– Правило номер четыре, – подхватил я, крутя в руках игровые картриджи для приставки Atari 7800, прежде чем Ренцо продолжил говорить, – выходить на улицу запрещено. Я не хочу этого делать. Ни за что. Ты видел, какое все там ужасное?
– Пауки?
– Да не только, – кивнул я. – Конечно, наш городишко – та еще дыра, но то, что я видел из окна в том мире, еще хуже. Хоть пытай меня, я нос на улицу не высуну.
– Договорились. Может быть, позже.
– Правило номер пять, – продолжал я, окрыленный одобрением Ренцо, – никогда не разделяться. Нужно держаться вместе. Как Балбесы, как Охотники за привидениями, как Фантастическая четверка!
– А мы всего-навсегда два лоха!
– Ага!
Мы захохотали, и я плюхнулся на стол перед консолью, а Ренцо – на матрас. Он хотел было стукнуть меня Хи-Мэном, но я успел увернуться.
– В лучшем случае мы похожи на Лорела и Харди!
– Лорел и Харди были лучшими друзьями, хотя постоянно собачились из-за пустяков.
– Как и мы! – парировал Ренцо.
– Кстати, – вспомнил я, когда приступ нашей дружеской любви закончился. – Оружие! У меня много свистящих петард, шутих, Магнума, бенгальских огней, и еще на Рождество мне подарили денег… Ты сколько накопил?
– В этом году мало. Двадцать тысяч лир.
– Я ненамного больше, но можем купить вскладчину несколько основ для бомб у Пикко. Ты за?
– Конечно! Может, я смогу стащить пару ножей с кухни.
– Было бы отлично! Я возьму фонарик…
Правила и снаряжение мы обсудили. Оставалось только назначить день экспедиции.
– Когда пойдем? – спросил я.
– Идеально – в субботу, сразу после обеда, тогда будет много времени до вечера. Приходим из школы, обедаем, а около двух встречаемся в подъезде. И вперед! Годится?
– Ладно. Правда, мои родители могут отправить меня навестить бабушку, ее завтра выписывают. Но я чего-нибудь придумаю – скажу, что в понедельник у меня контроша, надо готовиться.
– Супер.
Мы записали правила и снаряжение, а потом стали играть в Asteroids, уничтожая межзвездные болиды и НЛО. В третьем раунде я втиснулся на своем космическом корабле между двумя мелкими астероидами, но тут же врезался в третий, персикового цвета.
– Тебе конец! – хмыкнул Ренцо, перебирая пальцами по клавишам на джойстике.
Неприятным эхом слово отдалось в груди, а потом и в голове.
– Слушай… думаешь, это опасно? В смысле, вернуться туда…
Ренцо поставил игру на паузу и улыбнулся своей неизменной решительной кривой улыбкой.
– Конечно. А иначе в чем смысл? – заявил он.
Разве я мог с ним не согласиться?
Следующие несколько дней прошли в томительном ожидании. Школьные занятия тянулись с безжалостной медлительностью, а по ночам я просыпался от кошмаров, которые тут же забывались.
В среду мы встретились с Лукой и Джузеппе. У него все никак не проходила сыпь от ветрянки. Мы играли в снежки во дворе, пока Джузеппе в подбородок не прилетел кусок льда, и он не убежал, рыдая и проклиная нас на диалекте.