Учитель из Меджибожа: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он не заметил, да и все соседи не заметили, как настало утро и как первые солнечные лучи брызнули в окно, озарив золотистым сиянием усталые, сонные лица пассажиров.

Да, по всему было видно, что до столицы не так уж далеко и недолго осталось сидеть в этом оживленном, накуренном вагоне.

Впереди встреча, первая встреча с незнакомым городом, о котором он слышал столько хорошего. Беспокоило, правда, то, что в этом городе он никого не знал. И вдруг он вспомнил, что где-то там живет его дальний родственник, которого величают, кажется, Самуилом. Работает он на мебельной фабрике. И это его несколько обрадовало. Однако радость его длилась недолго — всего лишь несколько мгновений.

Хорошо, когда у тебя в таком большом городе, куда ты неожиданно едешь и никого не знаешь, вдруг оказывается дядюшка. Плохо лишь то, что представления не имеешь, где этот дядюшка живет — на какой улице, в каком доме— и как он тебя встретит. Это не Меджибож или Копайгород, где первый встречный житель тут же растолкует и объяснит. Это ведь столица, где живет какой-нибудь миллион человек, вот и поди узнай в этой неразберихе адрес твоего дяди. В самом деле, станешь похожим на Гершелэ из Острополья, который когда-то с мешком за плечами ходил по местечку в поисках вчерашнего дня…

И он ругал себя последними словами, что так опрометчиво поступил, не узнав у домашних точного адреса…

Прислонившись к стенке вагона, усталый, сонный, Илья Френкис вдруг задремал, позабыв обо всем. Не знал, сколько времени длился его неспокойный, тревожный сон. Проснулся от сильного толчка, громко зевнул, стараясь вспомнить, как сюда попал, куда его несет нечистая сила и что за усталые, сонные люди сидят вокруг.

Да, вспомнил! В этом городе должен жить его дальний родич по имени Самуил. Он его очень давно не видел. И фамилия, как на грех, вылетела из головы. Нужно будет непременно разыскать его, заскочить к нему хоть на несколько минут. Иначе тот обидится, узнав, что Алик был в городе и не зашел повидаться. Времена настали очень тревожные, никто в точности не знает, что может с тобой случиться завтра, куда забросит тебя судьба.

Эта назойливая мысль обрадовала его. Но он тут же вспомнил еще одно обстоятельство: не знает даже, в какой части города, в каком хоть приблизительно районе тот живет. Как же найти его? Ищи ветра в поле! Да и какой вид будешь иметь, разыскивая вчерашний день, сам не зная кого в такое неспокойное время?

Вот тебе и солдатская радость!

И еще об одном Илья снова подумал: никогда он не был в этом городе, и кто знает, как будет со временем, удастся ли ему что-нибудь тут посмотреть. У него за пазухой лежит странный с сургучными печатями пакет. И только те, к кому он едет, имеют право вскрыть его и прочитать, что там написано. Кто знает, куда они его отправят. Будь пророком и угадай, где ты можешь очутиться завтра. Ведь ты теперь солдат, и твой главный начальник — это приказ…

Погруженный в новые, нахлынувшие на него мысли, злясь на себя, что он такой нерасторопный, — фамилию и то не знает, — он взглянул в окно и увидел высокие крутые горы и купола, первые постройки незнакомого города и понял, что приближается к цели.

Прошло еще немного времени, и запыленный, казалось, усталый поезд со своим грохотом и лязгом буферов подошел к городскому перрону, резко затормозив, остановился.

Вскинув на плечо свой вещевой мешок, новобранец перебросил через руку шинель — все его военное обмундирование — и стал пробираться к выходу.

Вместе с волной штатских и военных пассажиров его вынесло на теплый асфальт.

Постоял несколько минут, оглядываясь по сторонам. Раздумывал, куда идти прежде всего. И вдруг его осенила догадка: дядя, кажется, жил на улице Мариинской. Когда-то мать называла ему такую улицу. И то, что он теперь неожиданно и так кстати вспомнил об этом, принесло ему большую радость.

Илья обрадовался, словно клад нашел. Он ясно припомнил, как мать когда-то попросила его отнести открытку на почту и опустить в ящик. С тех пор врезалось в память: улица Мариинская… А номер дома не мог вспомнить. Хоть караул кричи.

Вот тебе и задачка!

Но не беда. Еще рано. В запасе пара часов времени у него пока есть. И он помаленьку отправится искать. Войдет в один двор, в другой, спросит. Мир не без добрых людей! К тому же недаром говорят мудрецы, что язык до Киева доведет. А до улицы — тем паче! Главное — узнать, где она находится.

Когда схлынула людская волна на перроне и вокруг стало просторнее, гость почувствовал, как под ложечкой что-то засосало. Захотелось есть. Проболтав почти всю ночь с соседями по вагону, он совсем забыл, что у него в мешке лежит кружок колбасы, полбуханки ржаного хлеба, большой кусок сахара, выданные старшиной в виде сухого пайка. Примостившись в отдаленном уголке на груде камней, он принялся за трапезу. Развязал мешок и стал аппетитно есть. Еще Гершелэ из Острополья когда-то твердил: «Отправляясь в гости, не забудь подкрепиться. Кто знает, покормят ли там тебя…» А чтобы найти дядьку в таком большом городе, не зная точного адреса и фамилии, надо набраться сил и терпения.

Между делом он узнал от одного прохожего, что нужная ему улица находится совсем недалеко. Стоит только выбраться на привокзальную площадь, сесть на трамвай, как ты через несколько минут доберешься туда. Досадно только, что прохожий не мог ему ответить, где именно, в каком доме живет дядя Самуил и как его точная фамилия.

И все же начало сделано!

Справившись наскоро с завтраком, молодой солдат пустился в путь. Все же ему предстояло разгадать весьма сложную загадку. Так уже заведено издавна — в дальний путь отправляйся на рассвете. А если вам нужно найти дядю в Киеве, не зная фамилии, номера дома, а только одну улицу, начинай с первых номеров, и язык не только до Киева, но и прямо к дядюшке приведет.

Эти житейские премудрости нашему гостю помогли.

Сев в трамвай, он проехался в самый конец бесконечно длинной улицы, вылез на той остановке, где начинались первые номера.

А тем временем жарко пригрело солнце. На пробуждающейся улице появлялось все больше и больше народу. Все спешили на работу. Шли быстро, озабоченные, сосредоточенные.

Илье пока некуда было спешить, и он шагал неторопливо, всматриваясь в лица прохожих, читая яркие вывески. Он не представлял себе, кого и как остановить, если все так спешат. Среди этого большого потока безусловно есть такие, которые знают, где живет его дядя, но поди разгадай, кого именно в этой толпе спросить. К тому же как-то неудобно задерживать спешащих на работу. Как они на тебя посмотрят, когда ты станешь задавать глупые вопросы? Твой дядя Самуил скорее всего не относится к знаменитостям, чтобы каждый встречный-поперечный знал его. Обыкновенный, должно быть, человек, каких тут тысячи. И ты предстанешь в глазах этих горожан этаким местечковым растяпой, чудаком и разгильдяем, который не знает ни адреса, ни фамилии того, кого ищет.

Он свернул в один большой двор, в другой, оглядывался, ожидая чуда. Заглядывал в открытые окна, и люди посматривали на него с удивлением, отчего он испытывал стыд и неловкость. Он стал задавать вопросы дворникам, подметавшим тротуары. Те, не торопясь, отставляли к стенам свои метлы, закуривали, изучающим взглядом смотрели на растерянного солдата, сочувствовали, еще раз переспрашивали, кого он ищет. Погрузившись в долгие размышления, почесывали затылки и пожимали плечами:

— A бic його знае… От якби знати номер будинку, тодi iнше дiло…

И он уходил, заглядывал в следующие дворы. Обращался к старушкам, которые прогуливали своих собак:

— Не знаете ли, где тут живет Самуил, фамилии не помню, точного адреса тоже не знаю…