– Приличный срок. Твой отец примерно столько же сидит, если я правильно запомнил.
– Да. Так совпало.
– Удачно совпало, если учесть, что в день нашего знакомства тебе некуда было пойти.
В любой другой раз я бы смутилась и закрылась в себе, но сейчас отчего-то испытываю потребность ответить. То ли это заслуга выпитого пива, то ли Севера, с которым мне, по какой-то причине, нравится с ним говорить. Возможно, потому что он видит меня глубже, чем другие.
– Я с Родионом не потому, что мне удобно. Я его по-настоящему люблю. Возможно, у тебя сложилось другое впечатление, потому что пару раз мы ругались…
– Тс-с-с, малая. – Север предупредительно поднимает руку. – Не нужно оправдываться. Я всего лишь сказал, что с учетом обстоятельств для тебя все сложилось удачно. Без всяких намеков.
– Извини. – Я тянусь к новой бутылке пива. – Порой я действительно бываю мнительной. Меня так папа учил. Никому не доверять.
Север усмехается.
– Даже не подумаю с ним спорить.
Заметив, что я безуспешно вожусь с бутылкой в попытке ее открыть, он забирает ее и откупоривает одним ловким движением.
– А где твоя мать? Умерла?
– Нет. Она живая, и с ней по слухам все в порядке. – Я делаю глоток. Не люблю пиво, но сегодня его вкус кажется мне божественным. – Просто мы не общаемся.
– Ясно.
– А к чему этот допрос? – Я улыбаюсь, давая понять, что шучу.
– Мне не дает покоя наша встреча. Как я уже говорил, ты не похожа на ту, кто с легкостью решается на аборт. Понимаю, что у тебя не было других вариантов, и вот это удивляет больше всего. Сколько тебе?
– Двадцать один.
– Я в твоем возрасте уже три привода имел. – Север смеется, демонстрируя хорошие крепкие зубы. – Совмещать работу с учебой не пробовала?
– Я… – Запнувшись, я смотрю себе под ноги. Вопрос для меня непростой и щепетильный. – Нет. Мы решили, что мне нужно закончить учебу, не отвлекаясь на заработки.
– Мы – это ты и Родион?
– Я, Родион и его отец. И папа тоже был против того, чтобы я искала подработку.
– Напомню, что твой отец сидит в тюрьме, а ты от беспомощности едва не дала себя искромсать какой-то толстой бабе.
– Не понимаю, к чему ты это…
– К тому, что когда обстоятельства загоняют в угол, не хрен полагаться на кого-то кроме себя. – Залпом опорожнив бутылку, Север с грохотом ставит ее на стол. – Подумай об этом.
– А о чем здесь думать? – Несмотря на болезненность темы, я не желаю сдаваться. – На что я могу рассчитывать, будучи занятой учебой большую часть дня? Быть официанткой? Встречаясь с сыном Винокурова? Ты же понимаешь, что…
– Понимаю. – Он кивает. – Работать официанткой, живя в такой семье, действительно не вариант.
– Я пробовала что-то подыскивать, – продолжаю я. – Но несколько часов удаленной работы оплачиваются так плохо, что нет смысла и пытаться. На эти деньги я смогу только колготки купить, а не снять жилье в случае чего.
– А отец ничего не оставил? – Север щурится.
– Ты видимо ничего не слышал о его деле, раз спрашиваешь такое, – говорю я с горечью. – На него повесили столько статей о финансовых махинациях, что ему до конца жизни придется расплачиваться. У нас забрали все, включая мою машину.
– Понял. – Телефон Севера звонит, поэтому он поднимается. – Если решишь пробовать встать на ноги – набери мне в понедельник. Подумаю, что смогу тебе предложить.
Я смотрю на него во все глаза. Он, что, только что намекнул на возможность работать у себя?