— Не смогу! — чуть ли не закричал Эндрю в панике.
— Тихо-тихо-тихо, — прошептал, пытаясь успокоить бедного пациента — на его голову свалились невероятно жестокие испытания, — ты справишься, знаю. Нам просто сейчас нужно собраться и сделать все, чтобы спасти наши жизни, потому что нам никто не поможет, кроме нас самих.
— Нет! Какой смысл мне бороться и страдать? — с болью в голосе выпалил он, пожалуй, слишком громко даже. — У меня никого не осталось, меня никто не ждет во внешнем мире. Погибну в этом проклятом месте, и никто даже не узнает!
Ситуация приобретала совсем нехороший поворот: Эндрю начал поддаваться панике, что могло быть очень опасным для нас обоих. В этот момент мне вспомнилось, что у меня в кармане сохранился спичечный коробок, который у него отобрал. На ум пришли его слова о том, что он успокаивается, когда смотрит на огонь. Дрожащей от волнения рукой достал из коробка одну спичку и зажег ее, поднеся ближе к безумному от паники лицу своего спутника. Он моментально замер, уставившись, не моргая на маленький ручной огонек.
— Посмотри, — шепотом сказал, тоже вглядываясь в танцующее пламя, — огонь спокоен. И ты тоже должен успокоиться.
Все время, пока спичка догорала, Эндрю завороженно следил за огнем взглядом, совершенно позабыв о своих страхах и переживаниях, а когда пламя потухло, произнес:
— Зажги еще.
Сделал для него это. В конце концов, отлично понимал, сейчас мы оба можем погибнуть страшной смертью, потому мне хотелось, чтобы он испытал хотя бы какие-то положительные эмоции. Нам всем здесь этого не хватало.
Когда догорела вторая спичка, Эндрю попросил зажечь третью, и тогда понял, это может продолжаться бесконечно.
— Если сейчас истратим все — больше спичек не будет, — пояснил, пряча коробок обратно в карман, — а теперь, соберись, пожалуйста. Запомнил? Когда Маклейн побежит за мной, ты откроешь затвор.
Эндрю медленно кивнул несколько раз, и я развернулся лицом к выходу из трубы.
— Ты готов? — спросил, высматривая Маклейна.
— Попробую, — тихо произнес пациент за моей спиной и добавил: — Правда, огонь красивый?
«Только не когда он бушует в деревянном сарае, в котором тебя запер психически больной религиозный фанатик», — с неприязнью подумал и ответил:
— Да. Соберись, прошу тебя. Если почувствуешь, что не успеваешь, не жди моего появления, а просто прячься сюда назад, хорошо? — обернулся к нему, понимая, что, возможно, это последние мгновения моей жизни. — Удачи тебе.