Чэч: Становление бродяги: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 1

Крыса, сверкнув рубиновым глазом, ощерилась, демонстрируя крупные жёлтые зубы. Здоровая! Не то что предыдущие её товарки. Больше хозяйского раскормленного крысодава будет, а тот весил уже килограмм восемь. С такой наверняка, кроме стандартного опыта, можно ещё какой дроп получить. Стоило мне подойти поближе, она зашипела злобно, уткнувшись мордой в прутья ловушки, всем своим видом демонстрируя, что готова драться, чтобы продать свою жизнь подороже. Осторожно вынув из ножен стилет с тонким и длинным лезвием, на остриё которого была нанесена густая жёлто-зелёная мазь, прямо сквозь прутья ловушки нанёс удар. Он получился несильный. Отпрянув в сторону, сильно при этом изогнувшись, ловкий грызун почти избежал атаки — лезвие всего лишь поцарапало шкурку, выпустив капельку крови, и снова ощерился, шипя, всем своим видом демонстрируя, что может продолжать так ещё долго.

Но всё — бой закончен. Осталось подождать всего минуту или чуть больше. Мазь эта — яд, несильный и быстро выдыхающийся, приходится обновлять его перед каждой охотой несколько раз в день. Зато он лёгкий в приготовлении и компоненты легко доступны. Мне даже двор трактира для их добычи покидать не надо, нужные травки растут вдоль стены хлева. Убрав стилет в ножны, почищу после охоты, усмехнулся. «Охота», называть так забой мелких грызунов, конечно, громко сказано. Да и небезопасно, настоящие охотники, не побьют, но засмеют, а многие и совсем общаться перестанут. Совсем по-другому я представлял в своих грёзах процесс раскачки, но реальность, как всегда, внесла свои коррективы.

— Понимаешь, Чэч, — вспомнились слова старого Агееча, которого, кстати, так только я называл, остальные Протаской погоняли, — повезло тебе попасть в ту местность, где даже байбаки и щенки шакалов рождаются уже пятнадцатого уровня. Пищуха мелкая безобидная, что во дворе крошки хлебные собирает и та выше десятого. И случись тебе вдруг её попробовать поймать, завалит она тебя если не с первого удара клювом, то со второго-третьего точно.

— А ловушки? — не терял я надежду, вспоминая конструкции устройств, видимых мной когда-то в интернете.

— Ловушки твои будут такого же первого уровня, как и ты. И любое зверьё их даже не заметит, разрушит мимоходом, пока уровень твоего мастерства выше десятки не станет. Вот тогда да, есть шансы.

— И что мне делать? Всю оставшуюся жизнь — навоз за быками убирать, дрова колоть, и воду из колодца в баню таскать? Характеристики при этом качаются, конечно, но медленно и рано или поздно до капа дело дойдёт и развитие совсем прекратится. А на те гроши и кристаллы, что мне Шрам за работу платит, несильно-то и разгуляешься.

— Выход есть, — довольный собой старик откинулся на тёплые кирпичи печки и, профессионально выдерживая театральную паузу, сделал большой глоток слабенькой бражки из своей кружки. — Выход есть, но вряд ли он тебе понравится, предупреждаю сразу. Крысы! Эти твари — внеранговые. Встречаются такие, которых ты со своим первым уровнем, легко одолеешь, а есть такие, что могут легко тридцатому-пятидесятому уровню трёпку устроить. До смерти, конечно, не загрызут, но покусают изрядно. Как такое возможно — одним богам известно, но они не спешат поделиться с нами своими знаниями.

— Как их между собою различить и не отправиться ненароком на встречу с предками? — продолжал с довольным видом поучать старик, радуясь тому, что внимательно слушаю. — Скажу. При помощи ловушек. Научу тебя делать простейшие. Тех крыс, которые в них попадутся, ты легко одолеешь. А те, кто тебе не по силам, в ловушку либо не попадутся, либо её сломают. Только старайся не болтать, чем будешь заниматься. Хотя почти все начинали свой Путь развития именно с крыс, но начинали босоногими пацанами и вспоминать об этом не желают. Да и кристаллы, которые ты с них добудешь, считаются мусорными и никакой скупщик за них и медяка за десяток не даст. Так что охота на крыс особого дохода тебе не даст.

— Да, ловушки, которые я научу тебя делать, будут только ловить крыс, но не убивать. Можно, конечно, и те использовать, но сейчас это тебе невыгодно. Когда крысу прибьёшь сам, тебе не просто опыт дадут, ты ещё владение оружием прокачивать будешь, тем же ножом. Нож для нормального охотника — не основное оружие, ему владение копьями, луками да самострелами улучшать надо, но как ты в подвале или в хлеву, это прокачаешь? Так что и умение пользоваться ножом пригодится, свежевать-то добычу всё равно придётся. А при дополнительном умении этот процесс легче пойдёт.

Крыса дышала всё тяжелее и тяжелее. Наконец-то горящий рубиновым огнём глаз потух и грызун замер. Вроде сдох. Но помня наставления старика: «Прежде, чем откроешь ловушку, ткни тело палкой. И если тварь притворяется, а крысы это делают часто, то сразу же вцепится в неё. Когда у тебя будет десятка в разуме, то тебе начнут приходить оповещения, что закончился бой или нет, то есть сдохла тварь или притворяется. А пока придётся осторожничать». Ещё можно по изменившимся цифрам опыта определить, но там возможны нюансы: непонятно крыса это сдохла или очередная ловушка сработала.

Ткнув в тушку палкой, я убедился, что грызун действительно сдох. Открыв верх ловушки, достал тело и бросил в старый мешок, специально для этого приспособленный. В своё время, к удивлению, узнал, инвентарь, в который можно складывать добычу, несмотря на то, что я попал в мир, живущий по законам рпг-игр, мне не полагается. Для этого нужно специальное умение изучить и то, я смогу там лишь самую дорогую мелочь переносить, а о тоннах припасов можно и не мечтать. Взведя ловушку заново, я отправился проверять следующую, последнюю. А через какое-то время цикл можно повторить. Всего за день у меня получалось сделать пять-шесть заходов.

Чтобы добраться до ловушки, мне пришлось войти в загон с быками. Один из них, с белоснежной шерстью и чёрной звёздочкой на лбу, тут же подошёл ко мне, приветливо тыкаясь мордой в лицо. И тут же обиженно фыркнув, отодвигаясь назад. Это он тушки крыс в мешке учуял, хотя рассчитывал совершенно на другое.

— Держи уж, попрошайка, — вынул я из кармана тряпичный свёрток и, развернув, протянул своему любимцу кусочек хлеба, круто пересыпанный солью — мир другой, а привычки у животных те же. — Хотел тебя после дела угостить, да разве ты дашь поработать.

Довольный бык, мотнув мордой, отошёл в сторону, освобождая путь к ловушке. Они тут особенные, больше всего походили на яков из моего родного мира, такие же высокие, выше двух метров в холке и косматые. Расчёсывать их длинную шерсть, освобождая от колтунов и колючек, была одной из основных обязанностей. На то, чтобы обиходить одного из быков, поначалу уходило несколько часов. Теперь, правда, уже значительно меньше. И навык соответствующий появился: «Чесальщик шерсти», вступающий в синергию с «Уходом за животными», значительно облегчая жизнь и высвобождающего время для кача. Быков этих использовали, как тягловых животных, способных без воды и корма, подобно верблюдам, сутками тянуть за собою повозки. А ещё они очень умные и преданные своим хозяевам. В пути их даже не привязывали и не треножили на ночь, те никуда далеко от стоянки не отходили. С мелкими тварями справлялись сами, а о приближении крупных предупреждали караванщиков заранее, помогая своим хозяевам справиться с монстрами.

А конкретно этот красавец, проходя мимо белоснежного быка, я не удержался и ещё раз погладил того по морде, мне жизнь спас. Караванщики, как обычно, распрягли быков на ночь и те, сбившись в группу, начали пастись. Какого же было удивление у мужиков, когда ближе к полуночи, вожак стада, вот этот самый белоснежный красавец, задрав хвост к уже совсем тёмному небу и громогласно мыча, вдруг помчался вглубь пустошей. А остальные, всё той же тесной группой побежали за ним. Ещё больше они удивились, когда догнав, увидели, что быки, встав кругом, защищают кого-то от большой стаи шакалов. Этим кем-то оказался я, лежавший в тот момент без сознания. Подобрав тело, следуя писанному кодексу бродяг пустошей, они доставили меня в посёлок, где жили те самые вольные бродяги.

Теперь можете представить моё изумление, когда я открыл глаза и вместо миловидного личика медсестры в полупрозрачном халатике, увидел заросшую многодневной щетиной морду с испитыми глазами алкоголика. Удивлено ахнув, морда тут же исчезла, но появилась через какое-то время в компании ещё двух не менее чудных рож. Одна была человеческая, правда, настолько обезображена давно зажившим шрамом, что совершенно такой не казалась. А вот вторая была совсем нечеловеческая. С довольно заметным зелёным отливом, покатым лбом и маленькими круглыми поросячьими глазками, глубоко спрятанными под надбровными дугами. Завершающим мазком к портрету были два клыка на нижней челюсти, торчащие изо рта на манер клыков кабана. И эти рожи принялись молча меня рассматривать, с заметным интересом. А я принялся рассматривать их, тоже молча. А чего говорить? Если и так понятно, что я словил белоснежку. А так как на всех алкашей в России белочек явно не хватает, присылают к бедолагам её кузенов — бобров. Это всем известный факт. И хотя эти рожи на бобров мало похожи, мало ли какой бред может привидеться во время белой горячки. Я алкоголем не злоупотребляю, точно помню, как вдруг ни с того ни с сего навернулся на бетонный пол с довольно крутой металлической лестницы. Уборщица, зараза, когда вёдро с водой на второй этаж поднимала, пролила немного и не вытерла за собой. На этой луже я и поскользнулся. И видения мои, плод воздействия наркоза.

Зелёная рожа тем временем принялась махать клешнями у меня перед лицом, что-то бормоча непонятное. На самом деле, это были не клешни, конечно, а ладони, похожие на человеческие, вот только ногти на пальцах больше на подстриженные когти смахивали.

— Скверны в нём нет… Здоров… Нас понимает… Пойду я, Владилен Меркулович, народ ждёт. Карта мне хорошая пришла и ставки большие… — вдруг неожиданно разборчиво, человеческим голосом проговорила она, спустя некоторое время.

— Иди, Ррарг, благодарю, что не отказал в просьбе маленькой, — хриплым баритом ответила косплеющая Аль Пачино морда со шрамом.

Клыкастый кивком головы попрощался и почти бегом куда-то исчез. Я только услышал, как громко хлопнула дверь, отчего щетинистый испуганно втянул голову в плечи, а обезображенный осуждающе покачал головой.

— Значит так, — через мгновение он снова смотрел на меня. — Ты здоров, а потому подымайся и внимательно слушай, второй раз повторять не буду.

Хм, а этот мужик говорит так, будто привык, что все ему тут же подчиняются. Не буду пока обострять и выполню, то что сказали. Я осторожно попробовал сесть. Неожиданно это получилось довольно легко, будто до этого и не скатывался с крутой лестницы и не врезался головой в бетонный пол. Сев, понял, что лежал совершенно голый на широкой лавке, заменяющей нормальную кровать, укрытый чьей-то шкурой с густым мехом. Фигасе аутентичность. Вставать не стал, так и остался сидеть, прикрывшись шкурой, но не вытягиваться же мне во фрунт, сверкая причиндалами. Обезображенный тоже понял возможную комичность ситуации и настаивать не стал.

— Значит так, — повторился он. — Ты попал в другой мир. Прими это как данность. Как и почему это произошло, одним богам известно. Твой случай неуникальный. На моей памяти — уже шестой за последние десять лет. Судьба твоих предшественников незавидна. Одного мы сами грохнули — чернота демоническая в нём была. Двое пропали вовремя фарма, как они сами об охоте говорили, в пустошах. Неплохие были ребята, но слишком обезбашенные. Попали вместе и сгинули тоже вместе, даже следов их не нашли. Двое других решили, что им будет лучше в землях Империи. Туда они и отправились. Больше никто из посёлка о них не слышал. Можно ли вернуться в твой мир, я не знаю. И никто из наших не знает. Так что не приставай зря с расспросами на эту тему.

Мужик замолчал на какое-то время, внимательно всматриваясь в мои глаза. И я молчал. А что говорить-то? Всё ясно и лаконично объяснено и не появились в моей голове шальные мысли, что это подстава-розыгрыш, типа «Голые и смешные» или «Внимание, вас снимает скрытая камера». Просто вероятность попадания в другой мир гораздо выше, чем тот факт, что кто-то озадачится заморочиться соответствующим антуражем для съёмки не очень смешного ролика. Да и кому я нужен, чтобы так заморачиваться? Нет, комплексами неполноценности я не страдаю, а пытался всегда оценивать себя адекватно.

— Мои люди нашли тебя в пустошах, а значит, на мне лежит ответственность за твою дальнейшую судьбу. Таков кодекс бродяг и не мне идти против него. Если же, конечно, ты не решишь иначе. Зовут меня Владилен Меркулович и обращаться ко мне стоит только так и никак иначе…

Я хотел было представиться в ответ, но мой собеседник не дал вставить и слово.

— Жить будешь на моём подворье. Едой и посильной работой обеспечу. Если понравится, как исполняешь, будешь получать не только денежное довольствие, но и кристаллы развития.

По лицу этого Владилена Меркуловича было видно, что он не особо рад взваливать на себя такие обязанности, но против пресловутого кодекса пойти не хочет или не может. А может, мне просто показалось.

— Протаска, — Владилен Меркулович кивнул на щетинистого с испитыми глазами, — поможет тебе освоиться, покажет, где будешь жить. Он же и задания по работе выдаст. Со всеми вопросами к нему обращайся. И не смотри, что выглядит как забулдыга. Он был бугром в ватаге охотников, да не повезло на старшего демона нарваться. Демона они победили, да под посмертное проклятие попали. Остальные охотники уже в лучшие миры отправились, а наш Протаска, видишь, ещё жив, держится.