Только об одном и думала: скорее бы назад! Будто уже вечность прошла с тех пор, как я последний раз видела Тариса… Считала, как дурочка, часы, а потом и минуты до возвращения в лагерь.
А в лагере нам выставили оценки, торжественно произнесли закрывающую практику речь и отправили обратно в академию.
Так вот и начался совершенно новый этап моей жизни. Не в последний день на опушке Шаударского леса, а в той охотничьей избушке, где я была счастлива так, как еще никогда в своей жизни…
Надо сказать, что при всей моей деревенской закаленности возвращаться из полевых условий в общежитие — оказалось сказочно приятно!
Первое, что я сделала после того, как воодушевленно потискала вышедших в гостиную соседок, это залезла в ванную! Тем более что Элифиса, после того как довольно радостно меня обняла, практически сразу сморщила изящный носик и заявила:
— А ну быстро купаться! Можешь даже взять мою косметику. Или у тебя уже есть своя?
— Разумеется нет, — фыркнула я в ответ, отлипая от нашей красотки и переключаясь на Каролину. — Я сурово пользуюсь хозяйственным мылом, как и завещала моя прабабка! Не чаще трех раз в год, так как постоянно мыться вредно.
— Шутница, — улыбнулась Кари, крепко сжимая меня в объятиях. — И не слушай Фиску, нормально от тебя пахнет.
— От девушки должно пахнуть кремами и духами, а не здоровым юношеским потом, пусть и свежим, — отрезала Элифиса. — Ну и я скорее о том, что у Хелли все лицо обветрилось за практику. В общем, пойдем, покажу тебе, с чем ванну принять, а что после на себя намазывать!
Таким аукционном невиданной щедрости со стороны соседки надо было пользоваться, потому я бросила в комнату рюкзак, схватила сменную одежду и поскакала купаться. Ну и, если честно, мне хотелось воспользоваться всем этим еще и потому, что мы с Тарисом договорились вечером встретиться в парке. Он будет выгуливать рысенка, а я себя! Хотя я и по Шерику сокучилась, конечно. И вот так вот типа случайно два одиночества встретятся.
А если одно из них будет такое все свежевымытое, кремами намазанное и вообще всесторонне хорошенькое? Интересно, как он отреагирует? Я же действительно никогда не пользуюсь даже уходовой косметикой. Только вот Фиса меня однажды красила, и тогда я была ух! Не деревенская простушка Хелли, а очень даже герцогская невеста Хеллиана!
За пеленой всех этих мыслей и мечтаний слова соседки долетали как через накинутое одеяло.
— …Это вот в ванну, подождать, пока растворится. После того как вылезешь — вот этот крем на тело, а вот этот — на волосы. Буквально горошинку растираешь между ладонями и не смывать. Эй, Хелли, ты вообще меня слушаешь?
— Да! — клятвенно откликнулась я. На самом деле уже сейчас не уверена, что тут надо в ванную насыпать, а что на волосы… Но спрашивать у злобно прищурившей глазки Фиски не хотелось, а ну как покусает?
— Ну хорошо. А теперь самое сложное — лицо.
И снова целый список. Сначала это, потом это, после то… Под глаза одно, на глаза другое, и не забыть шею…
— Тяжкий это труд — быть красивой! — резюмировала я, когда соседка закончила.
— Зато благодарный, — хмыкнула Элифиса. — Твое лицо — это то, что всегда с тобой, Хелли. Как и мозги и навыки. Ко всему этому надо относиться со вниманием и уважением, как к ценным инструментам. Ты же не будешь позволять мозгам ржаветь и сидеть без дела?
— Нет, конечно! — возмущенно отозвалась я.
— Вот и лицу нельзя позволять скукожиться как пятке. Все, отдыхай, отмокай. Потом приходи в гостиную на чай, расскажешь, как прошла твоя практика.
Я кивнула, прикинув, что на мыльно-рыльные мероприятия и на общение с подругами у меня есть часа три точно. Хватит!
Фиса вышла, а я открыла вентили, чтобы наполнить ванную, и сбросила одежду.
Следующий час был посвящен телесным удовольствиям. Горячая ароматная вода ввела меня в некоторое подобие транса. Я лежала, улыбалась, ощущала, как расслабляются натруженные за практику мышцы, и вспоминала-вспоминала-вспоминала.
Разумеется, перед внутренним взором рисовались только сцены с Тарисом, а не особенности уничтожения виоскары или боевые характеристики переродившихся леших Шаударского леса. Как их там — кишалсов…
Здравая мысль о том, что я слишком много думаю о любви и отношениях, мелькнула и пропала. Мне было так невозможно хорошо, что я просто-напросто не желала думать о плохом. В конце концов, я же не на лекции в облаках витаю, правильно? Я девочка, а девочка может позволить себе помечтать в наполненной пеной ванне!
Выбравшись из нее, я, напевая, намазалась всем, чем рекомендовала Фиса, параллельно дивясь тому, какой мягкой и шелковистой становится кожа. Заглянув в зеркало, обнаружила там свежую, цветущую мордашку, и в голову поневоле закралась мысль о том, что соседушка-то права. Надо обязательно спросить, где брать эти чудо-притирания! Самой же от них приятно потом!
— С легким паром! — пожелала мне Каролина, как раз расставлявшая на столике вазочки с печеньем. — Иди к нам, как раз чай заварился! И мне тут бабушка варенья прислала!
— А я эклеры купила, — внесла свою лепту Элифиса.
— Купила?! — в деланом шоке округлила глаза Кари. — Тебе перестали их таскать пачками поклонники?
— Популяция поклонников резко сократилась, потому приобретаю сама, — улыбнулась в ответ Фиса. Как-то так печальненько улыбнулась…