«Ты рискуешь своей жизнью, приходя сюда», — сказал ей Ичи-сан.
«С меня хватит этого».
— Что мы можем сделать, Ясмин? — спросил сумоист.
«Может ли он ходить?» она спросила. «Его ноги выглядят…»
«Да», — ответил Ичи-сан. «Едва.»
Она вытащила из складок шелка черную пижаму слуги.
«Вот. Одень его в это. И оберни этим его голову. И принеси этот меч. Если нам повезет, мы все проживем достаточно долго, чтобы найти ему хорошее применение».
Сумоистка посмотрела на Ясмин и улыбнулась. Он протянул руку и погладил ее по щеке, покрасневшей от бега и влажного холода здесь, внутри горы.
«Без сомнения. Никакого смятения. Никакого страха», — сказал он ей, его глаза загорелись впервые с тех пор, как она встретила его. «Теперь мы готовы».
«Да, Ичи-сан, я думаю, что да».
«Нас нельзя видеть вместе. Он в дойхо, готовится к церемонии. Мне пора идти туда».
Ясмин поймала его руку на своей щеке и сжала ее.
«Гармонизация людей», — сказал Ичи-сан, улыбаясь ей, — «И время небес».
Глава пятьдесят первая
РОНГ ИДВИЦ И ЙАН ВАГСТАФФ, радист отряда, сбежали из останков «Фантома» благодаря чистой удаче и удачному замыслу. При аварийной посадке ей оторвало оба крыла; вес снега просто оторвал их от фюзеляжа. Но затем монококовая яйцеобразная кабина оторвалась, как и было задумано, ударилась о погребенный склон и взлетела в воздух. Он снова ударился о снег и покатился прямо к Хоуку и Паттерсону, снег расступался перед носом, словно след от носа, отброшенный в обе стороны.
«Прыгать!» Хоук закричал, и они с Паттерсоном нырнули с его пути. Продолговатое черное яйцо снова подпрыгнуло и пролетело прямо над головой Александра Хоука, который в изумлении смотрел, как модуль из углеродного волокна с двумя хорошими мужчинами исчез над отвесной скалой.
«Боже мой», сказал Хоук.
«Так задумано», — крикнул Паттерсон через плечо, подходя к краю скалы. «Модульный. Потерять самолет, оставить пилотов. Во всяком случае, это идея. Скоро увидим».
Хоук, продвигаясь так быстро, как только мог, по снегу глубиной по колено, бросился к Паттерсону на скалистом уступе. Он ожидал худшего: расколотые черные осколки и изломанные тела на камнях далеко внизу. Достигнув вершины, он оказался не на краю ниоткуда, а на простом уступе. В тридцати футах ниже него, вниз по крутому склону черного льда, в воздух уходил еще один, более крупный, заснеженный выступ. Там он и Паттерсон впервые увидели перевернутый фонарь, лежащий в снегу примерно в десяти футах от кабины. Черная пластиковая капсула выглядела так, будто ее раскололи молотком. На лице Хоука появилось облегчение.
Гидвиц и Вагстафф катались по снегу, боролись и смеялись, как пара пьяных палук. Они не были мертвы, просто пьяны, жертвы высотной болезни.
«Гипоксия», — сказал Хоук. «Ты был прав.»
Внутренние системы «Фантома» дали сбой. Нехватка кислорода в кабине привела двух рейнджеров DSS в дезориентированную эйфорию, которая, несомненно, и стала причиной крушения. Но благодаря усиленному модулю кабины «Вдовы» они остались живы.
Хоук спрыгнул с края, тяжело приземлился на задницу и легко соскользнул ногами вперед по черному льду на дно. Паттерсон последовал за ним через несколько секунд. Текс достал из рюкзака два спасательных костюма из золотой фольги и сумел убедить двух головокружительных мужчин забраться внутрь. Вагстафф, специалист по связям с общественностью, традиционно известный как Спарки, все время пытался рассказать ему анекдот о техасце, владевшем фабрикой по производству солений. Текс, наконец, заткнул ему рот и сумел надеть им на лица аварийные кислородные маски. Он повернулся к Хоуку.
«Пройдет не менее получаса, прежде чем они смогут передвигаться. По крайней мере».
«У нас нет столько времени, Пардс», — сказал Хоук, переводя свой пулемет HK в автоматический режим. Оба мужчины обернулись, чтобы посмотреть, что издает весь этот шум.
Из широкой трещины в горе появился вездеход на гусеничном ходу Hagglund BV 206. Когда он с грохотом вылетел на открытое пространство, Хоук увидел, что он буксирует гусеничный транспортер. Военный квадроцикл был построен в Великобритании для Сил быстрого реагирования НАТО, но на двери полностью белого автомобиля не было никаких знаков отличия НАТО. Это был символ, который Хоук видел раньше. Поднятый меч в окровавленной руке. На крыше мужчина за поворотным пистолетом 50-го калибра. пулемет. Без предупреждения мужчина на крыше машины открыл огонь, рассыпая снег, поднимая порошок, и остановился недалеко от Алекса Хоука.
Он и Паттерсон опустили оружие.
Двойные двери в задней части бронетранспортера распахнулись, и оттуда высыпали десять вооруженных охранников, спрыгнувших на землю. Двое охранников тут же открыли огонь, дав длинные высокие очереди над головами; пули раскололи камень и лед на скале наверху, обрушив их на Хоука, Паттерсона и двух больных, лежащих на земле. За считанные секунды охранники образовали вокруг них полукруг.
— На нас напали, Пардс, — сказал Текс уголком рта.
«Да, но вот хорошие новости», — сказал Хоук.