Данте выдвигает планшет.
― Одна из камер в коттедже Кинкейда сняла это перед тем, как случилось короткое замыкание.
Я включаю видео. На воровке выцветшая толстовка, капюшон закрывает лицо. Но это определенно женщина. Мешковатая толстовка не может скрыть ее изгибы.
В том, как она двигается, есть что-то такое, что мне знакомо.
― Кинкейд хочет поймать ее, Дон, ― заканчивает Данте. ― Это личное дело. Он написал всем, кто может стать ее следующей целью.
― Сейчас? ― У меня обширная коллекция венецианского искусства, в основном купленная на открытых аукционах, но не вся.
Не моя Мадонна.
Написанная самим Тицианом и ценная сверх всякой меры, ― «Мадонна на отдыхе» стала моей первой большой работой. Я украл ее из Palazzo Ducale, когда мне было шестнадцать. Мне следовало бы тут же перепродать ее, но я не смог заставить себя расстаться с ней. Сейчас она висит в моей спальне.
Я снова включаю пятисекундный ролик. Здесь нет ничего ― ничего, что позволило бы опознать вора, ― и все же что-то продолжает щекотать мою интуицию. То, как она двигается, кажется мне знакомым.
Томас читает файл.
― Странно, ― говорит он. ― Она ворует по всему миру, но всегда с ноября по январь. Каждый год.
― Ну, это же Рождество, ― замечает Лео. ― Люди отвлекаются во время праздников.
― Знаете, что еще странно? ― продолжает Томас. ― Посмотрите на ее цели. Веккьо, иль Джоване, Лоренцо Лотто… Это все венецианские художники. Но она ни разу не похищала ничего в Италии.
Я с любопытством смотрю на него.
― Я не знал, что ты интересуешься искусством.
Томас краснеет.
― Я люблю рисовать, Дон. Это мое хобби.
Данте берет у Томаса папку и, нахмурившись, просматривает ее.
― Ты прав, ― говорит он. ― Это странно. В Италии полно украденных предметов искусства, но она как будто избегает приезжать сюда. Хочешь, чтобы Валентина проверила это?
Кусочки паззла наконец соединяются. Я беру планшет и запускаю поиск, чтобы подтвердить свою догадку.
Тереза Петруччи, умерла седьмого декабря.
Паоло Петруччи, умер седьмого декабря.
И теперь я знаю, почему эта женщина кажется мне знакомой.
Тереза и Паоло были похитителями произведений искусства. А Лучия Петруччи, их единственный ребенок, в ночь после похорон родителей бродила по причалам, затаив в сердце глубокую боль и сжимая в руках бутылку водки.
Лучия, окончившая Чикагский университет со степенью магистра по истории искусств.
Время совпадает. Вор украл первую картину десять лет назад на Рождество. Это было всего через две недели после смерти родителей Лучии.
Она крадет картины каждый год с тех пор, как умерли ее родители. Возможно, это способ почтить их память?
Красивая, безрассудная Лучия. Где она сейчас? Я запускаю еще один поиск, и Интернет отвечает мне. После работы по всему миру и десяти лет отсутствия она наконец-то возвращается домой. На следующей неделе она начинает работать помощником куратора в Palazzo Ducale.
Десять лет, а я все еще помню зеленый цвет ее глаз. Десять лет, а я все еще помню, как сломался ее голос, когда она попросила меня остаться с ней.
— Не уходи, ― прошептала она, ее губы дрожали. ― Я не хочу оставаться сегодня одна.