Вега на том конце провода выругалась. Даян и Рей засмеялись.
— Это всё? — голос Веги был колючим, но напарники знали, что их это не касается.
— Да, — ответил Рей.
— Продолжайте наблюдение и охрану.
Вега отключила связь. Она была разозлена. «Ручная птичка» шефа имела наглость требовать, чтобы она — Вега! — вышла к ней, да ещё кричала, что она трусиха!? Какая наглость! Не хватало ещё, чтобы какая-то там землянка отчёта от неё — Веги! — требовала! Если бы не шеф… Не понятно почему, но он к этой ничтожной землянке питает какую-то слабость. Нет, Тэйлан землянку не любит, она уверена, но та ему и не безразлична. «Интересно, когда же шеф, наконец, посадит свою «ручную птичку» в клетку? Может тогда, в конце концов, и осуществится моё давнее желание: выдернуть ей пару перьев из хвоста!» — подумала Вега и уже хотела связаться с Тэйланом, но, поразмыслив, передумала. За трусиху она ещё поквитается с землянкой при удобном случае, а беспокоить шефа только из-за того, что землянка звала её, не стоит. Это не такое уж важное событие.
Глава 14
Прошла ещё неделя. В субботу состоялся концерт, где Элиз выступила очень удачно несмотря на то, что чувствовала себя разочарованной и растерянной: все ниточки, ведущие к воспоминаниям, были утеряны. Никакой возможности ни восстановить полностью память, ни найти тех людей, которых она вспомнила. На концерте был Рей, но зато почему-то отсутствовала подруга Рут, хотя она и обещала прийти.
После концерта Рей проводил её до дома. Надеялся он или нет, что Элиз пригласит его к себе, она не знала, но в любом случае приглашать его у неё не было никакого желания. Все её мысли были направлены только на одного мужчину: на того, о ком у неё сохранились лишь смутные воспоминания, но которого она не променяет ни на кого другого.
Попрощавшись с Реем у подъезда, Элиз вошла домой. Она переоделась, вымыла руки и подошла к телефону. Был уже поздний вечер, но Рут никогда рано не ложилась. Надо было узнать, почему её не было на концерте. Заболела? Что-то случилось? Элиз испытывала лёгкое беспокойство. Она набрала номер и стала ждать. Сначала никто не отвечал, и Элиз уже собралась положить трубку. Но в последний момент линия соединилась.
— Здравствуй, Элиз, — произнесла Рут с бодростью, которая показался Элиз наигранной.
— Привет. Тебя не было на концерте, и я заволновалась. Ты же обещала прийти.
— Я не смогла, и предупредить тебя не было возможности, — так же бодро произнесла Рут.
«Даже, слишком бодро», — невольно отметила про себя Элиз.
— Рут, что случилось?
— Мы можем поговорить об этом в другой раз? Я сейчас не готова это обсуждать.
— Рут, ты же знаешь, что я теперь не усну.
На том конце линии помолчали.
— Элиз… у меня серьёзные проблемы. Серьёзнее не бывает, — голос Рут зазвучал глухо, Элиз поняла, что та борется со слезами.
— Я сейчас приеду к тебе, — быстро сказала Элиз и разорвала связь.
Она быстро натянула брюки и первый попавшийся свитер, обулась, схватила сумочку и выскочила за дверь.
Рут жила недалеко. Они обе хорошо зарабатывали, чтобы позволить себе иметь собственные квартиры в районе Haga. Элиз даже не стала брать машину. Она быстро дошла до дома, где жила Рут. Накрапывал дождь. Улица была хорошо освещена фонарями, а мокрая каменная мостовая отражала свет. Элиз позвонила, над дверью раздался звонок, означающий, что замок двери открыт. Элиз толкнула дверь и вошла в подъезд.
Рут стояла у открытой двери. Вид подруги ужаснул Элиз. Лицо осунулось, под глазами тёмные круги. Рут выглядела несчастной, и у Элиз сжалось сердце.
— Господи, Рут, что случилось?! — спросила Элиз, заходя в квартиру.
Подруга закрыла за ней дверь.
— Снимай куртку и проходи в гостиную, — Рут потёрла виски руками. — Об этом у порога не говорят.
Элиз торопливо повесила куртку, вошла в гостиную и села на диван. Она тревожно следила глазами за Рут. Та села рядом с Элиз на диване, уронила голову на руки и некоторое время молчала. Элиз тревожно смотрела на неё.
— Боже мой, Рут, говори! У меня сердце сейчас из груди выпрыгнет!
— Я умираю, — не меняя позы произнесла Рут.
— Что? — Элиз решила, что она ослышалась. — Что ты такое говоришь, Рут?
Подруга выпрямилась и посмотрела прямо в лицо Элиз.