— Вот кто нам на пиво щас забашляет, — продолжает ухмыляющийся главарь и осекается.
— Колян, вроде так тебя зовут, — обращаюсь к своему бывшему пациенту.
— Толян, — слегка смешавшись, поправляет парень.
— Сложный перелом левого лучезапястного сустава, — с именем могу ошибиться, с диагнозом — никогда. — Где-то семь месяцев назад, так?
В то время только начинал Тень осваивать, но парня отработал если не на отлично, то на четвёрку точно. У Толяна-Коляна мгновенно отвисает челюсть. Точно, он! Остальные слегка теряются, ситуация резко меняется. На знакомых нападать не принято по элементарной причине — мгновенно повяжут. Вовсе не из-за соображений гуманизма или особого отношения к своим.
— Как, кстати, рука-то? Работает? Ну-ка, покажи, — моему тону противостоять невозможно. Скомандую сейчас «Открой рот и скажи „А“», откроет и скажет.
Толян послушно одёргивает рукав, показывает руку, крутит кистью по моему требованию. Рассказывает, что всё нормально, ничего не болит. Тешит моё врачебное самолюбие.
Его друзья скучнеют. Только главарь недовольно морщится.
— Но ударной техникой всё равно не балуйся, продолжай кисть укреплять, — советую напоследок и роняю мимоходом, так что они сразу не просекают, о чём это я: — День у вас сегодня не задался. Советую тихо-мирно свалить домой. Иначе, если что-то в парке случится — драка, ограбление — полиция на вас подумает. Я сразу наводку дам.
— Настучишь? — презрительно сплёвывает главарь.
— Так я не из вашей компашки, почему нет? Так что берите ноги в руки — и вперёд. Если на пиво у вас нет, то обойдётесь. Или в КПЗ ночку проведёте, а то и не одну…
— Может, тебе в морду дать, что б было за что сидеть! — вспышка злобы искажает главное лицо. Но сделать ничего уже не может. Один парень слегка оттесняет его, Толян оттаскивает за руку.
— Давай. Замначальника городской полиции тоже у меня лечился. Вас через полчаса закроют, — ухмыляюсь откровенно нагло.
Никакие замначальники у меня в пациентах не ходили, но они же не в курсе. А вдруг?
— Да пойдём уже отсюда, нафиг… — Толян и сотоварищи утаскивают не сильно сопротивляющегося атамана.
— Я так испугалась… — Даша выглядывает из-за моей спины.
Благодарен за неё этой случайной шпане. Мне удалось сделать шайку гопников у неё на глазах. Пусть не было эффектных ударов в затяжных, как прыжок с парашютом, подскоках и хитро закрученных финтов в стиле моё-кун-фу-лучше-всех. Всё равно они обращены в бегство. Всего лишь словами. Совсем юные девы, возможно, были бы разочарованы отсутствием фонтана кровавой брутальности, но не взрослые разумные дамы.
Даша из числа разумных, кто понимает, что бескровная победа — лучший вариант. Заработал весомый плюс в её глазах. Её высокая оценка моего «подвига», что легко прочитывается в восхищённом взгляде — плюсик уже ей в моих глазах.
— Ты не устала? — спрашиваю через пять минут.
Садиться на скамейку мы не стали. Какой-никакой выброс адреналина случился, надо его растратить хотя бы пешим ходом.
— Немного…
— А не пора ли нам подкрепиться? — цитирую всем известного мультперсонажа.
Даша смотрит вопросительно, ждёт предложения. Оно у меня есть.
— Лучший ресторан в городе, который я знаю, это моя кухня. Вчера-сегодня размахнулся и наделал пирогов с большим запасом. Пойдём проредим их?
Вижу в глазах лёгкое сомнение.
— Не знаю, — сомнение вербализуется, — как-то так сразу…
— Торжественно обещаю не подкатывать с грязными порнографическими поползновениями, — тут же даю гарантии, что ни-ни.
— Хи-хи, ну, я ж тебя почти не знаю…
Воспринимаю это, как приглашение поуговаривать. Незамедлительно приступаю.
— О, Дашенька! Смею тебя уверить, что в большинстве случаев незнание и непонимание длится о-очень долго. Часто бывает так, что женщина только после свадьбы узнаёт, что вышла замуж за монстра…