Легенды Раэнора: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

А потом глаза его закрылись, и он упал, сраженный усталостью и болью.

Хаггар очнулся, словно проснувшись после тяжелого, долгого сна. Приоткрыв глаза, он зажмурился — даже призрачный, мутноватый предутренний свет был сейчас для него слишком ярок. Но привыкнув к нему, он увидел, что лежит в комнате с высоким потолком, позолоченный краешек которого только и был ему виден из-за плотного синего с золотыми кистями полога, скрывавшего от его взора остальное. Еще он видел кусочек бледного неба в окне. Хаггар попытался отдернуть бархатную ткань, но не смог ни рукой пошевелить, ни голову поднять. Ему оставалось только лежать без движения, ожидая, что кто-нибудь придет. Но сквозь пелену слабости и боли пробивалась в его сердце радость: он сделал то, о чем мечтал столько лет! И получил награду — увидел, как изумленно распахнулись глаза той, которую он так долго искал, как зажегся в самой их глубине огонек радости. Как давно это было!

Сумерки сгущались над Серебряной Чащей. Тишину нарушал лишь щебет птиц да треск цикад в густой траве. Край этот, прежде звавшийся Садом Восточного мира, теперь опустел. Жители давно покинули его из-за бесконечных войн и набегов разбойников. Но лес все еще хранил былую красоту и великолепие. Мощные темные стволы древних дубов укрывала густая листва. Заросли орешника прятались в ее тени. Никто уже много лет не прокладывал тропинок в высоких травах.

Но вот еле уловимый шорох послышался в глубине леса, а через мгновение на большую, густо заросшую папоротником поляну из тени дубов-великанов вышел отряд воинов. Статные, высокие как на подбор, в зелено-коричневых штанах и рубахах, скрывавших блеск кольчуг, опоясанные широкими ремнями, на которых висели длинные мечи и кинжалы в кожаных ножнах, они внимательно оглядывались, словно что-то искали. У некоторых за плечами были луки и колчаны, полные стрел. Легкие шлемы на головах скрыты под капюшонами. Темные глаза на совсем еще молодых лицах горели азартом погони. Они рассыпались по поляне, тщательно обследуя каждый куст, каждую веточку на дереве. Только двое не принимали участия в поисках.

Хаггар, старший сын правителя Арандамара Номанатура, был командиром отряда. Зимой ему исполнился двадцать один год, а именно с этого возраста сын правителя становился совершеннолетним и ему присваивали титул Капитана Цитадели. До своего совершеннолетия сыновья правителя были обычными воинами. А теперь Хаггар стал предводителем отряда, в котором еще недавно сражался как простой солдат. Он был любимым сыном и обещал стать талантливым и удачливым полководцем. Рядом с ним стоял единственный в отряде воин, чей возраст перевалил за середину жизни. Они тихо переговаривались.

— Хаггар, ты делаешь ошибку! Дай людям отдохнуть, иначе они не смогут биться завтра! Позволь… — Но воин не успел договорить, прерванный на полуслове своим юным собеседником:

— Ты все еще сомневаешься во мне, Гаральд. Твоя трогательная забота о людях достойна похвалы, но они — не избалованные городские юнцы, а воины. Если не устал я, значит, не устали и они. Отец приказал тебе наблюдать, а не давать советы! Я командую отрядом и отвечу как за победу, так и за поражение.

Хаггар отвернулся от наставника, давая понять, что разговор закончен. Гаральд сумрачно оглядел заносчивого юношу и пожал плечами. Они в полном молчании простояли еще немного, когда к Хаггару подбежал один из воинов и тихо сообщил:

— Капитан, мы нашли их следы. Они прошли здесь совсем недавно, сок еще не успел застыть на сломанных ветках.

Хаггар мрачно улыбнулся и приказал юноше:

— Живо собери людей! — Он, сдерживая волнение, смотрел, как возникают из темноты силуэты бойцов. Удостоверившись, что все в сборе, Хаггар тихо начал говорить:

— По моим расчетам, мы догоним их часа через два, если будем идти быстро, не делая остановок для отдыха. Они наверняка решат устроить привал ночью, не догадываясь о погоне. Мы застанем негодяев сонными и покончим с ними.

Один из окружавших его молодых воинов, почти ровесник Хаггара, спросил, возмущенно блестя глазами:

— Убивать безоружных, спящих?

Хаггар резко прервал его:

— Может, ты хочешь, чтобы в честном бою с разбойниками я положил весь отряд? Нас — всего двадцать, а их к сотне, я думаю. Заговорил о благородстве! Ты лучше вспомни, что они творили в захваченных деревнях! Хватит глупых разговоров.

Он подал знак, и отряд скрылся в лесу так же бесшумно и незаметно, как и появился на поляне.

Лагерь разбойников, разбитый на месте когда-то вырубленного леса, укрытый от ветра растущим по краям поляны кустарником, они обнаружили к утру. Как и предполагал Хаггар, разбойники спали. Потухающий костер, разбитый бочонок из-под вина, объедки, валяющиеся по всей поляне, красноречиво указывали на затянувшуюся пирушку. Тюки с награбленным добром валялись около новых владельцев, грязных, заросших щетиной, одетых в невероятные лохмотья, спящих вповалку прямо на земле. Воздух стал тяжелым от смрада давно не мытых тел, смешанного с парами в изобилии разлитого накануне вина. Оружие валялось тут же: ятаганы двергов, мечи, дротики, копья, пращи. Если бы бандиты проснулись, арандамарцам пришлось бы несладко. Но то ли по глупости, то ли из наглой беспечности они даже не выставили часовых.

Взяв поляну в кольцо и оставив несколько лучников в засаде, люди Хаггара, обнажив мечи, вышли из укрытия деревьев. Тускло поблескивала темная сталь клинков. Хаггар поднял руку, дав знак, что пора начинать, и первым неслышными шагами двинулся меж громко храпящих людей. За ним пошли остальные. Капитан подошел к одному из разбойников. Тот лежал на животе, крепко обхватив руками мешок с добычей. Время от времени он тихо поскуливал то ли от боли, то ли от страшного сна и даже не вскрикнул, когда арандамарец, подняв меч, рубанул по его шее, замотанной рваными тряпками. Хрустнули позвонки, человек, дернувшись, обмяк. Переступив через мертвое тело, Хаггар шагнул к следующему спящему. Длинный, тощий, с серым, костлявым лицом, он спал, широко раскинув руки, обнажив хилую грудь. Его реденькая бороденка смешно торчала вверх. Хаггар с размаху ударил ниже, туда, где вверх-вниз двигался острый кадык. Тут же алая струйка крови брызнула прямо ему в лицо, на одежду, на сапоги, забулькала, потекла в траву.

Они действовали бесшумно, пока один из бандитов, проснувшись, не увидел над собой занесенный меч и не заорал что было мочи. Крик его был тут же прерван ударом, но оставшиеся в живых разбойники проснулись. Тех из них, кто пытался укрыться в лесу, догнали стрелы стороживших в засаде лучников, а те, кто, взявшись за оружие, пытался защититься, были окружены и добиты.

Восходящее солнце осветило заваленную трупами поляну.

— Все, возвращаемся домой, — устало скомандовал Хаггар. Его воины, такие же хмурые, с ног до головы забрызганные кровью, молча, не смотря друг на друга, вытирали мечи о траву. Через несколько минут отряд во главе с Капитаном двинулся обратно все той же тропкой, что и пришли, покидая поляну и тех, кто на ней остался. А в небе уже кружили черные птицы, пронзительно кричали, радуясь обильной трапезе.

Они шли весь день. Река была уже близко. В чистом лесном воздухе чувствовалось ее присутствие. Люди спотыкались от усталости, но никто не заговаривал об отдыхе: ждали приказа Капитана. Наконец, когда солнце спряталось за верхушки деревьев, Хаггар уступил их молчаливой просьбе. Мгновенно устроили привал, выставили часовых, и через несколько минут обессиленные бойцы спали. Не приходил сон только к их молодому командиру. Он лежал, глядя в темное звездное небо, и думал о своем первом самостоятельном походе, об отце, о брате, так просившемся пойти с ним, о том, как встретят его дома… Но нерадостно было у него на душе.

Да, кто-кто, а уж Хаггар понимал, какие чувства переполняли сегодня его молодых, честолюбивых соратников. Кому же из них не хотелось биться, покрыв себя славой, а не красться в ночи по-воровски, чтобы прирезать сонного врага, словно свинью на бойне! Стать великим и отважным рыцарем было когда-то и его мечтой. Но в жизни, он знал, все совсем по-другому. Лишь с достойным нужно биться достойно, а подвергать опасности жизни своих людей из-за шайки бродяг он считал неразумным. Наверняка отец одобрит его решение. И все же……

Думы не давали покоя. Нет, видно, в эту ночь ему так и не удастся уснуть. Юноша встал, предупредил часовых, что пройдется, и исчез в зарослях орешника.

Он вдыхал свежий ночной воздух, пахнущий травами и хранящий воспоминания о днях счастья и благоденствия, когда не было горя и смерти, а была лишь радость и нежная грусть. В темно-сапфировом небе парили звезды. Огромная, золотая луна плыла над самой землей, и в ее призрачном свете деревья отбрасывали на траву причудливые тени.

Вдруг в тишине этой волшебной ночи он услышал новый нарастающий звук — шум падающей воды. Водопады в этих местах — явление нередкое. Арандамарец пошел навстречу этому звуку. Неожиданно деревья перед ним расступились, приглашая взглянуть на то, что раньше так ревниво укрывали от чужих глаз, и изумленный юноша увидел озеро. Оно было круглым, как чаша, выточенная в горной породе самим Великим Гримом, а наполнял эту чашу водопад. Несколько ручьев соединяли в нем свои воды, переплетаясь при падении. Звездный свет мерцал в струях, несущихся с горного уступа и падающих серебряным дождем, чтобы слиться с водами озера. Луна отражалась в черной, как небо, воде точно в центре круга. Блики ее скользили по темной глади, образуя золотую дорожку, ведущую к берегу.

Хаггар догадался, что в ночь Великого Полнолуния оказался у Зачарованного озера, о котором старики рассказывают сказки и которое воспевают в песнях и легендах менестрели. Немногие бывали здесь, и вот теперь ему, неизвестно за какие заслуги, выпала неслыханная удача. Но уж единицы видели то, чему оказался свидетелем старший сын правителя, ибо самым прекрасным и чудесным в эту ночь было не небо, не луна, зовущая к себе, не озеро — мечта поэтов Запада, а девушка, стоящая в центре озерного круга. Подняв руки к луне, она пела тихо и печально:

Ин меэрэс фульмонан натан

Моона, эов леотас гале.