Календарные обычаи и обряды народов Юго-Восточной Азии: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Путешественники и ученые, в разное время наблюдавшие повседневную жизнь яванцев, отмечают их своеобразное отношение к правилам ислама. «Если бы Магомет посетил сегодня Индонезию, он, без сомнения, был бы удивлен, насколько мало следует в быту его заповедям этот глубоко верующий народ» [Оттен, Банса, 1973, с. 79].

Ислам, принятый народом древней земледельческой культуры, несомненно, не мог не претерпеть значительные изменения и в самом календаре, и в календарных праздниках. После уборки урожая устраивают целые обрядовые представления в честь Богини риса — Деви Сри. Культ этой Богини остается у яванцев одним из самых популярных культов [Маретин, 1966, с. 465]. На Яве, как и повсюду в Индонезии, принято отмечать важнейшие события — семейные, религиозные, календарные — пиршеством (сламетан). «Сламетан — пир во славу защитников-предков и во славу Аллаха. Праздники устраиваются по оригинальному календарю, в котором смешаны местные верования с мусульманскими требованиями» [Оттен, Банса, 1973, с. 84].

Пир — это древняя форма общения, которой всегда придавалось магическое значение оказывать благотворное влияние на судьбу участвующих в нем. Позднее эти пиршества приобрели значение благодарения высшие сил как индуистского, так и мусульманского пантеона. Пиршества обычно сопровождались ритуальными приношениями богам и духам. Своих бесчисленных духов яванцы называют янг, часто с почетным титулом санг. Этим почетным титулом называют и Шиву (индуистский пантеон) и Аллаха. Во время сламетана руководитель стола обязательно призывает к столу или просит благословения у того или другого или у обоих последовательно.

Сламетан — арабский термин, но в ритуальной жизни яванцев он несет функцию, характерную для яванской традиционной культуры, — пиршество как знак социальной общности и способ привлечения «к людским делам» духов и богов многослойного яванского пантеона. Большие и малые сламетаны яванцы устраивают в важные периоды сельскохозяйственного сезона и в поле, и в деревне.

Новогодние торжества

Новый год (Ньепи) по календарю сака обычно приходится на 9-й месяц, когда заканчивается сухой сезон и начинаются дожди. Яванцы забыли древнюю семантику термина, известную балийцам: ньепи на древнеяванском языке означает «очищение». Однако обряды, исторически связанные с ним, яванцы исполняют. Это уборка жилья и помещений, куда будут свозить рис, окуривание их благовонными травами, расчистка дорог. Существует и еще один обряд — обливание водой. В настоящее время это юношеская игра. Но приурочивание ее к новогодним праздникам позволяет высказать предположение о существовании в прошлом у яванцев этого обряда, связанного с имитативной магией вызывания дождя.

Ньепи празднуется в течение трех дней. Первые два дня он отмечается в кругу семьи большим пиршеством джагонган (или сламетан), на котором собираются все родственники, как бы далеко они ни жили.

Основные блюда любого праздничного стола яванцев — вареный рис и вареное мясо. Но в новогодние дни рис и мясо выкладываются на праздничный стол в форме горки (тумпенг). Это, видимо, связано с культом гор, властвующих над водами, используемыми для орошения полей, и ветрами, приносящими дожди и зной. Подсознательно даже правоверные мусульмане Западной Явы верят в могущество богов и духов гор (см., например, [Wessing, 1988, с. 43–58]).

Большой праздник выливался на улицы на третий день Ньепи. Односельчане с традиционными угощениями — лепешками из рисовой муки, которым придана форма плоского круга или летящей птицы, — навещали друг друга. В обычае яванцев одаривать друг друга в дни праздников.

Задолго до наступления Ньепи особые умельцы дрессируют бойцовых петухов. На каждой деревенской, да и на городских площадях отводится специальное место для петушиных боев, представляющее собой небольшую, окруженную невысокой оградой площадку. Внутрь ее входят владельцы принимающих участие в игре петухов. Зрители тесной толпой окружают своеобразное ристалище. Особо опытный и доверенный человек следит за тем, чтобы бой велся по правилам. Каждый петушиный бой кончается смертью одного из бойцов. Заключаются пари иногда с довольно крупными ставками. Петушиные бои — любимое развлечение яванцев. Народные четверостишия париканы (малайск. пантуны) так говорят об этом развлечении:

В давние времена на новогодних праздниках устраивали театральные представления. Каждая область Явы имела свою труппу танцевальной пантомимы: область Соло славилась труппами классической драмы ваянг оранг; область Сурабая — лудрука, область Понорого — рейога [Демин, 1978, с. 106]. В Понорого, оплоте ислама на Центральной Яве, в деревнях существовали непрофессиональные театральные труппы исполнителей древней танцевальной пантомимы рейог.

Рейог исполняется под музыку местного оркестра (гамелана), состоящего из нескольких инструментов: большого и малого барабанов (плетущих канву танца, его ритм), гонгов, деревянной флейты и ангклунга (набора бамбуковых колокольчиков, сделанных так, что каждый из них имеет свой голосок).

Заслышав звуки оркестра, жители городов и деревень спешили на улицу навстречу актерам в масках и вместе с ними шли на площадь, где должно было состояться представление. Посреди нее расстилали циновку, условно обозначавшую сцену и отделяющую актеров от зрителей, окружавших место представления со всех сторон. В танцевальной пантомиме рейог персонажи постоянны. Это огромная маска Баронгана (или Баронга), которую несут двое мужчин. Голова маски изображает стилизованную морду тигра с раскрытой пастью. Надо отметить, что мимика этой маски улыбчива, доброжелательна. Голова увенчана своеобразным украшением — огромным веером из павлиньих перьев. Рядом с этой маской быстрыми, семенящими шажками движется Панакаван — персонаж фарса, бросающий смешные реплики, вызывающие смех у зрителей. Характерна его длинноносая маска с вытаращенными глазами и растрепанным париком. Вместе с этими двумя основными персонажами в интермедиях так или иначе участвуют клоуны и танцоры в разных масках, и среди них обязательно несколько мальчиков, скачущих на лошадках, сплетенных из бамбуковой щепы. Иногда роли всадников исполняют и взрослые мужчины, в процессе представления впадающие в транс и очень натурально изображающие лошадь.

В Понорого известно несколько вариантов драмы, разыгрываемой в рейоге. Легенду рассказывает актер (даланг), голосом выделяя характер персонажей. Речи благородных героев он произносит речитативом или поет, за отрицательных — кричит неприлично резким голосом. Вот один из вариантов легенды, лежащей в основе сюжета.

Давным-давно в этой местности правил раджа Колоносевандоно. Он был богат, молод и горяч. Однажды во сне ему явилась девушка необычайной красоты. Много дней и ночей образ красавицы не давал молодому радже покоя. Он обратился к толкователю снов — мудрому патиху, министру его двора. Патих рассказал, что раджа видел во сне принцессу соседнего могущественного царства Кедири. Колоносевандоно воспринял его слова как предзнаменование и послал министра сватом в сопровождении большой свиты и музыкантов. Но на границе Кедири их встретило огромное чудовище Баронган с головой тигра, которое охраняло это царство. Своим могучим дыханием Баронган уничтожил отряд всадников. Печальной вестью о неудачном сватовстве министр привел раджу в великий гнев. И он сам, собрав большое войско, решил вступить в борьбу с чудовищем. С собой он прихватил волшебную плетку, наделенную чудодейственной силой. На границе Кедири произошла битва, длившаяся долго, пока в сражение не вступил сам раджа. Под звуки оркестра он ударил Баронгана волшебной плетью. Чудовище преклонило колени перед победителем и отправилось сопровождать героя в Кедири. Раджа Кедири, услышав звуки трубы и крики, решил, что подступает враг, приказал своему полководцу атаковать пришельцев, не ожидавших такого поворота событий. Колоносевандоно был изгнан из Кедири. Сватовство опять не состоялось [Демин, 1978, с. 106–109].

Танцоры в масках делают несколько условных движений, иллюстрируя ими красноречивое повествование даланга. Они безмолвны, так как зубами держат на лице маску. Маски делали, строго придерживаясь установленных правил. Одно из них требовало покрывать маску-костюм Баронгана тигровой шкурой или по крайней мере, кусочками меха. Это правило стараются соблюдать и в наши дни, приобретая их даже в антикварной лавке [Демин, 1978, с. 110].

Тенггеры — этнографическая группа яванцев, живущих на территории Восточной Явы. В быту они придерживаются старинных обычаев, корни которых уходят в далекое прошлое. Сложный обряд почитания горных вершин — обиталищ могущественных духов гор — по своему происхождению, безусловно, связан с древними аграрными культами. Один из крупнейших праздников тенггеров связан с обрядом жертвоприношений вулкану Бромо. Обряд совершается раз в году — в 12-м месяце по календарю сака. Богу огня Санг Хийан Батара Бромо, обитающему вместе с могущественнейшими духами на вершине вулкана, делают обильные приношения. В празднестве, называемом Касада, и его кульминационном этапе — восшествии на вершину вулкана — участвуют все способные двигаться тенггеры, в том числе дети, старики; участвуют и те, кто исповедует ислам. Днем жрецы в каждой деревне тенггеров совершают торжественные богослужения, обращаясь и к Богу огня, и к духам предков.

С наступлением темноты паломники пускаются в путь. Со всех сторон земли тенггеров движутся процессии: идут пешком, едут верхом на лошадях. Шествие освещается факелами. Поднявшись на последнюю вершину перед Бромо, устраивают большой привал. Жрецы молятся Бромо, возжигают ароматные ветви деревьев, чтобы дым возвестил о скором приношении даров. В корзинах, висящих на бамбуковых коромыслах или за плечами, несут вареную птицу (преимущественно петухов), фрукты, овощи, цветы. Достигнув кратера Бромо, процессия останавливается. Жрецы разных деревень, один за другим, произносят несколько формул молитв и бросают в кратер свои жертвоприношения. Затем каждый из паломников передает своему жрецу просьбу к Бромо; жрец молится, а проситель бросает в кратер свои подношения [Бернова, 1982, с. 106–107].

С культом предков, с аграрными культами связана у тенггеров обрядность Нового года. Праздник приходится на сезон окончания сельскохозяйственных работ и подготовки к новым (по григорианскому календарю — конец февраля — начало марта). За несколько дней до наступления праздника приводятся в порядок жилища и храмы, готовятся праздничные блюда и дары предкам. Изображения духов предков делают в каждом семейном доме. Кукол, изображающих духов усопших мужчин, делают из листьев и цветов, духов женщин изображают кусочки нового каина (женской поясной одежды) или лоскутки от новой кофточки — наряда, приготовленного к празднику, духов умерших детей олицетворяют маленькие букетики белых цветов. Все это в канун Нового года выставляется перед домами вместе с сосудами с водой и щепотками провизии, приготовленной для праздника. Жрецы деревень совершают здесь молитвы, обращаясь к духам с благодарностью «за помощь», а также с просьбой о благословении на будущие труды. Жреца сменяют хозяин дома и все домочадцы, даже дети беседуют с духами. Затем пищу пробует жрец, что означает, что духи насытились и можно всем приступать к новогодней трапезе.

На новогоднее пиршество (каро) собираются все домочадцы, как бы далеко от родной деревни ни забросил их труд отходничества. Празднество начинается в самой старой деревне тенггеров — Тосари — и заканчивается в деревне Вонокирти. Оно всегда коллективное. Жрецы деревень заранее определяют расходы каждой семьи на организацию такого пиршества, а также на оплату приглашаемых артистов. В каждой деревне в новогоднюю ночь играет гамелан, состоящий из местных музыкантов, а в наиболее зажиточных деревнях выступают профессиональные артисты.

В старые времена пир — каро — устраивали на центральной площади деревни, возле деревенского храма [Our Tengger, б. г., с. 17–18] (в наши дни празднество переходит в семейные жилища). Наутро вся деревня — на улице. Здесь все любуются традиционным танцем содоран. Танцоры (их 14 человек) выступают в праздничных, ярких костюмах, с крисами, рукоятки которых украшены яркими цветами и тканями. Это старые жители деревни, наиболее уважаемые мужчины разного возраста. Все они идут на площадь, где их встречает деревенская администрация. Произносятся приветственные речи. Посреди площади расстилают несколько новых циновок, которые символизируют сцену — закрытое пространство для зрителей. Танцоры разбиваются на две группы по семь человек в каждой и начинают представление. Сначала музыкальное вступление, исполняемое на традиционных для тенггеров инструментах — двух барабанах и нескольких рожках, сделанных из больших морских раковин. Танец имитирует борьбу, причем в движениях его нет силовых приемов, но семантика танца легко угадывается теми, кто знаком с символикой движения танцоров.

Содержание танца имеет несколько толкований. Одно из них — миф о борьбе между посланцем Мухаммеда и героем тенггерского эпоса Аджи Сака, в которой оба героя погибают.

Однако некоторые танцевальные движения содорана заставляют догадываться о старинной семантике танца. После нескольких статичных движений воинов танцоры кладут крис и берут в руки полые бамбуковые палки, внутрь которых заранее насыпают сухие зерна кукурузы. Чуть монотонными движениями под сухое шуршание зерен они изображают сев. Завершается ганец имитацией схватки героев. Движения полусогнутых, слегка вывернутых ног, рук, быстрые повороты, сближения и отскоки составляют захватывающее зрелище. Исполнение такого танца требует большого искусства и доставляет зрителям большую радость. Можно предположить, что танец воинов, безусловно, позднейшее наслоение на древнюю обрядовую пляску земледельцев, вскрывающую календарную сущность праздника годичного цикла — новогоднего праздника.

Новогодние торжества — важнейшая дата и по мусульманскому календарю. Мусульманская традиция называет его Первым днем времени. Яванцы называют его Рийайа («веселый», «радостный»). Согласно арабской легенде, этот день отмечен в календаре потому, что в этот день Мухаммед одержал победу над язычниками [Geertz, 1960, с. 79].

Новый год наступает в октябре (по григорианскому календарю), т. е. почти совпадает с новогодним праздником по календарю сака. В мусульманском календаре ему отведено место после великого поста, и он знаменуется священной трапезой в каждом доме.

Считается, что в это время духи предков навещают своих потомков. Для них делают подношения в виде ритуальных блюд, плодов и цветов. Эти дары можно назвать символическими, поскольку провизия, предложенная предкам, через какое-то время частично идет на праздничный стол семьи, частично раздается нищим.

Начало нового года по мусульманскому календарю отмечается рядом обрядов, объяснить которые можно, только связав их происхождение с древними яванскими аграрными культами. На Яве октябрь (по григорианскому календарю) характеризуется началом периода дождей, дожди же определяют изобилие и благополучие или голод. Поэтому понятны новогодние обряды яванцев, старавшихся вымолить у всех богов и духов, в том числе и с помощью древнего обряда имитативной магии, обильные дожди.

Так, на восходе солнца, накануне Нового года, жители деревень отправляются к ближайшему источнику мыть волосы и обливать друг друга водой. Этот обряд издавна известен и мусульманам. Например, персидские источники его знают и объясняют тем, что «брызганье водой [якобы] устраняет из воздуха порчу, порождающую моровую язву и [другие] болезни» [Бируни, 1957, с. 229].