Ведь, как утверждали следователи, психика мириаланки была серьёзно расшатана, хотя сама она всё ещё каким-то чудом находилась на Светлой стороне Силы. Цин Драллиг, участвовавший в поединке с ней, прямо указал на то, что не почувствовал в ней Тьмы. Огромную Силу — да, но не Тьму. Возможно, её упорство и стойкость выше, чем могли себе представить другие, но… Это не оправдывало совершённого ей преступления.
Пять дней джедаи при поддержке клонов вели поиски этой сумасшедшей. Пять дней Энакин вместе с Этейн, Рексом, Скорчем, и отрядом «Омега» — Найнером, Дарманом, Атином, Файем и Корром — носились по всему Корусанту. И вот, они напали на след преступницы. Хотя суда ещё не было, Скайуокер для себя решил, что Баррис не заслуживает прощения…
Да, они напали на её след. И настигли беглянку. Час погони, десять минут боя — и Баррис уходит от них на угнанном «Консульском», оставляя за собой раненых и трупы…
Бросив взгляд, Энакин стиснул зубы. Над Дарманом и Атином вился меддроид IM-6, пытаясь облегчить их муки; Тер-Муркан, со слезами на глазах, пыталась ему помогать, но толку от неё было мало. Скорч зажимал обрубок руки, но весело скалился: ему одному удалось достать Баррис своей световой пикой. Впрочем, Оффи отделалась лишь шрамом… А вот их отряд понёс потери. Тела Найнера и Корра остались лежать там, на посадочной площадке, под охраной пары клонов из роты «Торрент»…
— Пилот! Быстрее! — рявкнул молодой человек.
— Выжимаю всё что могу, сэр, — ответил клон. — Я уже связался с Храмом — медики будут ждать нас в ангаре.
— Хорошо, — Энакин устыдился секундного порыва ярости, охватившего его.
— Мы успеем, сэр, — Рэкс сжал его плечо. — Коммандос ребята крепкие, да и доспехи их получше наших, со встроенной аптечкой.
— Да, ты прав. Не стоит паниковать раньше времени и подавать плохой пример ученице.
«Ну вот, дожил, говорю, как Оби-Ван. Хотя Этейн что-то совсем расклеилась. Да, они её друзья, но вот так убиваться? Что-то странное происходит».
«Что?»
«Где я?»
Мысли медленно собирались в единый комочек, выплывая из темноты. Вместе с ними пришла боль, зуд и жжение. А потом — потом я наконец-то начал ощущать своё тело. Я… лежу? Да, лежу на чём-то мягком. Голова… на голове что-то вроде маски, закрывающей нос и рот. Кажется, что-то закрывает глаза — и они нестерпимо чешутся… запах… Запах больницы. И тишина. Что я тут забыл?
«Сукабля!!!»
Тут я всё вспомнил.
Ангар. Опасность. Взрыв.
«Что⁈ Что это было? Где я? Что с Асокой и Бет? Какого хера вообще происходит?»
Тело не слушалось, хотя я вроде как дёрнул руками, но тут же замер, пытаясь унять боль в груди, руках, ногах. А ещё чесались ступни, пальцы правой руки, и, что совсем невероятно, вся левая рука — от кончиков пальцев до плеча. Это же невозможно, ведь этой руки у меня нет, а чувствовать металлом невозможно. Какого хрена происходит? Поглубже вдохнув, я попытался позвать на помощь.
— Хр-р-аа-х, — из горла смог вылететь лишь этот полустон-полухрип. Однако, это повлекло за собой неожиданную реакцию. Меня схватили за правую руку.
— Мико, ты очнулся… Не пугай меня так больше, придурок! — знакомые пальцы сжали мои. Несильно, бережно, даже как-то заботливо.
«Лин? Всё непонятнее и непонятнее».
С моего лица сняли маску — но я по прежнему ничего не видел. Что-то закрывало мои глаза.
— Хво-одт-ы… — нестерпимо хотелось пить.
— Пить, Мико? Сейчас… Тебе только целебный раствор можно пить, и то немного, — голос Лин звучал глухо, как будто она была где-то вдалеке, но постепенно звуки становились чётче. Тут моим губам приложили край пиалы…
«Фу, гадость, хотя… Мне сейчас сойдёт и моча банты. В горле будто полный полдень Татуина: жарко и сухо. Даже язык как будто меньше стал, и весь деревянный… О, да-а-а, живём».
— Ли-ин… Где я? Что? Учен… — ладошка женщины закрыла мне рот.
— Тебе пока нельзя много говорить, Мико. Слушать можно, а говорить нельзя. В Храме был взрыв — пять дней назад. Вы пострадали, и сейчас в Залах Исцеления… Асока и Бет в порядке, хотя и ранены. У Бет раздроблены правое плечо и левая нога — это не считая треснутых рёбер и лёгких ожогов рук. У Асоки ушибы, но более серьёзные ожоги. Эти раны они получили от вторичных взрывов и пожара, а вот первый взрыв их не задел. Ты, придурок, прикрыл их собой. Чем ты думал вообще! Хотя, это на тебя похоже…
«По моей ладони потекло… Слёзы? Лин плачет?»
— Не-е-е пла-ачь. Всё-ё пуч-ком. Я?
— Тебе досталось сильнее. Сломанные рёбра, другие кости, пара ранений осколками, ожоги…