слушаниях. Один человек выходит к кафедре, рассказывает о своей жизни, делится опытом, а
остальные - слушают. Если он попросит - советуют, обсуждают, высказывают свое мнение. И
вот представьте: сидят в аудитории мужчины разных возрастов и разных профессий, часто
убеленные сединами, прошедшие все круги жизни - и слушают двенадцатилетнего
мальчишку. Быть может, его-то опыт пострашнее, чем прочие, поскольку наркоманская
жизнь его началась в восемь(!) лет...
И этот двенадцатилетний человек уже два года как не притрагивается к наркотикам, сам себя
держит в руках!
А вот мужчина в три раза старше его - не выдержал и шести месяцев. Сорвался. Исчез из
нашего поля зрения на два года. Где его носило по жизни - можно представить. Но он
вернулся к своим товарищам - и вот уже четыре года в группе, четыре года на ремиссии. Так у
нас называется период частичного или полного исчезновения болезни.
Да, в лечении алкоголизма широко распространено кодирование, вшивание так называемой
«торпеды» и так далее. Я в принципе не против этих методов. И тем не менее мы должны
отдавать отчет, что при таком лечении одна зависимость меняется на другую. Человек живет
под страхом. А уж если сорвался, то не то что возвращается к изначальной точке, с которой
начал, но часто даже и отбрасывается на несколько лет назад. Непредсказуемы в таких
случаях и последствия срыва.
При нашей системе неволи нет. Человек сам решает за себя и сам себя вытаскивает из ямы.
Конечно, при помощи товарищей по несчастью. И здесь даже срыв не страшен. Потому что
никто и ничто не отберет у человека уже пройденного пути, уже накопленного опыта ума и
души. Это как подъем в гору. Бывает, сорвется нога с уступа и часть пути надо проходить
заново. Но маршрут уже знаком, знания и опыт остались в памяти. Однажды тобой
покоренный уступ второй раз покорить несложно. И - дальше двигаться к вершине.
Конечно, нелегко дается такой путь. Но в этой борьбе человек не только обретает себя. Он
обретает новый опыт и новое знание, он более глубоко, чем другие, осознает ценность
обыкновенной, нормальной жизни.
Я понимаю, что Алексею Чекину сейчас его жизнь представляется тупиком, из которого
только одна дорога - назад, в притон, к игле. Мол, все равно один конец - так зачем мучить
себя. У него впереди очень долгий и извилистый путь и не виден ему свет в конце туннеля. Но