь потреплемся.

Мы поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж относительно небольшого кирпичного дома, прошли по короткому коридору пару дверей и оказались в очень уютной просторной кухне. Абрам включил электрический чайник и через пару–тройку минут, разлил кипяток по чашкам. Сахару он действительно в этот раз не пожалел, поставив передо мной изящную стеклянную сахарницу явно ручной работы и блюдце с нарезанным дольками лимоном. Отхлебнув пару маленьких глотков обжигающего напитка, я решил перейти к делу.

— Твоя работа? — Достал из кармана коробочку с браслетом, протянул её Абраму.

Тот сначала сильно напрягся, внимательно смотря на меня, потом вздохнул и посмотрел куда–то в сторону, думая о чём–то своём. И эти мысли явно не доставляли ему особого удовольствия, скорее — пугали.

— Моя, — ответил он через некоторое время, и поднял свой острый и сильно недоверчивый взгляд на меня. — Только не говори мне, что ты его просто купил. Или же ты действительно на Орден работаешь?

— Не работаю, расслабься, Абрам, — постарался передать голосом свой дружеский настрой. — И скажу что действительно этот браслет только что купил. Меня к тебе вообще–то некто Алиса из «Женского Магазина» послала, если ты знаешь кто это такая, даже визитку с твоим адресом дала, — достал из кармана визитку и положил её перед Абрамом, всё ещё недобро смотревшим в мою сторону.

— Знаю эту Алису… — старый еврей сначала немного успокоился, взял в руки совою визитку, повертел её и положил на стол, снова заглянув мне в глаза с явным недоверием. — Но что–то мне совсем не верится, чтобы она тебе могла так просто взять и продать подарок от своего жениха, который тот у меня специально заказывал для неё. Я ведь всегда знаю для кого что делаю, — похоже моя версия событий не прошла даже поверхностной критической оценки.

— Поссорились они, и этот самый «жених» заставил её выставить данный браслет на комиссию в магазине. Чтобы так своеобразно отомстить ей, — мне ничего не оставалось как продолжать гнуть свою линию, рассказывая правду.

— Вот же гадёныш! — Абрам стукнул кулаком по столу, за которым мы сидели, так, что подпрыгнули стоящие на нём чашки. — А выглядел очень респектабельным молодым человеком из хорошей, уважаемой в городе семьи. Тебе, Алекс, я сейчас поверю скорее по старой памяти, но извини, всё равно спрошу Алису, ты так и знай если что.

— Если честно, она просила меня никому не говорить о том, что она рассказала, — ответил глупо улыбаясь. — У меня–то проблем с того точно не ожидается, но как–то нехорошо получится…

— Ладно, я, в отличие от тебя, грубого и неотёсанного мужлана, знаю очень грамотные подходы к молодым девушкам, хе–хе, они мне всё рассказывают и ни на что не обижаются, — Абрам расплылся в улыбке. — Так что не так, по–твоему, с этим браслетом? — Его тон мгновенно посерьёзнел.

— С ним всё так… — поспешил уверить его в отсутствии претензий. — Если не сказать того, что он меня сильно удивил когда я его впервые увидел. Просто он не совсем подходит для той женщины, которой я хочу сделать подарок. Вот и пришел к тебе, узнать, нет ли у тебя случайно чего–либо более подходящего.

— Для кого–либо другого точно не нашлось бы, — Абрам снова повеселел. — Я сейчас работаю только по предварительным заказам, и то не каждый принимаю, но для тебя что–то обязательно найдётся. Из того, что делал, можно сказать — исключительно для себя. У тебя как с деньгами, кстати? — Его знакомый оценивающий прищур стал вдруг особенно хитрым.