— Мисс Хейли Джонс — превосходный библиотекарь, — заверила бабуля Пратт. — Если тебе нужна информация, она может помочь.
Рэй тщетно пытался поднять банку с краской.
— Если поедешь туда, можешь взять последнюю книгу Джеймса Паттерсона?
— Не знала, что ты любишь читать, — сказала бабуля Пратт.
— До сих пор некому было получить для меня книги, — ответил Рэй. — Не был уверен, как отношусь к присутствию живого человека в своем пространстве, но начинаю видеть несколько преимуществ.
Я пригвоздила его взглядом.
— В твоем пространстве?
Он махнул рукой в сторону кладбища.
— Вот мое пространство.
— Не волнуйся, Лорелея, — сказала бабуля. — Мы полностью намерены соблюдать твои правила.
— Рада это слышать, потому что вы знаете, на что я способна в противном случае. — Я не хотела, чтобы мои слова прозвучали так резко, но собиралась донести до них свою точку зрения. Нельзя позволять любопытным призракам бродить по коридорам. Они только доставляют неприятности.
— Тебе нравится читать? — спросил меня Рэй.
— Ты же знаешь, что да, — осуждающе сказала бабуля Пратт. — Это ты рассказал мне об экземпляре "Гордости и Предубеждения", который она держит на прикроватной тумбочке.
Я сосчитала до десяти, поэтому не стала прогонять их прямо здесь и сейчас.
— Я действительно люблю читать, Рэй. — Я запихнула пустую коробку в мусорное ведро. — И прямо сейчас я бы почитала о Фэрхейвене.
— Разве ты бы не предпочла поговорить об этом с мертвыми? — спросила бабуля Пратт.
— Я бы предпочла вообще ни с кем не разговаривать, — многозначительно сказала я.
— В библиотеке есть целый раздел о Фэрхейвене и местных городах, — сказал Рэй.
Ни один из них не упомянул о странных происшествиях, поэтому я решила не поднимать этот вопрос. Я бы предпочла об этом почитать, к тому же у меня все равно есть дело.
Я отнесла клапан в ванную комнату и смогла починить бочок без участия Рэя. Вернулась к половицам, стараясь держать молоток так, чтобы не вызвать дух старика.
Стук во входную дверь заставил меня вздрогнуть и чуть не ударить себе по большому пальцу. "Это привело бы Рэя в восторг", — подумала я про себя, открывая дверь. Я не могла себе представить, что кто-нибудь в здравом уме зашел бы в это место без предупреждения. Наверно, я была слишком дружелюбной в "Хьюитте". Теперь люди примут меня за кого-то отзывчивого.
На пороге дома стоял молодой человек. Лет двадцати пяти. Я бы сказала, что он достаточно привлекателен, хотя слишком молод для меня. По моим подсчетам, такой возраст недалеко ушел от подросткового периода.
При мне он быстро заморгал.
— Добрый день, мэм.
— Мэм? — Ему повезло, что я больше не держала молоток. — Ты ожидал кого-то другого?
Он тяжело сглотнул.
— Кого-то постарше, наверно.
Не смогла решить, приемлемый ли это ответ.
— Чем могу помочь?
— Не знаю. Надеюсь, что можете, но будет звучать довольно безумно, если только это не правда. Тогда прозвучит вполне благоразумно.