— Но что касается Кирана, сэр — он был всего лишь заморожен. Может быть есть шанс вернуть его обратно?
— Вернуть его? О чем, черт возьми, вы говорите?
Винсон ответил:
— Я читал, что пытаются найти какой-то способ воскрешения человека, замороженного в космосе. Какие-то ученые из Делийского университета. Если бы им это удалось, и если бы Киран остался цел и невредим в космосе…
— О, черт возьми, это всего лишь научная несбыточная мечта, они никогда не найдут способ осуществить это, — сказал Мелони. — Это всего лишь теория.
— Да, сэр, — Винсон опустил голову.
— У нас здесь и так достаточно проблем, чтобы вы в добавок выдвигали подобные идеи, — сердито продолжил капитан. — Убирайтесь отсюда.
Теперь Винсон был полностью раздавлен.
— Да, сэр. Я принесу тела.
Он вышел. Мелони уставился на дверь и задумался. Командир должен быть осторожен, иначе с него могут заживо содрать шкуру. Если по какой-то случайности эта идея умников из Дели когда-нибудь увенчается успехом, он, Мелони, поплатится за то, что похоронил Кирана. Он шагнул к двери и распахнул ее, мысленно проклиная молодого нахала, которому пришло в голову поднять этот вопрос.
— Винсон! — крикнул он.
Лейтенант испуганно обернулся.
— Да, сэр?
— Подержите тело Кирана снаружи. Я свяжусь с Мехико.
— Да, сэр.
Все еще сердитый, Мелони отправил сообщение персоналу в Мехико. Покончив с этим, он выкинул случившееся из головы. Ответственность была передана, пусть парни, отсиживающие на задницы там, на Земле, разбираются сами.
Полковник Хаусман, заместитель командира кадровой службы UNRC, был человеком, которому было адресовано послание Мелони. А позже, когда он отправился на доклад к Гарсесу, бригадиру, командовавшему отделом, он взял сообщение с собой.
— Мелони, должно быть, сильно потрясен катастрофой, — сказал он. — Взгляните на это.
Гарсес прочитал сообщение, затем поднял глаза.
— Знаете что-нибудь об этом? Я имею в виду эксперименты в Дели?
Хаусман позаботился о том, чтобы проинформировать себя по этому вопросу, и мог с уверенностью ответить.
— Чертовски мало. Эти ребята в Дели забавлялись замораживанием насекомых и их размораживанием, и они думают, что когда-нибудь этот процесс можно будет развить до такой степени, что у них получится оживлять замороженных космонавтов. Это сомнительная идея. Я устрою Мелони разнос за то, что он заговорил об этом в такое время.
Гарсес, помедлив, покачал головой.
— Нет, подождите. Дайте мне подумать.
Несколько мгновений он задумчиво смотрел в окно. Затем сказал:
— Передайте Мелони, что тело этого парня — как его зовут, Киран? — должно быть сохранено в космосе на случай возможного воскрешения в будущем.
Хаусман чуть не испортил себе послужной список, воскликнув:
— Ради Бога, — но вовремя сдержался и сказал, — Но могут пройти столетия, прежде чем процесс воскрешения будет доведен до совершенства, если он вообще будет доведён.
Гарсес кивнул:
— Я знаю. Но вы упускаете психологический момент, который может быть ценен для UNRC. У этого Кирана есть родственники, не так ли?