Зато со мной оставался Егор. Компьютерные курсы, на которых настояла мама, он закончил, но на работу официально не устроился, а здесь в него мертвой хваткой вцепился эльф.
На удивление, провожать мою семью, появившуюся всего месяц назад, собралась целая толпа.
Герцога-дядю знали все, жены уже нет, а его сына я видела в Академии.
Эльф прибыл с Еленой Ивановной.
Таранский вообще всем давно примелькался.
С группой целителей всех познакомили, раньше я встречалась только с тем, кого так неожиданно поймала, магистром Рустом. Целители горячо что-то говорили отцу, он отнекивался, пока мама не положила ему руку на локоть, и отец задумался.
Девчонки соображали, понадобятся им дома купальники, или нет, решили оставить, потом передумали и носились от дома к собранным рюкзачкам и чемоданам, туда-сюда.
Мишка уговаривал Рыжика спокойно постоять минуточку, чтобы нацепить ошейник, который его, несомненно, украсит и придаст вид воспитанного пса.
Егор с Таранским бегали с пультами в руках, я знала, что они вот-вот впервые подадут сигнал на маяк. Ожидали, чтобы солнышко опустилось вот туда, и мы увидим лучи маяка.
Все были при деле, кроме меня и Насти, но ей тоже некогда, она ждет Урфина, вдруг он договорится с портальщиками и появится попрощаться.
Межмировой портал строили единицы, а в пределах одного мира найти обычного портальщика вполне реально.
Настя ждала, ждала и дождалась. Урфин появился.
Но не один, с ним двое незнакомых дядечек, интересно одетых в одинаковые красные мундиры с какими-то аксельбантами: полы кителя расклешенные, белые кружевные рубашки застегнуты под горло, штаны в обтяжку, башмаки с загнутыми носками.
Такие костюмированные дядечки, с папками в руках.
Папки открывались по очереди, но я обиделась первая, потому что меня первой и пригласили.
Нет, но те, кто жил в этом мире и знал, что последует, могли нас предупредить? Действительно, и почему это вдруг так много народу собралось на проводы!
Получать официальные бумаги при свидетелях, заслуживающих доверие, о том, что графине Наррац принадлежит одноименный остров, я подошла в джинсах и красной футболке с портретом сурового мужика, рассматривающего всех в прицел винтовки.
Оля выглядела еще импозантней – ее джинсы имели шикарные дыры на коленях, а голубенький топик едва прикрывал графский пуп.
Первый дядечка, видать, переводил дыхание от нищеты графинь, и баронскую собственность зачитал второй герольд.
Пригласили моих родителей.
Отец пропустил маму вперед, и правильно, она выглядели, в отличие от нас с Олей, вполне прилично. По крайней мере, не в штанах, а в юбке, блузе и босоножках. Отец в джинсовом костюме, и я порадовалась, что не в спортивных шортах, а мог бы, он в них бегал по утрам! Баронетами огласили взрослых наследников, Настю и Егора, а мелкие, вероятно, подразумевались по умолчанию, их даже не приглашали. И слава Богу, потому что Мишка никак не мог расстаться с Рыжим, так бы и вышел.
Все нам похлопали.
Таранский попросил минуту внимания и замахал Егору, сразу убежавшего на крышу нашего дома. Какой принцип действия маяка, не знаю, даже не лезла, помню, парни говорили, что он опознавательный, а не створный, и все.
Солнце еще не упало в море, а прощалось с уходящим днем, играя красками, и тут маяк, нет, МАЯК выбросил четыре луча в разные стороны, два желтых и два синих, и они медленно закрутились, как лопасти вертолета, постепенно набирая скорость!
Строители закричали и захлопали, мы услышали на расстоянии.
У нас все подхватили, Рыжик лаял и носился. Таранский не выдержал, и у маяка расцвел белоснежный салют.