— Мистер Стоун благородно уступил меня вам, мисс, потому что чувствует за вас ответственность, — назидательно, но по-отечески добро возражает водитель. — А машин у него хватает.
Домой мы едем в тишине. Невольно размышляю о том, чем сейчас занят мой босс.
Квартира встречает гнетущим молчанием. Майк действительно уехал, как и обещал. Открытая дверь гардероба уныло демонстрирует содержимое своего нутра, вещи беспорядочными кучами грустно поглядывают с полок. Даже немного с осуждением. Прекрасно! Даже они против меня! Набираю номер Джесс и обреченно падаю на кровать.
— Мне нечего надеть! — вместо приветствия протягиваю я в трубку.
— Если одежда в шкафу твоего размера, а не на пару-тройку меньше, тебе определенно есть что надеть!
— Размер одежды — это только половина успеха, — мой голос совершенно не такой позитивный, как у Джесс. — Боже! Да я не ходила на танцы целую вечность! Нет, ты меня слышишь? Я даже называю это «танцами»! Я дряхлая старуха! И мне нечего надеть!
— Старуха в двадцать семь, — хихикает Джесс, — скажешь тоже!
— Учитывая, что последний раз я посещала подобные мероприятия примерно… миллион лет назад, я — она и есть.
— О-о-о, это же тогда, когда я носила на себе плоский живот и понятия не имела, что такое растяжки, — протягивает Джесс задумчиво.
— Очень давно, — выдыхаю я и слышу хохот в трубку.
— В прошлой жизни! Ладно, теперь о главном. На чем в итоге закончился разговор с Майком?
Меня передергивает. Разговором это можно назвать разве что с натяжкой. Скорее, это была проповедь о высокой морали. Очень в духе Майка.
— На том, — я устало потираю переносицу, — что нечего мне делать в этом притоне, и что если моя нога ступит на порог этого заведения, то он больше не знает, кто я вообще такая.
— Будто бы знал! Он настолько не уверен в себе, что готов запереть тебя дома, лишь бы ты не показывалась на глаза другим людям.
Я прекрасно понимаю, что Джесс недолюбливает Майка. Так было с самого начала, и наши с ним отношения длиною в три года существенно ничего не изменили. Она никогда не говорила об этом открыто, но и не скрывала, что хотела бы видеть рядом со мной совершенно другого человека. Я так и не решилась сказать подругам про предложение: услышать то, что они думают по этому поводу, я пока не готова. Джесс всегда посмеивалась над нашим образом жизни и шутливо корила меня за то, что позволила себе попасть в плен чипсов и сериалов на диване.
«Ты яркая птичка, Лиззи, — любит говорить она, — если уж клетка, то из золота, с дверцей, открывающейся изнутри.»
Майк же, по ее мнению, запер меня от всего мира внутри съемной квартиры, с телевизором и едой в коробочках. Но кажется, я была не против. После бесконечного трудового дня, единственное что нужно — еда, мужское плечо и глупые фильмы. Разве не это называют настоящей взрослой жизнью?
В пылу ссоры Майк заявил, что поход в клуб станет последней каплей в наших отношениях. Я не решилась выяснять про эти самые капли, да и про отношения тоже. Со всеми проблемами будет разбираться Лиззи из завтра. Здоровая логика нездорового человека. Но приходится работать с тем, что имеем.
— А Маринн ты тоже позвала? — голос Джесс звучит фальшиво-скучающе. И кого она пытается обмануть?
— Как будто у меня был выбор, — бурчу я в ответ, — она позвонила сразу, как только узнала о том, что меня повысили. Я уже даже не пытаюсь понять, как она вообще узнаёт обо всем, давно чешутся руки пройтись по дому в поисках жучков. Маринн, конечно же, настояла на своём присутствии сегодня.
Джесс на другом конце провода издаёт протяжный стон.
— Значит, вчетвером…
— Да ладно тебе, в конце концов, мы дружим с начальной школы! Куда мы без неё?
— Например, в клуб? — с надеждой в голосе произносит Джесс, а я от души хохочу.
— Все будет хорошо! По крайней мере, она — весёлая подруга.
— Ты действительно думаешь, что я, оставив дома своих отпрысков на мужа и вырвавшись в свет впервые за, мне кажется, век, буду скучной подругой?! Ты серьезно вообще?! Я намереваюсь танцевать до третьего обморока!
— Уже жду вечера! — улыбаюсь я в трубку. — Так что же мне всё-таки надеть?
— Улыбку для начала. Остальное, в принципе, не важно.
Джесс внезапно отвлекается, убрав телефон в сторону, громко призывает разбушевавшихся детей к порядку и как ни в чем не бывало возвращается к разговору.
— Ты сегодня самый прекрасный человек на этой земле, милая, даже в джинсах.