— Мы не…
— Сегодня утром на нем лица не было. Не поел даже, не выпил чаю, просто взял и уехал. Надеюсь до моего отъезда он вернется, если нет побудешь у Джамили, хорошо?
— Да конечно…
Значит вот как…он тоже…
— Он всегда был таким, точнее после несчастного случая…
— Вы никогда не говорили, что с ним произошло?
Латифа взглянула на меня и глубоко вздохнула:
— Он и его отец были в мечети, под с Иерусалимом. Это было давно, почти двадцать лет назад.
Латифа отерла одинокую слезу с лица которая едва появилась и продолжила:
— Произошел взрыв, половина мечети разрушилась. Папу Касима не смогли спасти, а мой мальчик очень долго лечился. С трудом поставила его на ноги, постоянно лежал, не хотел жить.
— Взорвали мечеть? Кто? Это случайность?
— Нет детка…раньше было одно движение…израильские националисты, я к сожалению не помню название, да это и не важно, сейчас их уже нет.
— Израильтяне? Евреи подорвали? Не думала что среди евреев есть радикалы…
— Я тоже. Я ведь сама еврейка.
У меня округлились глаза..
— Вы еврейка?
— Не похожа? — Латифа улыбнулась и вернулась к работе.
— Я даже не знаю…
— Да детка, я поменяла имя когда вышла замуж, чтобы отцу Касима был немного легче с родственниками. Мое имя…точнее мое СТАРОЕ имя Ребекка. Мои родители приплыли из Одессы и строили первые кибуцы. Родители моего мужа продавали им землю и помогали. Они были очень добрыми людьми и хотели чтобы земля процветала…но потом наступила шестидневная война и все превратилось в хаос. Я даже вспоминать об этом не хочу.
— Теперь я понимаю почему вы так хорошо говорите на иврите и на русском.
Латифа рассмеялась. Она вспоминала как её родители хотели чтобы она говорила только на иврите, и помогала им, а она обожала играть с детьми и говорить на русском.
С утра мы так и не дождались Касима. Сосед Латифы уже подгонял её, у него было мало времени, поэтому она оставила записку для сына и передала меня в руки Джамили.
Несколько дней я кое-как держала лицо.
Хеда и Рашид развлекали меня, хоть и понимали что меня что-то гложет. Я разумеется скидывала все на проблемы со здоровьем.
Мы играли в нарды, гуляли среди развалин. Рашид словно профессор указывал нам на прекрасно сохранившиеся элементы мозаики и восторгался какой фронт работ будет когда приедет вся команда археологов.
Такие развлечения конечно немного отвлекали меня, но каждую ночь, когда Хеда засыпала, я, тихонько плакала в подушку.
Что же я наделала?
***
— Да, конечно здесь нужно будет копать и копать. Уверен, что все самое интересное под нами, метра два так точно! Смотрите какой осколок. Это похоже на кувшин…
Рашид кружил вокруг нас, а мы с Хедой удивлялись, кому он это все рассказывает, явно не нам, так как на нас даже не обращает внимание. Он в своем мире, — счастливчик!