— Не, — на полном серьёзе ответил Вадим. — Она какая-то… Крипово!
— Верно, не по зубам тебе, — вздохнул я и пошлёпал по полу к маленькому холодильнику, достал бутылку воды. Откупорив, осушил половину и, избавившись от хрипоты, спросил: — И что ты от меня хочешь? Благословения? Или разрешения? Ни того, ни другого не жди. Я предупреждал, чтобы ты никому не говорил, где я остановился.
— Бро… — обречённо вздохнул он.
Последующее молчание было зловещим. Я со стуком отставил бутылку и спросил:
— Что?
— Сорян, — виновато протянул он, и в этот момент раздался требовательный стук в дверь.
Я выругался и, не слушая его сбивчивых извинений, отключился. Воздел глаза к небу, но на потолке не было написано, как избавиться от одной наглой москвички. Недотрога продолжала барабанить в дверь, не переставая. Я глянул на часы — на отдых оставалось два часа. Если потрачу их на то, чтобы выпроводить настырную девицу, ночью буду не в форме. А этого нельзя допустить.
Я вернулся к дивану и улёгся, накрыв голову подушкой так, чтобы не слышать шума. Мне было не до выяснений отношений с этой пустышкой. Обиделась, что я испортил дорогую вещь? Так первая начала. Мне приходится ездить с козлом на капоте, все знакомые от смеха плачут. Пусть хоть костяшки себе в кровь сдерёт! А я спать…
Проснулся от будильника, и, похоже, тот уже давно пиликал. Глянув на время, чертыхнулся и, подорвавшись с дивана, схватил джинсы. Прыгая, спешно натянул их, потом футболку. Схватил косуху и выскочил из вагончика. Захлопнул дверь и, запирая её, вдруг увидел девушку.
Недотрога, подложив под попу картонку, сидела на верхней ступеньке железного крыльца. Прислонившись к косяку, девушка прижимала к груди рюкзачок и, приоткрыв губы, сладко посапывала. Сегодня на москвичке, зачем-то приехавшей покорять глубинку, были яркие гетры, кожаные шорты и огромный свитер, в котором она смотрелась миниатюрной куклой.
Я наклонился и осторожно отвёл волосы, освобождая её лоб. От ушиба почти не осталось следа, так чего ей от меня надо? Неужели так сильно жаждет извинений, что готова сторожить у моей двери, будто собачонка?
— Глупышка, — цыкнул я и бегом направился к спрятанному в кустах мотоциклу.
Надев дедовский шлем, завёл «рогатый» байк и понёсся в ночь. Опозданий Клоун не любит, а я уже задерживался минимум на полчаса. Наверняка лишит части обещанной суммы. Надежда оставалась лишь на чаевые. Придётся постараться, и всё из-за этой упрямицы.
Уже подъезжая к клубу, я ощутил приближение беды. У входа не толпился народ, как было почти каждую ночь, и Диман с Вано, местные вышибалы, явно скучали. Я прошёл внутрь, прислушиваясь к странной тишине. Обычно здесь полно народу, но сегодня занято от силы три столика.
У пустой стойки на барном стуле сидел хозяин. Среднего роста, широк в плечах, седые вьющиеся волосы, и стального цвета глаза. Не знаю, почему его позвали Клоуном, он никогда даже не улыбался. Заметив меня, опрокинул стакан и со стуком поставил на стойку.
— Где парни? — поинтересовался я.
— Леон в гипсе, — со злостью выплюнул Клоун. — Ваську порезали. Честно говоря, я и тебя не ждал. Думал, валяешься в какой-нибудь канаве кишками наружу…
Скрипнув зубами, я подхватил свою гитару, что дожидалась меня в углу.
— Я на сцену.
— Без барабанов и клавишных? — выгнул бровь Клоун.
— А ты хочешь сдаться? — ответил я вопросом на вопрос.
— Ублюдку, который грязно играет? — сузил он серые глаза.
— И я про то.
Поднялся на небольшое возвышение и, мазнув взглядом барабанную установку, повернулся к микрофону. Мне отчаянно нужны эти деньги, и я их заработаю. Посмотрим, на что способен только мой голос и гитара. Как всегда в момент первого аккорда по венам будто прокатывался огонь, всё во мне начинало звенеть и звучать. Я сам становился музыкой, растекался по воздуху звуковыми волнами и растаял в свете софитов.
И пусть первые две композиции слушали полтора землекопа, но к третьей в клуб завалилась стайка симпатичных девчат, а это означало одно — скоро тут будет яблоку негде упасть. Сделав заказ, девушки вышли на танцпол, и я подыграл, исполняя самые популярные композиции.
К рассвету, уставший, но довольный, я пожал руку Клоуну. Хозяин клуба не только не стал вычитать из гонорара за опоздание, но и выдал мне всю сумму, на которую мы договаривались втроём. Сунув пачку купюр в карман, я направился через чёрный выход к своему мотоциклу, но в сумерках улицы замер от нехорошего предчувствия. У моего байка мелькнул огонёк сигареты, а потом раздался угрожающий рык:
— Аид предупреждал, что случится, если снова будешь петь у Клоуна?
Глава 6. Виолетта
Я проснулась резко, будто от толчка, и непонимающе осмотрелась в окружающей меня темноте. Над головой раскинулось равнодушное небо, белым пятном повисла унылая луна, свет которой вырывал из ночных теней ржавые остовы машин, напоминающие полуразвалившиеся скелеты динозавров. Забытая коммунальщиками окраина этого захудалого городка, куда меня привёз таксист, была завалена мусором.
— Что я здесь делаю? — прошептала и с ненавистью глянула на запертую дверь, за которой скрылся придурок, по чьей вине завтра я получу первую в жизни двойку. — Вот же козёл!