«У него минут десять от силы, если не меньше. Мелкий ведь еще, ни иммунной системы, ничего… Хотя и они ничего не смогут сделать, черт знает, какая фигня поражает его клетки». — Пришел к выводу Кевин, когда мальчишка содрогнулся в рвотном позыве и из него фонтаном полилось месиво, заставляющее отвести взгляд, иначе невозможно было сдержаться самому.
Ворон поддерживал братика за плечики, такие крохотные, худые, но сильные, без сомнения. Джей был бойцом, всегда рвался вперед и пытался прыгнуть выше головы Чона. Но видать судьба у него такая, которая с печальны итогом, потому что зубов у ребенка уже почти не осталось, они обломались, когда его мышцы свело спазмами и тело заколотило, как во время приступа эпилепсии. Из-за дребезжащей челюсти тот не мог ни вымолвить ни одного связного слова, чтобы попрощаться с частичкой своей настоящей семьи. Хребет то ли крошился, то ли ломался, но звук стоял мерзкий. Плач в углах наконец-то оглушил всех присутствующих — у ребят не осталось сил больше сдерживаться. Кевин весь собрался, запаниковал, ведь ни разу не видел, как из живого человека получается это… Гниющее, воняющее, измазанное и опасное чудовище, которое заткнет любое из детских сказочек.
— Винт! Маленький мой!.. — закричал старший брат, когда у зараженного изо рта густым потоком потекла багряно-желтая пена, капающая на пол, мешаясь в блевотине.
Хлюпающие и булькающие звуки вырывались из его груди, не позволяя вдохнуть кислород. Не удержав колотящееся тело, Ворон отшатнулся к стене, ведь то, что вытворял его брат было похоже на сеанс экзорцизма. Его конечности выкручивались из суставов, спина выгибалась неестественным образом, а глаза закатились, открывая вид на полопавшиеся капилляры. Сжимая рот ладонью, Чон с ужасом наблюдал за новым Джеем, который менялся с каждой секундой.
— Что нам делать?! — завопила девчушка из их банды, глотая слезы и плотнее вжимаясь в бетонную стенку, наверно, желая стать с ней единым целым.
Ответа не последовало, ведь парень находился в шоковом состоянии, как и все находящиеся в этой комнате.
— Что нам дела-а-ать?! — голос сорвался на истерические рыдания, а под конец и вовсе сломался, переходя на режущий писк.
— Ждать! Что еще? Или ты знаешь, как ему помочь?! Вперед, давай! — не выдержал парень, один из тех, кто все-таки принял решение остаться.
Атмосфера мгновенно стала тяжелой, напряженной и опасно-мрачной. Все были на пределе и никто из них не имел ни малейшего понятия что же им всё-таки делать. Они просто продолжали смотреть, как тело ребенка бьется в конвульсиях, но при этом жизнь из него не уходит. Если это можно назвать жизнью… Души в нем явно не осталось, а вот что-то, что позволяет его истерзанному вирусом телу двигаться и вроде как делать вдохи, зарождалось и становилось все сильнее. Хотя, если приглядеться, то движения груди больше походят на сокращение мышц, как последствия неврологического перевозбуждения.
Наконец-то через несколько минут это все закончилось и теперь оставалось лишь наблюдать за тем, в кого превратился малыш Винт. Теперь это был ребенок-зомби-монстр. По другому его не назовешь. Кожу покрывали множественные надрывы, язвы и гнойники, она приобрела багрово-зеленый оттенок. а в некоторых местах и вовсе была черной. Глаза заволокла белесая пелена, а радужка и зрачок, казалось, теперь отражают любой свет, который в них попадал. Зрелище жуткое, особенно, если лицо закрывала тень, а его взор был уставлен на тебя и горел. Волос на голове не осталось, лишь клочки, которые еще как-то зацепились за куски мяса, а некоторые прилипли к крови.
Ворон так и не вымолвил ничего, лишь слезы капали с его вытаращенных глаз, а тело подрагивало, будто через него пускают разряды тока. Джей поднялся с пола, кряхтя и шатаясь, а после, стоя на не особо крепких ногах, вскинул голову и осмотрел комнату, а, заприметив в ней людей, раскрыл пасть и громко взревел. Гортанное, хриплое и басовое рычание оглушило всех стоящих рядом с парнишкой, немного дезориентируя их, что сыграло на руку зараженному. Пока ребята держались за уши, пытаясь прийти в себя, Винт кинулся на брата, валя того с ног, не ожидая нападения, Чон вскрикнул, больно ударившись головой о пол. Зомби вцепился крючковатыми пальцами тому в щеку и глотку и попытался впиться в последнюю остатками зубов, но наткнулся на выставленные руки. Как бы Ворон не любил своего брата, но инстинкт самосохранения сработал сразу.
Никто из банды не рискнул вмешаться, боясь, что зараженный переключится на другого и потом придется отбиваться самому. Кевин сообразил быстро, но мешкался — все-таки свою жизнь подставлять не очень то и хотелось, но с другой стороны Ворон был ему дорог, да и Джею надо бы помочь. Оглядевшись, он заприметил одиноко стоящий стул у окошка, а на нем были повисшие тряпки, которые Чон называл «личный шмот». Нырнув в темную комнату, тот не теряя времени за несколько шагов подлетел к предмету мебели и махом скинут одежку на пол, а сам стул крепко ухватил ладонью и занес руку назад, чтобы поместиться в дверной проем. Влетев в их гостиную, парень в несколько шагов преодолел расстояние до двух сцепившихся и с размаху ударил Джея по спине так, что стул разлетелся на части, а мальчик отлетел от брата на несколько добрых метров.
Руки горели от силы удара, а в мышцах ощущалось напряжение, волнами струящееся по всему телу. Затаив дыхание, Кевин пригнулся и откинул кусок дерева, что остался в его руке, а после развернулся всем корпусом к телу мальца, которое не шевелилось. Гусиным шагом, но довольно быстро Ли-Хван приблизился к зомби, аккуратно поднимаясь на ноги, чтобы Винт полностью был в его поле зрения и ни одно микродвижение не скрылось от него.
— Он не дышит. — Шепотом, но так, чтобы остальные его услышали, крикнул Кевин.
— Он итак не дышал, кретин! — недовольный «беглец» выплюнул ругательство, будто азиат был ученым, всю жизнь посвятивший изучению этих полусгнивших тварей.