— Я умираю. У меня рак кожи, причём в самой агрессивной форме. Элиз, мне осталось совсем немного!
Рут разрыдалась, спрятав лицо в ладонях. Элиз несколько секунд не двигалась, пытаясь осознать то, что она услышала. Элиз была потрясена. Потом она молча обняла подругу, из её глаз брызнули слёзы. Какое-то время они так и сидели: обнявшись и плача. Потом Рут извинилась и вышла из комнаты. Элиз осталась сидеть на диване. «Рак кожи, господи! Умирать такой молодой! Этот рак просто преследует людей! То моя тётя, теперь… — тут глаза Элиз распахнулись, она вытерла слёзы и выпрямилась на диване. — Ну, конечно! Я вылечила прикосновениями тётю, я вылечу и Рут!» Элиз почувствовала прилив надежды. В эту минуту появилась Рут с двумя бокалами и бутылкой виски «Glenfarclas 105». Она поставила их на столик у дивана и снова села на своё место. Лицо Рут было бледным, но решительным.
— Хочу напиться сегодня до беспамятства, — пояснила она подруге, отвинчивая крышку бутылки.
— И сколько тут?
— Шестьдесят.
— Сколько?! — Элиз широко распахнула глаза.
— Шестьдесят.
— Ничего себе!
— Самое то, чтобы отключиться. Хорошо было бы отключиться и… больше не включиться.
Рут налила им обеим по полбокала.
— Рут, один из нас должен быть трезвым на случай, если что-то случится с другим. Это же убийственная крепость!
— За меня можешь не беспокоиться, мне терять нечего, — Рут подняла бокал, подождала, пока Элиз тоже поднимет, и чокнулась с подругой. — Живи долго, Элиз!
Рут залпом выпила и зажала нос и рот рукой, поморщившись. Элиз только сделала вид, что отпила.
— Когда ты узнала? — спросила она подругу.
— Вчера, — Рут налила себе ещё полбокала. — Вчера после обеда. У меня был приём у кожного доктора где-то неделю назад. Я давно не ходила к нему на контроль, всё некогда было… Ну, ты меня понимаешь. А тут что-то вроде большого прыща на спине. Сначала чесался, потом появилась боль… Через неделю, пока я дождалась приёма, начались стреляющие боли. Доктор осматривал мне спину. Потом стал задавать конкретные вопросы о моём самочувствии вообще. А потом «обрадовал», что у меня последняя стадия, что ему даже анализ брать не надо, чтобы это понять. Результат химиотерапия может вообще не принести, а если и принесёт, то жить мне потом самое большее пять лет. Ну, а без лечения я сгорю, как метеорит в небе. Кстати, анализ доктор всё-таки взял.
Рут хмыкнула залпом выпила вторую порцию виски. И снова налила себе из бутылки. Элиз наблюдала за Рут, а сама в это время думала о своём: «У тёти Амалии была последняя стадия, тоже неизлечимая, но я смогла её полностью вылечить. Надо попытаться с Рут. Для этого я должна остаться сейчас здесь и сохранять с ней телесный контакт как можно дольше».
— Доктор может ошибиться.
— Анализы подтвердили его диагноз. Вчера я виделась с доктором. За лёгкую смерть! — провозгласила Рут и снова выпила залпом содержимое бокала.
Элиз почувствовала, что подруга начинает растягивать слова, а глаза у неё помутнели.
— Рут, давай я отведу тебя в постель, — предложила Элиз.
— Ну, уж нет! Належаться я ещё успею. Оставшееся время я буду либо сидеть, либо стоять, либо ходить! — Рут снова налила себе из бутылки и тут же выпила. — Кофе у меня навалом… мне хватит до конца моих дней, представляешь?
Рут засмеялась, и Элиз поняла, что подруга захмелела.
— Вот, уж, не думала, когда покупала кофе, что запасусь до конца жизни. Остатки кофе можешь забрать себе, — широким жестом руки подруга чуть не опрокинула бутылку.
Элиз подхватила бутылку и хотела отставить её в сторону, но Рут забрала у неё бутылку:
— Подожди, подруга! Гулять, так гулять!
Рут стала пить прямо из горлышка. Элиз пришлось забрать бутылку и поставить её подальше от Рут.
— Вообще-то, это моя бутылка, — возмутилась та. — Это я её купила!
— Я не хочу, чтобы ты отравилась, — спокойно ответила Элиз.
— Ты не сечёшь, да? — Рут пьяно засмеялась. — Мне конец, понимаешь?! Я могу делать всё, что хочу!
Элиз поднялась и стала поднимать с дивана Рут.