Я присоединяюсь к ней на кровати, и, верная своему слову, она отдает мне часть одеяла. Ее соблазнительное тело уже согрело маленькую кровать, и она придвигается ближе, прижимаясь к моей груди.
— Ты приятно пахнешь, — говорит она с тихим вздохом.
Меня переполняет чувство удовлетворения. Я даже не подозревал, что искал покоя. Но, держа ее в своих объятиях, знаю, что нашел его. Я обрел спокойствие, в котором нуждался. Теперь мне просто нужно найти способ убедить ее, что нам суждено быть вместе.
Глава 8
ЗОИ
Когда я просыпаюсь, первое, что я замечаю — это пульсирующую боль в голове, за которой следует ощущение, что мое лицо прижато к твердому камню. Я имею в виду, этот камень отлично пахнет. Как сосна и мужской одеколон и, о, нет.
Я, наконец, замечаю, что мое лицо не прижато к твердому камню. Нет, это твердая грудь Брока, в которую я уткнулась лицом. Что еще хуже, у меня текут слюни. На самом деле, на его футболке огромная лужа слюней, когда я отстраняюсь от него.
— Доброе утро, — бормочет он глубоким и хрипловатым от сна голосом.
— Доброе утро, — писклю я, пытаясь вытереть лицо, не привлекая внимания к тому факту, что чуть не утопила нас обоих. Почему этот мужчина обязан быть таким горячим?
Он принимает сидячее положение и проводит рукой по волосам. По какой-то странной причине мне кажется, что он делал так прошлой ночью. Но что именно произошло?
Я помню, как пила с девочками. Я определенно выпила немного алкоголя, если судить по этой пульсирующей головной боли.
Как будто читая мои мысли, он говорит:
— На тумбочке есть вода и лекарства.
Я встаю с кровати и проглатываю несколько таблеток, благодарная, что у него хватило предусмотрительности приготовить их. И тогда я опускаю взгляд и понимаю, что на мне только футболка и нижнее белье. Те дерзкие, которые демонстрируют мою задницу. Почему это продолжает происходить рядом с ним?
— Итак, прошлой ночью. Мы…? — я не уверена, как сформулировать вопрос. Конечно, я не теряла с ним девственность, хоть и не помнила остаток ночи. Я имею в виду, думаю, такого мужчину, как Брок, было бы трудно забыть.
— Спали в одной постели? Да, — он улыбается мне и встает с кровати. Он обувается и поворачивается ко мне спиной. — Но не более того.
Я испытываю облегчение от его признания. Это тот опыт, ради которого я бы хотела быть полностью трезвой. Я бы хотела запечатлеть в памяти каждую пикантную деталь нашего с Броком времяпрепровождения.
— На наше сегодняшнее свидание я поведу тебя кататься на коньках. Одевайся потеплее, — объявляет он.
Я моргаю, глядя на него, и жестом показываю вниз по своему телу:
— Даже после этого? Ходячая катастрофа вызывает интерес?
Он наклоняется ближе ко мне, его губы зависают всего в дюйме от моих:
— Так случилось, что мне нравится эта «ходячая катастрофа».
Я думаю, что он собирается поцеловать меня, и вспоминаю его предыдущее обещание. В следующий раз, когда я поцелую тебя, я хочу, чтобы ты была подо мной.
От этих слов у меня болит между бедер. Но прежде чем он успевает пошевелиться и выполнить свою клятву, звонит его телефон. Раздражение мелькает на его лице, когда он делает шаг назад:
— Извини, это с работы. Мне нужно идти.
Я ухитряюсь кивнуть, все еще слишком косноязычная после почти поцелуя, чтобы знать, что сказать. Впрочем, это не имеет значения, потому что Брок уже выходит из спальни и проходит через домик. Как только он выходит на крыльцо, я слышу, как он отвечает на звонок.
Несмотря на то, что мне трудно сосредоточиться из-за предстоящего свидания с Броком, мне все же удается написать две главы.
Я также звоню Валентине. Вернее, пытаюсь. Она не отвечает на звонки, поэтому я оставляю голосовое сообщение.
«Привет, девочка. Просто поздравляю тебя с Днем рождения и с Днем Святого Валентина тоже. Извини, что пропустила твой звонок раньше. Мне так много нужно рассказать тебе о моем сексуальном шерифе, и я хочу услышать все об Итане. Позвони мне поскорее. Люблю тебя».
Когда я заканчиваю с этим, то убеждаюсь, что позаботилась обо всем необходимом. Ноги выбриты, брови выщипаны и все увлажнено.