Коллектив, в котором теперь трудился, парень был веселый, дружный. Приняли Михаила сразу и он быстро нашел общий язык почти со всеми. Бригадиром у них был Татаринов Николай Иванович мужик спокойный, степенный. Болтать много не любил, если и говорил, то по делу. В бригаде все звали его дядя Коля. В напарниках у Михаила был, балагур и весельчак, Звягенцев Иван. Дядя Коля называл его болтун и трепло. Иван был высоким, статным блондином с шикарной фигурой и пользовался бешеной популярностью среди женской половины таксопарка. Почти все не замужние девчонки мечтали заарканить парня, но пока ему ловко удавалось избегать этой участи. Да что уж греха таить и замужние дамы нет да нет бросали в сторону парня томные взгляды.
— Женатый человек-пропащий человек для общества. — рассуждал Иван. — Так, что я пока по временю с женитьбой.
— Трепло ты, Иван. — обычно отвечал дядя Коля. — У женатого человека ответственность повышенная. Ему семью содержать надо. Отсюда он и работает лучше, а ты вот за полчаса до конца смены уже на часы смотришь. И в душ бежишь, между прочим, самый первый. А почему? А потому как ответственности у тебя никакой. Одни бабы на уме.
— Пока молодой надо гулять. — отвечал Иван. — Это потом я стану степенным, важным и примерным семьянином. А сейчас я нагуляться хочу.
— Смотри, Ванька, бабы до добра не доведут- предупреждал его дядя Коля.
— ХА, ха, ха! Вот я и смотрю, вас с Мишкой бабы и довели! — веселился Иван. — Один бирюком ходит, другой домой не спешит к молодой жене!
Такие перепалки происходили почти каждый день. Дядя Коля осуждающе кряхтел и все чаще внимательно посматривал в сторону Михаила. Однажды, после смены дядя Коля дождавшись когда бригада разошлась по домам подошел к нему:
— Ты, что домой не идешь, Мишка.
— Да, вот, сейчас заканчиваю, да пойду.
— Завтра закончишь. Иди, давай. Дома молодая жена, поди, ждет.
Михаил промолчал. Разве расскажешь, что дома его никто не ждет. И задерживается он только потому, что старается как можно реже пересекаться с женой.
— Ты, что с женой в ссоре? — догадался дядя Коля.
— Да вроде нет.
— Почему же тогда домой не торопишься? Ваше дело молодое, как раз время миловаться.
— Уже ухожу. — ответил Михаил. Бросил гаечный ключ в сумку с инструментами, вытер руки ветошью и пошел на выход.
Дядя Коля внимательно посмотрел уму в след. Парень вроде неплохой, работящий, ответственный. С коллективом быстро нашел общий язык. Надо его по комсомольской линии продвинуть. Вот только как речь заходит о жене сразу замыкается в себе. Может, живут плохо? Надо понаблюдать.
Михаил не торопясь брел по улицам города. Был уже декабрь месяц и мороз пощипывал лицо, но ехать на автобусе не хотелось. Пешком до дома было где-то час ходьбы, это давало возможность как можно позже возвращаться. Да и зачем? Ему как всегда предстоял ужин в гордом одиночестве. Даша никогда не садилась с ним за один стол, если тети Глаши не было дома. А после того как Аглая Дмитриевна уехала на курсы повышения квалификации еще и готовить перестала. Так, что питался Михаил в основном в столовой таксопарка и бутербродами. Стирал он себе тоже сам. Жена всегда при стирке его вещи откладывала в сторону. Тетка хотела сделать ей замечание, но Михаил строго настрого запретил что-либо говорить жене. Правда тетка все же категорически настояла жить им в одной комнате и Даша отступила. Так и жили, как два соседа.
Михаил открыл дверь своим ключом, включил свет в прихожей. В квартире было тихо и темно. Разделся, прошел в ванную вымыть руки. Хотел сразу пройти на кухню, но чувство тревоги заставило заглянуть сперва в спальню. Даша лежала на постели лицом вниз, вроде спала. Чтобы не потревожить жену повернулся на выход, когда глухой стон резко остановил его. Михаил бросился к жене:
— Дашка, что с тобой? — слегка повернул ее лицом к себе. — У тебя что-то болит.
— Живооот. — простонала жена.
— Сейчас милая, сейчас. Потерпи немного. — Михаил бросился звонить в скорую.
Весь день Даша чувствовала какую-то тяжесть внизу живота. Хорошо, что Аглая Дмитриевна уехала, и можно было не готовить. Самой ей еды надо было немного, каши сварила, сделала бутерброд с колбасой и хватить. О муже она не беспокоилась. Руки есть, сготовит сам, если есть захочет, а нет так нет, не маленький. Весь день лежала, приложив теплую грелку к пояснице, но вечером стало хуже. Боль нарастала стремительно. К моменту, когда вернулся Михаил, она от боли уже плохо соображала. Все-то время пока ехала скорая, муж сидел рядом и непрерывно повторял:
— Дашенька потерпи, все будет хорошо. Сейчас приедет доктор и тебе станет легче.
Врач только посмотрела на девушку и сразу скомандовала:
— Срочно едем в больницу.
Михаил завернул жену в одеяло, вынес ее на руках. Не выпуская держал всю дорогу, потихоньку шептал успокаивающие слова на ушко и незаметно целовал в висок. Так на руках и занес в приемный покой. Потом в тревоге и страхе до утра метался по приемной пока к нему не вышел врач:
— С вашей женой все в полном порядке. Была угроза преждевременных родов, но сейчас уже все хорошо. Идите домой молодой человек. Отдыхайте. Завтра сможете ее навестить.
Облегченно вздохнул. Он действительно сильно испугался за нее. Страх потерять жену прочно поселился в его сердце.
Посмотрел на часы. Возвращаться домой не имело смысла, можно сразу ехать на работу.
Глава 18