— Раз так, в бой! Нам еще два шкафа разгрузить надо, — бодро призвала меня на трудовой подвиг Алина и подтянула к серванту ящик, предназначенный под посуду. — Только не халтурь, хрусталь упаковывай очень тщательно.
Совершенно обессиленная, я ввалилась домой только в десятом часу. Мой муж Олег выглянул из кабинета, косо на меня посмотрел и с сарказмом отметил:
— Опять твоя подруга на тебе ездила?
— Почему ездила? Должны же люди помогать друг другу?
— А должны твои подруги хоть что-то за себя сами делать?
— Олег, у них на переезд только один день.
— А о переезде они узнали сегодня?
Вопрос Олега застал меня врасплох.
— Нет, наверное…
— Вот-вот. Могла бы твоя Блинова и заранее побеспокоиться о переезде. Как это она на время ремонта у нас не поселилась?
— У них не будет ремонта, квартира чистая, обои приличные, сантехника тоже вроде нормальная, — смутилась я, потом набралась смелости и выложила Алинину просьбу: — Она просила Саньку приютить на время. Я дала согласие, пусть мальчик поживет у нас, пока она все не перемоет и не расставит по местам. Ты не против?
Олег на удивление спокойно отнесся к Алининой просьбе.
— Санька один? Если один, пусть поживет. Слава богу, ребенок пошел в отца. Ну да, она его испортить и не сможет по одной простой причине — ей некогда им заниматься. У нее в голове сплошные глобальные прожекты.
— Чем тебе Алина так не нравится? — буркнула я и пошла на кухню выпить перед сном чая.
— Тяга у твоей подруги к приключениям, — бросил мне вслед Олег. — Дня спокойно прожить не может.
— И что здесь плохого?
— А то, что одной ей скучно, ей тебя непременно нужно втянуть в очередное сомнительное мероприятие.
— Олег, человек переезжает на новую квартиру. Что ты здесь усмотрел сомнительного?
— Пока не знаю.
«То ли еще будет, когда Санька у нас недельку поживет!» — Я тяжело вздохнула и отправилась не на кухню, а в ванную. Чай пить мне расхотелось. Ноги от усталости гудели, а руки под собственной тяжестью как плети висели вдоль тела. Алина выкачала из меня все что можно. Силы остались лишь на то, чтобы принять душ и доползти до кровати.
Но если бы только усталость мучила меня в эту минуту, обида на Олега жгла душу. У него с Алиной вечный спор о месте женщины в обществе. Моя подруга феминистка, а муж ярый консерватор, видит женщину только в семье, рядом с мужем и детьми. Кто бы знал, сколько он мне нервов попортил, пока не смерился с моим бизнесом? Было все: и мелкие ссоры, и недельное молчание, и голодовка. Правда, дольше одного вечера он голодовку не выдержал, тем не менее этот факт имел место быть.
Конечно, мой бизнес внес в его жизненный уклад определенные неудобства. Теперь, если он приезжает домой пообедать, разогревать приходится самому. Я вечером могу задержаться в офисе «Пилигрима», и в этом случае Олегу приходится обслуживать и себя, и Аню. А еще его волнуют мои знакомства, которые он уже не может контролировать, как прежде. Ну, это уже из области мужской ревности, он все еще смотрит на меня как на частную собственность. Я почти десять лет просидела дома и принадлежала исключительно семье. Какой уж тут круг знакомых? А теперь у меня новая жизнь, и ему она, похоже, не очень нравится.
В ванную комнату заглянула Аня:
— Мама, ты так поздно.
— Да, я тете Алине помогала собирать вещи.
— Я в курсе, мне Санька по секрету рассказал о том, что они купили новую квартиру.
— Кстати, тетя Алина попросила меня об одной услуге. Она хочет, чтобы Санька пожил у нас некоторое время.
— А ты? — напряженно спросила Анюта. — Ты согласилась?
— Да, пусть немного поживет. Ты как, не возражаешь?
Вместо ответа моя дочь издала восторженный крик: