Балтийская Регата: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Банщик выжил один.

Месть богов за их-же просчёты бывает суровой. Счастливые не понукайте Судьбу, а старайтесь впитать каждую секунду своего счастья. Даже если вам повезёт быть счастливым всю свою жизнь, в момент смерти вам станет понятно, что счастья у вас было очень мало.

«Звезда»

Из финской Раумы я вышел утром в конце мая 2023 года. Лазать по шхерам самому не хотелось. Скалы они и есть скалы, твердые на раз днище полоснёшь, а я тут уже лет двадцать не бывал. Лоцмана брать для моего лайнера не серьёзно, поэтому я подрядил Калеви помочь мне немного. Выходили на запад, в Ботнический залив, больше некуда, а там я уж и сам пойду. Аландские шхеры слева оставлю, а там и Балтика. В связи с этой засадой у меня на буксире идёт его хорошая шлюпочка-динги. Знаете, такая надувная. Она у него не очень большая, но моторчик «Ямаха» и дополнительный бачок топлива есть, да и не буду я его мучать долго.

Когда-то давно отсюда я ноги для буровых платформ перевозил. У нас получалось как раз полноги за раз. С ними вообще смех был. Привезли, тогда ещё в Союз, а нас не выгружают. А у нас время на Родине раз в пять меньше стоит по заработку, если с валютой считать и безвалютный простой где-то в Урюпинске местного, Карельского, выпуска. Ну мы и злые, конечно. Оказалось, КГБ застопорило. Варили финны ноги для Арктики, а заказ делали наши, горбачёвские ухари на простые, разница в карман трудящихся на ниве добычи углеводородов. Простые, ясен перец, дешевле, а в условиях Арктики становятся как стекло хрупкими. Ну, а мы тут ни при делах, а деньги теряем. Ушли ноги через ДВА (!!!) месяца на Каспий, хорошо хоть нас самих туда не послали. Мы, конечно, потом заработок водкой наверстали, великое дело этот сухой закон у финнов и шведов, мудрый народ, не дали погибнуть. Грехи молодости. А срок давности-то прошел и меня не замай.

Это я вспоминаю пока меж островков крутимся. Солнышко припекает, птички поют… Кяя! Кяя! Мерзко так… И какают везде. Не люблю глупышей да олушей, что всеми чайками зовутся. Голуби, сиречь свинки летающие, свиночайки морские пачкающие всё. Мясо у них рыбой смердит, надо долго паром в бочке обрабатывать перед потреблением, жевали, знаем. Конечно я говорю про океанских, не про помойных. Таких кушать тоже можно, только помрёшь быстро.

Калеви уже закончил работу, дальше я сам. И ноги моей больше в шхерах не будет! Вот Аландские шхеры по левому борту оставлю, если в Стокгольм не захочется. Нравится мне Швеция, озеро Мялорен. Рыбалка там приятная и не так жарко. Но всё-же скучно. Нет, одно по левому борту, а второе по правому. Правильные герои всегда идут прямо. Всё, лег в дрейф, пока Калеви возился с динги, да пересаживался. Затарахтела динги обратно довольно, не обидел.

На верхний мостик не пойду. Не люблю. Когда солнышко — жарко, а нет его — холодно. Холод не люблю ещё со времен Белого моря и комариново — гнусного царства Беломорканала. Застудился я здорово в Беломорске однажды, с тех пор при холоде иногда голова болит, пойду в рубку, оттуда теплее и уютнее командовать. Одно там, на ББК, хорошо — грибы. 10 минут — ведро. А всё остальное… Ещё морошка, мочёная. Сто лет не ел. Теперь уж и не поем.

Прав был Сережа. Ещё люблю, помните:

Вот не пью уже лет сорок, жизнь, считай, не пью, а морошка и эти стихи. Отрава души, однако, потом день хмурый ходишь. Надо же слова-то подобрать правильно. И всё, и больше ничего не надо, вот вся жизнь и лучшего не найти. На нерве души человек жил.

Здорово-то как сидим!

— Право руля!

— Лево руля!

— Стеди! — типа, Так Держать!

И сам себе вертишь штурвал туда-сюда. Лепота. Авторулевой не включал, люблю на руле стоять сам. Стоять, это я громко сказал, сижу себе в креслице, как в люлечке, геморрой баюкаю и штурвальчик приятный, маленький, не кнопочки и не джойстик, а настоящий, только махонький, как и кораблик мой, одним пальчиком туда-сюда, если надо. Самое то и по седому подбородку не звизданёт ненароком. Получали, знаем, и не раз. В рубке хорошо, музон, GPS карта на мониторе сама двигается, локатор работает на втором и эхолот пашет на третьем. Там, в штурманской, ещё и карта на столе, чтоб всё путем было. Секстан «СНО-М» купил советский, новый, муха не сидела. Таблицы ВАС-58 без первого тома — во льды не пойду к полюсам, многие предпочитают ТВА, не затачивайтесь, при простоте потеряете времени больше, если промахнулись, беря высоту светила. Даже блокнот для вычислений нашел. Морской Астрономический Ежегодник (? 9002) приобрел. ПГК-2 пеленгатор морской оптический тоже нашел. Работал с разными, но лучше нашего нет. Иногда не подходит на репитер чужого гирокомпаса, но его очень просто переделать самому. Если гирокомпас у вас есть, конечно. У меня есть, дорогой, даже для меня. Решил тряхнуть стариной. Конечно, вы никогда ими не пользуетесь теперь, понимаю, но я из того поколения судоводов, что когда-то и не имели других вещей. Были, конечно, и Лораны, и Деки, но они покрывали не всё пространство океанов и морей, а меня носило, течениями и ветрами… далее пошли непристойности. Короче, решил дед позабавится. Вам-то что с того? Его тараканы.

С погодой повезло. Ветра практически нет, солнышко от воды бликует и никого на горизонте. Скоро пойдут Системы разделения движения судов, мне, махонькому можно и за зоной, но порядок он и в Африке нас от них отличает. Пойду по краешку Системы, никто и не подомнёт. Помню ещё времена, когда не было ни тут, ни в Северном море никаких Систем разделения движения судов. Ничего, жили как-то.

Теперь о кораблике, на котором меня несёт нелегкая, да, теперь уже не на запад, а на юг, повернули, значит, в зону разделения движения. Зовут её на финском «Тяхти», а по-русски «Звезда», порт приписки Хельсинки и флаг соответствующий. На мачте махонький флажок Канады, а под ним России. В Монреале родном, в магазине «Пети Русь» («Маленькая Россия») затарился флагами, чтоб дорожил, как скрепами. Ну не стал я менять пока Главный Флаг. Судно долгов не имеет, не зачем и флаг менять. Всё дешевле. Когда-то принадлежала «Звезда» финскому государству, а теперь она частная. Родилась она в Турку в 1963 году и прошла перестройку в 2010, Финляндия, на верфи Валмет, стальной абсолютно белый корпус, по виду моторная яхта классического типа неограниченного района плаванья, по назначению экспедиционное судно. Главный двигатель восьми цилиндровый, V образный двигатель Катерпиллер 3408 Б 1989, перебранный в этом году, 450 лошадей, дизель. Она одновинтовая с носовым подруливающим устройством. В три танка берет 13500 литров топлива, что позволяет ей пройти примерно 4500 миль или 8300 километров. 29 метров длиной, 7 метров шириной и 3 метра осадка, 165 тонн водоизмещения, одна мачта, от клотика до воды 8 метров, 5 тонн балласта, 7 кают, 14 мест, 4 туалета, совмещённых с душем, один камбуз и один салон, диваны и кресла, обшитые кожей. Всё на электричестве. 10 аккумуляторов, два генератора по 55 кВА на 400 вольт, Перкинс, 1500 об / мин, один генератор 10 кВА 230/400 вольт, Yanmar, 1500 об / мин, инвентор. Остальное не существенно. Короче всё для счастья есть. Нет парусов, которые мне могут понадобится в Тихом океане, если… Не будет если. Но я купил парус б/у, присобачу его на мачту и дойду потихонечку. Ещё купил новый плавучий якорь, может пригодится в шторм.

Кстати, я шпарю полным, а надо экономичным ходом, сбавлю я и поставлю чуть более среднего хода, узлов 8 мне вполне достаточно.

Я на ней один. Своих не предупредил ни дочку, она недвижимость покупает, ни внука, он майнинговую ферму для получения криптовалют строит. Больше у меня никого нет, так как умерли все. Вот и всё. Вон фото моей жены, прожили 40 лет. Бывает, что мужики переживают своих любимых. Плохо это, совершенно, лучше вместе в один день.

Сам я русский, но гражданин Канады и живу в Канаде в стольном граде Монреале, так уж получилось. Монреаль, это тоже самое, что Кёнигсберг или Королевская Гора, где я обитал до того, как пришлось уехать. Нет, я не олигарх, просто вот выиграл на старости лет в лотерею всего 60 миллионов Канадских рублей нечаянно. Конечно и так дом был и всё такое, у кого их нет, если живёшь тут двадцать лет? Но хотелось вместо пластикового катеришки то, что и купил. Тайно.

Сказал, что лечу в Литву к другу повидаться перед смертью, а сам в Рауму. Там всё было путем, всё проверил на слипе, на берегу, всё понравилось. Цена была не очень высокая, ещё усугубил её гирокомпасом, который мне, скорее всего, будет как стоп сигнал зайцу в тумане. Но хотелось. Моя «Звездочка» мне нравилась. Вот дойду до Клайпеды, где у меня пока есть друг, сделаю там ремонт дополнительный, установлю несколько прибамбасов и цены ей не будет. Но надо дойти. Конечно бежать всё время не буду, есть ещё пару заветных дел по пути, ну и, если поспать приспичит, лягу в дрейф или отдам якорь, да и отосплюсь. Два-три дня, если нужно не спать, для меня не проблема с некоторых пор. Пенсия, короче.

Пора и чайку попить. На сегодня я пью только зелёный с лимончиком. Он полезнее, чем нормальный флотский чай. Ну и курю до сих пор, хотя бросить не проблема, я столько раз бросал.

Вот и «чемоданы» появились. Это паромы. Они по Балтике шастают туда-сюда. Большие. Зимой за ними хорошо ходить. Он лёд ломает, а ты ему в кильватер пристраиваешься и идешь. Только они быстро бегут, а мы река-море, медленно. Рано или поздно уже сам ломать начинаешь, а это и тряска, и остановки иногда. Но мы зимой дальше Котки на север или Таллина и не ходили. До Питера силёнок лед ломать у нас не хватало, да и в Таллин или в Ригу за ледоколом. Иногда за усы нас брали ледоколы. Это когда двумя буксирами за нос наш они себе в корму нас брали. А в Финляндии там лоцманский катер мелкий, но скачет по льду — только льдинки в разлёт, как блоха на перине, а ты за ним. Засада даже не лёд, а мелкобитый лёд. Он бывает и под метр и более в воде сидит и нам силенок пройти не хватало, не лайнеры, чай. Спросите, а как же я на таких галошах да по миру скакал? В молодости на рыбаках — научниках в промразведке работал, под конец у Греков под разными флагами на балкерах до 40000 тонн. Вся жизнь в море прошла.

Меня почти не видно — махонький, теперь глаз да глаз нужен, пока не уйду к Моонзундскому архипелагу, а то задавят бедолагу. А иду я к Сааремаа, там, к западу от пляжа этого острова, есть два островка махоньких и там, в проливе, я и поищу разгадку моей давней загадки.

Было это в девяностых, сразу после развала СССР. Пограничники уже уехали на китайскую границу или ещё куда, куда их послали со всеми их Мухтарами. Проезд из Карфагена, как тогда у нас на сленге река-море моряков назывался Кёнигсберг, был свободный и поехали мы с приятелем, которого я подцепил в польской Гдыне, проверить всю границу стран Балтии. Проверили. Везде заставы есть, а погранцов и след простыл. Звали приятеля Борис Борисович Годунов, ни много, но и, по сути-то, почти как Михаил Сергеевич Горбачёв или, скажем так, Никита Сергеевич Хрущёв, это вам они никто, а я их как память помню. Сергеевичи они такие, мир с ними обоими. Вот и Годунов, тоже имя. Имя оно и есть начало всех начал.

Мечтали мы найти СРТ типа «Логгер» постройки ГДР, лучше клёпаный, там сталь ещё крупповская была, не прокатная, а кованная. Кованная сталь имеет на поверхности листа окалину и в морской воде вовсе не ржавеет. Посмотрите на барк «Крузенштерн» или «Седов», 100 лет дедушкам, а ни одного потёка ржавчины и 100 лет ещё не будет. Но кораблик нам нужен был не из-за стали. У него брашпиль, такая лебедка для подъёма якоря и натяжения швартовых на баке, сильный, а мы хотели поднимать кабеля морские, коих по морю набросано тогда было много. Ещё более кабелей не работало вовсе, ибо средства связи за 200 лет кабельного расточительства, да и разные там страны в политике шагнули вперёд на пути прогресса и самобытного самоопределения, пополам с войнами и трагедиями. Кабеля, естественно, как всё в море, были массивными и по-нашему, по-морскому, основательными инженерной задумкой. До 50 сантиметров толщиной, оплётка свинцовая, а внутри медь. Брашпилем такой или тоньше сечением кабель тянуть на борт одно удовольствие и немного работы водолазам, рубить гильотинкой и складывать деньги полешками в трюм ещё проще и, заметим, прибыльней. Мы даже под это дело бумагу из штаба Балтфлота имели. Но на бумаге не поедешь кабеля вытаскивать, а на клепаном «Логгере» можно. Вот и искали мы по развалинам рыбколхозов и базам рыболовного флота гордых и отделившихся от Страны Советов, в её черный час, республик такой кораблик. Где они были, с нас запрашивали до идиотизма, на тот момент, много и мы искали. В то время я пришел со второго контракта на Греках и, в связи с инфляцией, стоял перед выбором купить мне река-море «Балтийский-33», который вы можете лицезреть в эпохальной кинокартине о жизни в Карелии под названием «Любовь и голуби», и на котором я в юности ходил или этот самый «Логгер». Итог был закономерен, «Балтийский» купили в складчину и назвали «Пилигримом» не мы, а другие, потом передрались, деля убытки, потом перепродали и скоммуниздили вовсе, концов не найти. Только братки туда-сюда на стрелки с разборками катались. «Логгера» уже мы не нашли, но нашли много интересных водолазов, которые потеряли тогда работу, а опыта у них было вагон и малая тележка, мы даже о кабелях забыли, а получили лицензию и бумагу от Морского музея в Питере на подъём разных интересных странностей со дна морского в бассейне Финского залива и в водах у стольного града Кёнигсберга, в присутствии археологов на борту, чему мы были только рады, археологам, значит, особенно женского пола. Балтия уже уплыла в свои дали Евросоюза и стала притеснять русских, которые не обращали внимания на притеснения, а скупали бизнесы в Латвии, Литве и Эстонии. Так на сегодня и идёт с тех пор. Деньги у русских, а амбиции у малых, но очень гордых народов Балтии. Почему так не в России для меня загадка загадок.

Но перейдем к голой сути. Был у нас дедок, ему тогда было столько, сколько мне сегодня. И поведал он нам байку морскую, сами знаете, даже во всех книжках чёрным по белому прописано, что моряки трепятся более, нежели дамы бальзаковского возраста, ибо делать морякам в жизни нечего, а дети их растут или на стороне, или вовсе не знамо где по заморским заграницам. Ну и был Иван Петрович или Петр Иванович, это мелочи, в пору юности водолазом ЭПРОНа или что-то такое. Прокладывали они кабель военный от Сааремаа на маленький остров на котором были толи пусковые шахты термоядерной триады, а толи бункер Гражданской обороны СССР, это мелочи, не стоящие внимания. Главное наткнулись водолазы на чудо, затонувшее в виде трёх барж из железобетона и одного буксира, тоже из железобетона, но без кормы и всё немецкой постройки. Времени лазать в трюма у них не было, а доносить начальству о том не стали, так как работы и так было не в проворот. Но любопытный дедок всё же подглядел, что в баржах тех ящики разномастные и явно взрывобезопасные. Без бомб или ещё какой военной чепухи. Может водка-шнапс или картина Рафаэля «Портрет молодого человека» или ещё что, он не знает.

Так все наши усилия и пропали даром тогда. «Логгера» не нашли, я занялся более приземлённым бизнесом, приятель потерялся в волнах бизнеса, а дедок ушёл туда, куда все уходят рано или поздно, а не только водолазы. Вот и решил я по пути в Клайпеду, в свободное от забот время, зайти и проверить слова старого водолаза. А чем чёрт не шутит, ну водка мне, как черепахе пятая нога, только бегать — прыгать мешать будет, может и правда Рафаэль, а он 200 миллионов зелёных стоит или больше.

Пройдя зоны разделения и не видя никаких препятствий, я повернул на юго-восток и прибавил ход до полного. Не хотелось в темноте шарится возле берега. Всё-же я просчитался, оказалось, что мой лайнер не из фанеры и не самолёт уж точно. Уже ночью я подошел к острову Эзель (Сааремаа), к его юго-западной оконечности. Нет не к маяку Сырве, а чуть южнее маяка Висланди. Видите, там два островка заповедных? Вот южнее их чуток. Сбросил ход до малого и вошёл в пролив.

Мелко тут было, хорошо, что волнения сегодня не было, а так моя осадка три метра, плюс высота волны, к примеру, два, не дай Бог в Балтике такого шторма, тогда мне будет нужно около 5,5 метра, ведь меня будет просаживать чуток на волне и заглублять оконечностями тоже. Ещё валуны, которых достаточно натащили сюда ледники в незапамятные времена всеобщих катаклизмов, потопов и оледенений. Глубины тут были слегка за десять метров, но следовало опасаться лежащих на грунте, если они есть, барж. Размеры их я не знал, и как они лежат тоже.