– Нет, как раз не идиот. Обычный вор, – лениво объяснила я, разглядывая трещинки на потолке.
– Как это?
– При мне маги из академии элиты сказали, что денег на ремонт они дадут. Теперь читай внимательно, видишь, написано – ущерб нанесен {законченному} ремонту. На самом деле ремонта там не было: когда я бегала и стучала, прекрасно видела облезлые стены. А теперь, судя по приказу, он хочет еще раз получить деньги, причем серьезную сумму. То есть за один ремонт, и то не факт, что до него в конце концов дело дойдет, он получит деньги три раза: за тот ремонт, которого не было, от магов элитной Академии, и от меня. Себе в карман.
Таранский хотел что-то сказать, но опять посмотрел на приказ... и промолчал.
Я прислонила подушку к стене и села.
– Наташ, должны же быть записи, документы!
– А зачем документы? Оказывается, он вообще никому не отчитывается. Наверное, у него и финансиста нет. Скажет – был шикарный ремонт. И найдет, кто подтвердит. Нравится мне ректор этой академии. Хотя и в той был гад.
– И ты так спокойно говоришь?!
– Таранский, у вас все такое начальство. Прости, но из дерьма слеплены. Пустозвоны.
Парень покраснел так стремительно, просто залился багровым румянцем.
– Как ты можешь… еще и обругала!
– Они вынуждают. Ремонт – мелочь. Даже с учетом того, что меня насильно вытащили из другого мира. При этом, представь, сама мечтала попасть туда, где есть магия. Но сейчас мне очень срочно нужно домой. Твои маги напакостили мне оптом и в розницу.
– А-а, – догадливо протянул маркиз, – ты хочешь привезти какие-то фамильные драгоценности, чтобы здесь продать. Не горячись, Наташа, проректор все равно разберется, а если нет…
– Таран, ваша система не даст ему разобраться. Слишком много усилий придется проложить. Или схитрить. На него я не надеюсь.
– А зря, – раздался голос магистра, – вы с подругой вообще не умеете рассчитывать на кого-то, только на себя надеетесь.
– Почему же, – смутилась я, – в город мы ходим с вашего разрешения. И под вашим внимательным… чутким…
Эти гады переглянулись и ехидно заулыбались.
Я подскочила к Урфину:
– Когда?!
– Завтра, после второго занятия. И подругу забираем.
Я не выдержала и обняла его, как уж дотянулась, примерно выше талии. Он неловко похлопал меня по спине:
– Ничего с собой особо тяжелого не берите, нас и так много получается, а портал к вам магистр откроет в первый раз. Обратно будет проще.
– А я? – вопль Таранского совпал с появлением Оли. Маги с обеих сторон обошли застывшую подругу, мы только успели услышать:
– А это вы с матушкой решайте!
Дверь захлопнулась, я мысленно перекрестилась – наконец-то вдвоем, можем говорить откровенно.
Никогда мы с Олей так не тряслись, как в эту ночь.
Она сказала, что меньше волновалась, поступая в институт на бюджет.
О себе и не говорю, мне даже сравнивать не с чем. К разным комиссиям я привыкла с младенчества, постоянная необходимость защищать сестер и братьев приучила к подозрительности и умению сразу давать отпор. Народ у нас изобретательный, расслабляться никак нельзя. Я более-менее успокоилась, когда училась уже в девятом классе, мелкие подросли, сами давали сдачи будь здоров.