— У нас нет той, кого вы ищете. Она скрывается на мельнице вместе с другими беженцами.
— Брехня, — отмахнулся командир. — Мы уже ее проверили, там пусто.
— Потому что вы не знали где смотреть. Эта мельница — гордость такурата, в ней легко спрятаться.
Хё зарычал, сжимая кулаки. Его, вспыльчивого и слишком уж молодого для командования войсками, злило всякий раз, когда кто-то бросал вызов его словам. Так и сейчас юноша, стоящий перед ним, не старше него самого, заявлял, что кардиец не прав.
— Чего ты хочешь? — раздраженно спросил он принца.
— Гарантий безопасности для моих людей, — спокойно ответил Ин. — Вы заберете девушку и покинете наши земли.
Не говоря ни слова, Хё взмахнул рукой. Пара щелчков, короткий свист, и кардийцы быстро организовались в отряд, окружая принца.
— Покажи им! Если не соврал — будь по-твоему.
Ин поклонился и, высоко подняв над головой фонарь, повел кардийцев к мельнице, затянутой едва заметной дымкой мучной пыли.
Харита накинула на грудь длинный канат, привязала на каждую ногу по ножу, скрыв их под штанинами комбинезона, на пояс — короткий меч. Наконец, она подняла дельтаплан, удерживать его на весу ей помогали плотники и капитан Гарт. Последний штрих — коктейль молотова, привязанный к ней на свободный узел, который она могла бы развязать, дернув за длинную нить зубами.
— Услышьте меня, несчастные! — громко воскликнула она. — Ибо вы сбились с пути!
От волнения в голову лез исключительно всякий бред. Речь должна была вдохновить людей, но звучала как нелепая проповедь.
— Вы не желаете признавать своего господина, не верите ему?! Вы полагаете, что он недостоин управлять вами?! Так услышьте: я, Харита из дома Артанитов во всеуслышание признаю Ина из дома Янцар законным господином этого такурата и всех душ, что живут здесь! Смотрите же, своими глазами узрите силу моих слов!
И она побежала. Вместе с ней побежали вперед и мужчины, поддерживая дельтаплан. От скорости он стал легче, ветер мягко подталкивал крылья из матерчатой ткани, приподнимая их. Конец крыши все ближе, с каждым шагом сердце билось все сильнее. Харита прикусила конец шнура, прыгнула, отрыв. Белые крылья разрезали темноту ночи, и яркий огонек горящей под ней бомбы осветил летящую над городом девушку.
Кардийцы, услышав шепот внутри мельницы, ворвались внутрь. Приказ за приказом, они стали рассредотачиваться внутри, обыскивать ее, отбиваться от полетевших их в лица птиц. Ин закончил заклинание, корни обвили его ноги, быстро утягивая под сырую землю.