«Ладно, — решила она, оглядывая фронт работ. — Раз секса не будет, то хоть порядок наведу. Не зря же я нацепила эти чёртовы перчатки!»
И чутка агрессивно схватила тряпку. Подойдя к кухонному столу, будто у неё были к нему с десяток претензий, принялась его грубо протирать. Тот блестел чистотой, на нём не было ни единой крошки, но Газуля, скривив губы, упорно водила тряпкой по поверхности, бормоча себе под нос:
— Ага, конечно! Уборка ему нужна! Да тут идеальный порядок! Прямо как в операционной! Скукота! Никакого простора для творчества!
На плите — ни одного пятнышка, в раковине — ни одной грязной тарелки. Газуля открыла холодильник — идеальный порядок: продукты аккуратно разложены по полочкам, никаких просроченных йогуртов или забытых кусков сыра.
— Ну конечно! — злобненько хмыкнула она. — Блондиночка небось постаралась! Интересно, она ему ещё и носки гладит⁈ И трусы крахмалит⁈
И прошла в гостиную. Там её ждало тоже самое — идеальная чистота. Ни пылинки на полках, ни соринки на полу. Диван аккуратно застелен пледом, подушки ровно сложены в углу. Газуля даже присела, чтобы заглянуть под диван — вдруг там хоть что-то найдется. Но нет, и там было чисто.
— Ха! — злорадная улыбка расплылась на её лице. — Вот оно!
Схватив соринку двумя пальцами, она, наконец-то ощутила, что эти чёртовы розовые перчатки надеты не зря! И принялась энергично протирать полку.
— Вот так, — бормотала она себе под нос, — Вот так вот…
Джудит уже представляла, как сейчас устроит этому… чистюле! Генеральную уборку, вымоет все полы, протрёт зеркала, перестирает все его идеально сложенные футболки…
— Эй, Газуля! — раздался из «игровой» возглас Димки. — Там чё-то кипит!
Газуля вздрогнула и резко повернулась.
— Доширак! — вскрикнула она, бросая тряпку и мчась на кухню.
По пути сшибла ведро с водой в гостинице. Лужа растеклась по всему полу, зацепила ковёр.
— Гадство! — прошипела девка и забежала на кухню, замерев.
Из кастрюли, стоящей на плите, валил густой, зловонный дым.
— Да плин! — Джудит подбежала, приподняла крышку, осторожно заглянула внутрь.
— О, боги… — сморщилась она от отвратительного запаха. — Это же полный пипецопокалипсис! Чё терь делать⁈
Лапша превратилась в слипшуюся, обугленную массу, бульон выкипел, а дно кастрюли, казалось, намертво прикипело к плите.
— И как я могла так облажаться… — Газуля поджала губы. Она же — правая рука Седовласой! Гроза криминального мира! А тут — не смогла сварить проклятый доширак!
— Ну где моя лапша⁈ — раздался нетерпеливый голос Димона.
Газуля, сглотнув, направилась к нему.
— Господин… — начала она неуверенно ещё из гостиной. — У меня печальные новости. Ваш доширак… его… его не спасти. Он отправился в Вальхаллу лапши быстрого приготовления. Погиб смертью храбрых, защищая дно кастрюли от пригорания.
Она сморщилась и хлопнула себя ладонью по лбу, понимая, что несёт какую-то чушь! Но от нервов проклятый язык заплетался!
Димитрий выглянул из игровой, брови недовольно нахмурены.
— Что значит «не спасти»? — спросил он. — Ты его спалила?
— Ну… не совсем спалила, — пробормотала Газуля. — Он скорее, э-э… мутировал! Да! В нечто непригодное для употребления в пищу!
— Пойду гляну, — Димка пересёк порог гостиной.
— Постойте! — вскрикнула Джудит. — Тут скользко!
И бросилась к нему, чтобы предотвратить катастрофу, но сама поскользнулась на мокром полу.