— Сегодня закончен монтаж кабелей между Центром и третьим этажом, — ответил тот. — Артём! Когда сможешь попробовать включить комплекс в работу?
— Да хоть сразу после совещания.
— А чего тянуть? — усмехнулся Крючков, до этого статистом наблюдавший за обсуждением. — Давайте прямо сейчас. Мне интересно посмотреть на это устройство.
Константин и Соколов подошли к нескольким скрученным в кольцо кабелям, висящим на компьютерной стойке у главного блока. Методично размотав каждый из них, они подключили разъёмы к блоку.
— Обнаружена противоспутниковая система «Призма-4» — известила их Анфиса. — Провожу тестирование… — не прошло и пары минут. — Тестирование завершено, система работает в штатном режиме. Запустить комплекс в общую среду защиты периметра?
— Запускай, — велел Соколов.
— Выполнено. Комплекс «Призма-4» вышел на расчётную мощность. Ввожу геостационарные данные спутников потенциального противника… Ввод данных завершён. Производится корректировка целей…
— Стоп! Почему корректировка? — встал в стойку Артём.
— Потому что не все спутники находятся на своих местах. Часть из них вообще ещё не запущена с Земли — у меня данные 2082-го года.
— Принято, — кивнул он.
— И что теперь? — поинтересовался глава КГБ.
— На данный момент создан невидимый кордон: все спутники, проходящие через выделенный периметр по нашей широте или долготе, будут неспособны произвести аэрофотосъёмку, — доложила Анфиса. — В любом варианте — цифровом или аналоговом, наш периметр стал похож на катаракту в глазном яблоке.
— А для чего тогда военный комплекс?
— Военный комплекс «Русич» предназначен для противодействия целям низкого воздушного горизонта — от нуля до трёх тысяч метров. Подавление атаки производится средствами ракетной части комплекса и электромагнитной пушки «Циклоп», — отчеканила искин. — Ракеты типа «Петарда» имеют дальность поражения до трёх с половиной тысяч километров и развивают скорость в девять махов.
— Сколько?? — не поверил Крючков.
— Девять махов, — подтвердила Анфиса. — Это самая современная система ПВО. Против неё бессильны любые известные мне комплексы и системы. Электромагнитная пушка имеет радиус поражения объектов до трёхсот пятидесяти километров, даже в ионосфере достанет. От неё не спасёт никакая защита — импульс выжигает всю электронику, а любое теплокровное тело превращается в мумию. Её прототипом был комплекс РЭБ «Красуха», на данный момент разрабатывающийся в одном из КБ страны.
— М-да… — покачал он головой. — Неприступная цитадель…
— Совершенно верно. «И горе тому, кто встанет у нас на пути», — процитировала она чьи-то слова.
В тоже время. Амбулатория Старой площадки радиозавода
Олег и Зинаида всю дорогу молчали. Сначала в машине, даже на вопросы сына и дочери отвечая односложными словами, а потом и вовсе перестали общаться, лишь рассматривая место, куда их везла эта загадочная парочка. Охрана пропустила гостей по пропускам Анжелы и Родиона, только записав данные. В амбулаторию они попали через несколько минут — первой, решительно открыв входную дверь, прошла Анжела и сразу попала на Ермакову.
— Татьяна Александровна, а…
— Тише! У нас новый пациент появился. Ему только что сделали операцию.
— Мы к деду пришли, проведать.
— А кто это с тобой? — кивнула она на пару взрослых незнакомых людей и двух подростков.
— Сын Степана Ильича с невесткой и их дети.
— Я не против, но повторяю — не шуметь.
— Да поняли мы, поняли.
Степан Ильич как раз обсуждал какой-то вопрос с Галиной Никоненко, когда в палату зашла целая орава родственников.
— Вот дед, доставила в целости и сохранности, — Анжела прыснула от своей шутки.
— Пап, привет, — Олег наклонился над кроватью и обнял отца. — Как ты?