— Это один из способов сказать ему, — говорю я, когда Тедди обнимает меня за талию.
— Феликс крутой, — говорит он.
— Он уже знал?
Тедди покачивает головой из стороны в сторону. — Не совсем. Думаю, вчера вечером я, должно быть, сказал что-то о девушке, с которой разговаривал. Этим утром ребята меня ругали и спрашивали, кто это. Я действительно думаю, что Эммет понял это, потому что по дороге сюда он спросил меня, могу ли я замолвить словечко перед Стеллой.
Я смотрю туда, где они танцуют. Стелла смотрит на дверь.
— Он даже не может отличить нас друг от друга. — Я смеюсь. — Кроме того, я думаю, что она вне рынка. — Я приближаюсь на дюйм и кладу руки ему на затылок. Мы покачиваемся под музыку.
Он целует меня в губы. — Жаль Эммета.
Я смеюсь и кладу голову ему на плечо.
Он проводит рукой по моему затылку, запуская пальцы в мои волосы. — Не могу поверить, что танцую с самой горячей девушкой на вечеринке.
Смеясь, я улыбаюсь ему. — Ты разбил свое сердце?
Он склоняет голову набок. — Что?
— Ничего. — Я снова прижимаюсь к его большой груди. — Вообще ничего.
Мы остаемся еще на две песни, прежде чем Тедди утащил меня с танцпола. Все остальные заняты, поэтому мы выбираемся наружу и обходим здание в укромное место. Он обнимает меня, чтобы согреть, и мы погружаемся в долгие, голодные поцелуи.
Он издает грубый, разочарованный звук глубоко в горле, когда я наклоняюсь и провожу пальцами по выпуклости на его штанах.
Я уже знала, что Тедди сложен, после того, как прошлой ночью он занимался «грязными делишками», но испытываю прилив удовольствия от того, насколько он фантастичен. Длинный и твердый, и да, толстый.
Он бормочет себе под нос и стонет, пока я исследую его. Я глажу его по одежде, вытягивая из него больше этих сексуальных звуков, но мне нужно больше.
Все его тело содрогается, когда я прижимаюсь к нему своим телом. — Ты убиваешь меня, милая.
— Извини.
— Не извиняйся. Я умру счастливым человеком. Повернись.
Я подчиняюсь, повернувшись в другую сторону. Его рука падает на мое бедро, а затем медленно скользит вверх и под юбку моего платья. Если бы кто-нибудь вышел сюда, мы бы выглядели счастливой парой, обнимающейся ночью, но под моим платьем пальцы Тедди отодвигают мои трусики в сторону и проводят маленькие круги по моему клитору.
— Не честно. Я не могу до тебя дотронуться. — От моих слов сбивается дыхание, и мурашки бегут по моим рукам.
Тедди убирает мои волосы с шеи, чтобы поцеловать меня. — Просто наслаждайся, милая.
Он раздвигает мои ноги еще дальше. Я позволила своей голове упасть ему на плечо, пока его пальцы входили и выходили из меня в медленном, мучительном темпе.
Внутри играет Рождественский вальс, и иногда под музыку доносятся счастливые голоса и смех. Мне часто казалось, что я нахожусь со стороны и смотрю внутрь, но когда я с Тедди, создается впечатление, что все остальные что-то упускают, а не наоборот.
— Тедди. — Я задыхаюсь, когда удовольствие нарастает и нарастает.
— Милая, — шепчет он и сильно посасывает мою шею.
Пятна танцуют перед моим взором, когда я кончаю. Тедди держит меня, а я погружаюсь в него и глотаю воздух. Его член дергается между нами.
Я поворачиваюсь и смотрю на него. — Твой ход.
Он качает головой. — Нам пора вернуться на вечеринку.
— Не блокируй меня, Тедди.