Строителей и герольдов не видно, из целителей только магистр Руст. Значит, остались только свои.
Вещи в Академию я уже отложила, осталось все собрать, привести себя и комнату в порядок. Через полчаса выскочила к столу.
– Всем привет!
– Привет засоням, – улыбнулся Егор.
– Ага, простите… кто у нас самолет в Академию?
Магистр Руст поставил руку на локоток, как школьник:
– Я. Везде с вами. Пока до лета, а там… посмотрим.
Урфин ухмыльнулся.
Обедали не торопясь, но все успели. И собраться, и в море сбегать, и соль смыть. Елена Ивановна наложила нам полный пакет с домашней едой, хоть Урфин и намекал, что с питанием в Академии теперь гораздо лучше.
Я прикидывала, что докупить Мишке из одежды, деньги есть, у меня и у Оли свои счета открыты. На одежду и обувь точно хватит и Мишке, и Елене Ивановне. И Егору надо обувь в запас. Придется еще уточнить, взял он с собой теплую куртку, или нет… и надо попасть на холм с грибами…
– Быстрицкая! Что вы опять считаете?! Куда смотрят призраки рода… вы приготовили свои вещи?
– Спасибо, что напомнили, магистр Баршап!
Точно, надо на всякий случай с призраками поговорить. Может, здесь их еще нет, но вдруг есть?
Я понеслась в подвал и забежала в последний отсек:
– Мы с Олей возвращаемся в академию. Если вы здесь, пожалуйста, присмотрите за нашими близкими, это самое важное для нас. Вдруг пираты заинтересуются островами рода, тем более, что маяк заработал, а подобающей охраны еще нет. Но мы больше надеемся на вас, чем на боевиков, даже если они появится. И еще… учебников для меня нет. Не учат первородную магию, как самостоятельную дисциплину. А среди вас должны быть такие маги! Помогите мне с наставником, прошу вас. Иначе зачем я тут, зачем мне уникальная магия такого прославленного рода?
И сразу выскочила, чтобы призраки не почувствовали мою откровенную лесть.
Хотя… насчет рода действительно ничего не знаю, Таранский обещал подобрать мне хроники.
А вот то, что магия уникальна, ни на волос ни соврала. И в двухтомнике с парочками есть довольно большой и подозрительный раздел под названием «Исключения из правил». Обычная магия состоит из знания определенных слов, положенных на точные жесты. При этом возможности мага опираются на величину резерва и умения быстро восстанавливаться, что достигается колоссальным количеством тренировок и длительным опытом.
«Исключения» предполагают тот же путь, но в критической ситуации маг не успевает проговаривать тексты и демонстрировать жесты, зато он абсолютно точно представляет конечный результат.
Когда мы пишем, мы не вспоминаем пошагово правила родного языка. На определенном этапе вырабатывается, так называемое, грамматическое чутье, которое не позволяет написать слово неправильно. Думаю, что есть и магическое чутье. Но сколько усилий придется приложить, чтобы достичь такого уровня в совершенно незнакомой дисциплине. А вот интересно, те мячики, что мы кидали на боевке у магистра Баршапа…
– Быстрицкая! Мы ожидаем только вас.
И не вспомнить просто так!
Проректор, ой, уже ректор, цапнул Олю за руку, я Егора, и мы шагнули за целителем. Оказались в том же зале, откуда и переносились.
– Быстрицкая, отведите брата к себе, я чуть позже к вам загляну.
Отлично! Конечно, Егор здесь где-то жил, но я бы хотела увидеть его жилье своими глазами.
– Магистр, – окликнули ректора, – простите, но мы ждем вашего помощника, у нас много вопросов!