Начинающее Божество: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Заслуги прошлого вознесли Куртака над обычными орками, обеспечив долгие годы спокойствия и беспрекословного подчинения даже тогда, когда сильнейшие воины, объединившись, смогли бы свергнуть своего Вождя. Вот только его наследник ничего кроме силы предложить им не мог, так что не удивительно, что со временем многие орки стали все больше наглеть, а пять лет назад бунтовщики и вовсе заявили о выходе из Племени примерно половины территорий, начав самую масштабную войну, что видели эти земли.

Битвы были кровопролитны, вот только редко когда алая жидкость достигала земли, или орошала собой белоснежную плену. Кровь становилась оружием. Полностью оправдывая данное Куртаком название, орки использовали кровь поверженных врагов для создания ледяных клинков на руках, а потом научились придавать ей все более сложные формы и даже отделять от тела.

Со временем все чаще на болях брани можно было встретить бледного от холода воина, вооруженного кроваво-красной секирой, созданной из льда. При этом подобное оружие в умелых руках было опасней любого другого, так как чем больше сил и крови вливал в него владелец — тем прочнее оно становилось, и тем дольше оно сохраняло свои свойства. Дошло даже до того, что некоторые оружия стали менять своих владельцев.

Вот только столь масштабная резня не могла не сказаться на обычных орках, не способных что-то противопоставить многочисленным ледяным монстрам, упивающимися устроенной ими резней. Любой, кто не подчинил себе лед, был лишь пищей для их оружия. Но что более ужасно — для некоторых стало нормой вырезать пару десятков слабаков, чтобы нарастить себе броню или сделать свою дубину немного толще. Потери были огромны.

В связи с этим многие орки, повинуясь желанию выжить в развернувшейся заварушке, стали перебираться ближе к пылающим землям, на которых Принявшие Холод испытывали невыносимый жар, в то время как для остальных температура была все еще терпимой. И вот через пять лет войны какой-то орк, которому предстояло пройти Испытание Холодом, отважился на безумство, сбежав перед церемонией к особо сильному источнику пламени.

Закованные в ледяную броню орки не могли подойти к нему, так как их доспехи стекали на землю алыми каплями, а оружие становилось бесполезным. Посланные соплеменники тоже оказались бессильны перед силой своего знакомого, ну или питали к нему меньшую злобу, чем к Принявшие Холод. В конце концов, последним надоело смотреть на взбунтовавшегося собрата, и они ушли на войну, оставив лишь одного орка на страже, из-за чего у оставленного без еды и воды безумца оставался лишь один вариант — подчинить себе огонь.

Ради этого Домур’Иг, семнадцатый сын тридцать четвертой жены, и отважился бросить вызов своим многочисленным братьям, многим прочим воинам, а также своему отцу, отринув Лед. Им двигала ненависть и злоба, ведь жертвой бессмысленной жестокости стала его мать, сестра и четверо братьев, вставших на их защиту. Он презирал всех Принявших Холод, и собирался принять в себя Огонь, чтобы растопить кровь в ледяных клинках и доспехах, дать ей покрыть промерзлую землю и извалять в ней тела своих врагов, чтобы те прочувствовали все причинённое ими зло.

Метр за метром, шаг за шагом он приближался к бушующему пламени на протяжении многих дней, проворачивая в голове истории про обретение отцом своей силы, а также вспоминая наставления учителей. Принять огонь, сделать его частью себя, обратить его силу против врагов…

Укрепленное Силой тело стонало, кожа давно превратилась в хрустящую корочку, а идти приходилось с закрытыми глазами, так как иначе можно было бы ослепнуть. Боль была невыносимой, но каждый раз, стоило ей хоть капельку утихнуть, он делал… еще… один… шаг.

Но всему приходит конец и, подобно герою легенд, он упал, окончательно потеряв возможность двигаться. Он чувствовал, как языки пламени пожирают его тело, унося с собою его жизнь. Но было там что-то еще… Ухватившись за это мимолетное чувство, он повернул голову на бок и открыл один из все еще уцелевших глаз.

Там, среди всполохов вечного пламени, он увидел свое племя. Они что-то ему кричали, били кулаками в грудь, и именно этот ритм он и ощутил всем телом. Их силуэты быстро расплывались, пока не исчезли вовсе, однако кое-что еще он успел заметить — ухмылку его надзирателя, поигрывающего заметно выросшей секирой. И на этом все.

Пребывая во тьме, он ощущал лишь равномерный гул от земли и всепожирающее пламя. Перед ним проносились события жизни — вот он слушает рассказы матери об отце, вот его сестренка хвастается первой сплетенной корзиной, а старший брат приносит добычу на радость всей семьи. Вспомнил он и тот день, когда, вернувшись с охоты, обнаружил в племени разруху и узнал о смерти части своей семьи. Всплыла и ухмыляющаяся, насквозь промерзшая рожа, от чего ярость в его душе лишь разгоралась, проясняя угасающий разум.

Он облажался.

Зашел слишком далеко, последовал глупым советам и позволил огню поглотить себя. Пропуская его сквозь свое тело, он лишь медленно сжигал себя и снаружи, и изнутри, растягивал агонию. Ему не нужно чужое пламя — у него есть свое.

Почувствовав прилив сил, он упер руку в землю, и начал вставать. Угольная корка на его теле начала трескаться, оголяя кровоточащую плоть и причиняя невыносимую боль. Он не обращал на нее внимание, полностью сосредоточившись не неумолкающем ритме своего сердца, идущего в такт ударам соплеменников — он их слышал. Через десяток секунд, продлившихся вечность, он все-же смог подняться на ноги. Домур’Иг развернулся в сторону шума и открыл единственный оставшийся глаз.

Он увидел их — свое племя. В последний раз.

Пока взгляд снова не начал плыть, он высоко поднял сильно исхудавшую руку и ударил себя по груди. А потом еще раз. И еще… Еще…

Каждый удар он сопровождал криком полным ярости, что лишь усиливалась. Он выбивал из себя весь оставшийся воздух, напитывая каждый выдох пламенем ненависти и собственной решимости. Казалось, что само пламя пульсировало вокруг него, разгораясь все ярче, пока не поглотило все его существо. Злость утихла… боль ушла…

…Домур’Иг, первый кто Принял Пламя, умер…

Глава 20

Истоки

Оставив людей с их внутренними проблемами, я стал думать, чем теперь себя занять. Правда, вариантов было не так уж и много и все они были связаны с аспектами.

Можно было начать создание ядра Земли, благо под рукой имелся бесконечный источник, или же заняться более специфическими энергиями — Верой и Информацией. Оба варианта были заманчивы, однако, хорошенько поразмыслив, я решил остановиться на первом. Торопиться то мне не куда и лучше для начала освоить наиболее доступные возможности, а уже потом браться за сложные проекты. Вот только столь плевая, в какой-то степени привычная процедура дала неожиданный побочный эффект.

Начал я с самого простого — перенаправил часть аспекта Земли к своему источнику, обеспечил равномерную подачу и принялся создавать ядро очередного аспекта, связав его с Водой и Жизнью. Вот только стоило мне закончить данный процесс и приступить к его дальнейшему формированию, как почувствовал легкое головокружение и тошноту. Впервые за всю свою новую жизнь…

Я тут же остановил все процессы и принялся искать причину недомогания, однако из-за ослабевания симптомов сделать я этого не смог… с первого раза. Поняв, что причина странного самочувствия кроется именно в процессе роста ядра, я решил продолжить, обратив все свое внимание в источник. И не прогадал — именно он был причиной, а если быть точнее, то сами ядра. Они все еще представляли из себя сгустки энергии собственного аспекта, и все также болтались у меня в источнике, вот только из-за освоения двух новых аспектов обнаружилось одно новое свойство. То, на что я не мог повлиять…

Ядра могли менять свое положение.

До освоения Земли, ядра представляли из себя один большой комплекс из сгустков аспектов, часть из которых появилась сама по себе, а часть была создана мной в наиболее подходящих местах. И так уж сложилось, что Смерть, Душа и Разум крепились к Жизни и имели связь между собой, образуя своеобразную пирамиду, в то время как Вода расположилась с противоположной стороны, и именно рядом с ней я и начал создавать ядро Земли. В результате, чем ближе процесс был к окончанию, тем сильнее комплекс «поворачивался» набок, стараясь, по всей видимости, привнести в данную систему равновесия.

Дальнейшее формирование ядра лишь подтвердило мою догадку, что, впрочем, не остановило меня, а лишь подстегнуло мое любопытство. Ведь пока во всем мире было лишь одно существо, обладающее достаточно большим числом аспектов для подобного эффекта — я сам. Да и самочувствие хоть и ухудшалось, однако никак не угрожало моей жизни. Правда об этом я все же пожалел…

Ради завершения ядра я целый год терпел тошноту и головокружение, по крайней мере именно так мой разум интерпретировал данные ощущения, а потом еще столько же отходил от данной процедуры. При этом комплекс ядер повернулся лишь градусов на шестьдесят, словно требуя добавить к двум стихиям третью ради достижения идеального баланса. Так что, повинуясь симметрии, я начал думать какой бы аспект освоить. Он должен быть совместим с Жизнью, Водой, Землей, а также с Природой, так как она, все же, является основным аспектом. И решив не заморачиваться с поиском возможно существующего аспекта Грязи, я остановился на Воздухе, совместимость с которым после последней проверки почему-то поднялась.

Начав делать запасы энергии для создания ядра, снарядив для этого освободившихся духов и готовясь расчехлять запасы в листве, я попутно обдумывал природу данного феномена. И чем дольше я размышлял, тем сильнее улавливал определенную взаимосвязь.

Жизнь, какой я ее знаю, невозможна без воды. Также ей необходимо дышать и иметь под собой хоть какую-то опору в виде земли, особенно для растений. Правда, помимо всего этого есть такие факторы как температура, которую можно представить огнем, и солнечный свет, однако последним можно пренебречь, ибо это уже блажь для более завитых существ. Первые же популяции микроорганизмов, если правильно помню последнюю принятую земными учеными теорию, закрепились у подводных гейзеров, где все эти четыре элемента как раз и присутствуют.