В последний раз, когда Адам пытался меня разбудить, он насмерть меня перепугал, и моей первой реакцией было врезать ему. И я попала в пах. Это всецело его вина, я здесь ни при чем.
— Ничего смешного! Прорычал Адам, ощущая себя в безопасности, находясь в дверях. — В будущем мне хотелось бы иметь детей!
— Вот черт, прошу, не обзаводись потомством, — попросил Джереми Адама. — Этому миру не нужен еще один ты. Тебя одного хватает.
Адам показал средний палец и ушел. Джереми и я рассмеялись, и как раз в комнату вошла мама.
— Mija,[1] поднимайся. Давай пройдемся по магазинам, — сказала она и бросила на диван мою сумочку. Джереми стащил меня с дивана, просунул сумку мне через плечо и подтолкнул к маме, которая уже выходила из комнаты.
— Повеселитесь, — крикнул он нам вслед, в то время как я гадала, куда она меня тащит.
***
Спустя двадцать минут мы с мамой находились в отделе красок строительного магазина, и я удивленно на нее смотрела.
— Зачем мы сюда приехали?
— Затем, Зоуи, что со следующего понедельника в автомастерской начнет работать Энди. А тебе известно, что в квартире нужно еще покрасить стены, а у него на это не будет времени. В прошлую пятницу он отработал последний рабочий день на своем предыдущем месте и решил побыть с семьей до Дня Благодарения. А в эти выходные уже приедет сюда.
Мама говорила о новом механике моего отца Энди Тейте. У отца и моих четверых братьев был общий семейный бизнес, который они создали с нуля — «Джеймс Рейсинг», специализирующийся на гоночных автомобилях.
И тут я вспомнила, какой сегодня день.
Вот дерьмо! Сегодня же понедельник, началась предпраздничная неделя!
Все, что мне хотелось сделать — приехать домой и забраться в кровать. Я чувствовала себя уставшей и подавленной, и мне нигде не хотелось быть, кроме как дома. Магазин был переполнен людьми, стоял невообразимый шум, а я нуждалась в одиночестве.
К сожалению, у моей мамы на меня были другие планы. В моем распоряжении была всего лишь пара дней, чтобы привести в порядок и сделать жилой четырехкомнатную квартиру над автомастерской для человека, которого мы даже не знали. Она пустовала с тех пор, как мой отец и я купили рядом с автомастерской здание, на втором этаже которого пустовали две хорошие квартиры — в одну переехала я, а другую сдавала моим лучшим друзьям.
Три четверти нижнего яруса занимал склад, а в остальной части располагался магазин. В дополнение к «Джеймс Рейсинг» мы с отцом владели и управляли магазином, который назвали «Спид Шоп». Мы занимались продажей высококачественных автозапчастей для гоночных автомобилей. Иметь такой магазин было выгодно, у моих братьев всегда будут в наличие необходимые им запчасти, а самоучки— механики, которые сами собирали машины, будут иметь доступ ко всему необходимому, вместо того, чтобы постоянно заказывать их через интернет. Мы также продавали масло, различные аксессуары и другие предметы, связанные с техобслуживанием автомобилей.
— Почему папа проявляет такой интерес к этому парню? — спросила я, пытаясь решить, что мне нужно будет для начала сделать.
— Потому что, Mija, — ответила она. — Он здесь никого не знает. Его единственная семья живет в Сономе, а сюда он переезжает один.
Последние несколько дней папа с восторгом отзывался об Энди. Он был очень рад заполучить нового механика, поскольку последние, которых мы нанимали, работали из рук вон плохо. И одним из этих механиков был Роб, мой бывший муж— неудачник. А остальные или ленились или не справлялись с работой. На этот раз папа основательно подошел к поиску сотрудника, и я надеялась, что Энди удастся сработаться с моими четырьмя братьями.
Моему отцу было тяжело принять решение отойти от дел и больше не работать с машинами, но когда было нужно он, безусловно, помогал. Во время гоночного сезона в автомастерской было много работы, и для ее выполнения нам нужны были все пять механиков. Мой брат, Джейсон, был одним из первоклассных специалистов в части двигателей на западном побережье. И во многом благодаря Джереми мы заработали хорошую репутацию по сбору высококлассных моторов. Адам и Ной занимались всем связанным с автоэлектрикой и индивидуальными проектами машин, которые в дальнейшем и собирали.
Недавно мама решила обновить мебель в комнате для клиентов и решила отдать Энди кожаный диван шоколадно— коричневого цвета, журнальный столик и еще два стола, которые находились там. Черт возьми, неужели я упущу этот диван? Интересно, разрешит ли она мне забрать его к себе, а я вместо него отдам свой. Не думаю. Никому бы не пожелала свой диван. Я ненавидела его. На нем удобно сидеть, но если случайно уснуть, то потребуются услуги мануального терапевта для глубокого внутримышечного массажа, который, к сожалению, мне приходилось делать как минимум раз в неделю.
В моей депрессии есть одна забавная вещь: я могла спать урывками, но не тогда, кода мне этого хотелось, что откровенно говоря, хреново.
Так, сосредоточься, Зоуи.
Несущие стены квартиры уже были выкрашены в кремово-бежевый цвет, поэтому мы с мамой решили покрасить гостиную и спальню, кухню и ванную, чтобы немного оживить небольшое пространство. Она выделила пятьсот долларов на покупку красок и других вещей, необходимых для приведения квартиры в порядок.
Благодаря моим «экстраординарным навыкам», как любит называть мои способности моя лучшая подруга Джесс, я не сомневалась, что мне удастся на эти деньги купить все необходимое, чтобы квартира смотрелась идеально. Декорирование уже много лет является моим увлечением, я всегда помогала семье и друзьям подобрать подходящий цвет и отделку для своих домов. Для меня это было приятное времяпровождение, благодаря которому я могла время от времени быть при деле.
Когда все пошло наперекосяк, я редко стала выходить на улицу, после работы сразу же возвращалась домой. И я прекрасно понимала, что отделка квартиры является своеобразным способом моей мамы вытащить меня из дома. Это началось восемь месяцев назад, когда мой бывший муж, Роб, решил прибрать к себе все, над чем я долго трудилась. К счастью, через несколько месяцев проблема была решена, но во мне все еще были живы болезненные воспоминания об этом, что и являлась причиной моего недоверия людям.
Постепенно я начала отчаиваться, чего не случалось уже много лет. Я чувствовала себя одиноко, но в этом была моя вина. Мне не хотелось больше создавать проблем своим родителям после всего того, что они для меня сделали. Они и так были моими спасителями, за что я никогда с ними не расплачусь. Находясь в подавленном состоянии, мне больше не хотелось встречаться и со своими друзьями. Единственное, о чем я мечтала, — это оставаться дома в одиночестве. Все, что мне было нужно, — моя квартира, мой айпод и гитара. И на какое-то время мне становилось лучше. Я прекрасно понимала, что мне снова надо начать жить, но после такой продолжительной депрессии двигаться дальше было тяжело. Может мне следует завести кота? И я тут же представила картинку себя, выглядевшей как сумасшедшая старуха с котом. Ни за что. Никаких котов.
— Зоуи, что ты думаешь насчет этих оттенков? — спросила мама и потянула меня к огромному стенду с образцами красок.
— Хорошие цвета, мама. Думаю, я смогу с ними что-нибудь придумать, — сказала я, чтобы ее обрадовать.
Давай поскорее покончим с этим, чтобы я смогла поехать домой.
[1] Mija — сокращ. испанского 'mi hija' — моя дочь