Шиш вам, а не Землю!: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А-а, — протянул несколько разочарованно Малдахай-3 и он же — Принц Семи Жемчужных Планет Звездного Мира Альфа-Центавра. — Я думал тут, что-то еще. Нет, называй меня проще — Принц. Я ведь не привык к полному имени. Полностью меня называли только сестренки и братишки и то лишь затем, чтобы подразнить.

— А не обидишься, если я тебя буду Принцем называть?

— Нет. Мне нравится это имя.

Коврижкин вздохнул.

— Принц, дела наши хуже некуда. «Голубой Огонь»…

— «Голубое Пламя».

— … «Голубое Пламя» — в атмосфере Драгомеи. А такой фактор лишь увеличивает вероятность самопроизвольной детонации, находящихся на его борту бандбургских алмазов. Не станешь же ты отрицать, что через минуту-другую все сие шарахнет, и мы превратимся в пригоршню-другую светоносных кварков?

— Не стану, — кивнул степенно и важно Принц. — И никто бы не стал этого делать на нашем месте.

— Вот, что значит контрабанда! Гибель целого мира! — возмутился Коврижкин.

— Каждый имеет право совершать маленькие ошибки, — попытался оправдаться Принц.

— Ничего себе «маленькие»! — продолжал возмущаться Коврижкин. — Существование целой планеты поставлено под угрозу!

— Но ведь в масштабах всей вселенной потеря невелика, — не сдавался Принц. — Что такое какая-то планетенка с силой притяжения в один порядок для всей звездной системы хотя бы даже нашей галактики?

— Но на этой планете находимся мы, мой вы дорогой! — подшагнул к Принцу Коврижкин, непроизвольно сжимая кулаки, и Принц посчитал благоразумным несколько отступить от взбешенного Коврижкина.

И в это самое время «Голубое Пламя» взорвалось. Оно просто вспухло, действительно, превратившись в ослепительно яркий сгусток голубого пламени, и Коврижкин ехидно улыбнулся.

— Вот почему космические корабли нельзя называть именами подобного ряда, — сказал он, философски щурясь. — Рано или поздно имена срабатывают! И все приходится начинать сначала: строить корабль, красить его и тэ дэ и тэ пэ. Заливать в баки горючее.

— На краске можно сэкономить, если покупать ее оптом в корпорации, на которую я работаю, — не преминул напомнить по случаю Принц.

— Уже сэкономили, — проворчал Коврижкин и, приставив руку ко лбу козырьком, вгляделся в пылающие обломки «Пламени», зависшие в небе. — Что-то он как-то недовзорвался, что ли, — сказал он через некоторое время.

— Наверное, погода сыровата, — предположил Принц, тоже не отрывающий взгляда от портящегося прямо на глазах вверенного ему корпорацией транспорта.

— Не, я думаю алмазы фальшивые, — помотал головой Коврижкин.

— Отчего ж тогда они взорвались? — удивился Принц.

— Может быть не все фальшивые, а только частично, — теперь предположил земной гвардеец.

Притвора-237-А падал за горизонт. А потом его охватило и взаправдашнее пламя. Скорее всего, пилот, заглядевшись на взрывающийся корабль, забыл выключить установку на борту вертолета имитирующую языки пламени и та, перегревшись, замкнула проводку, чем вызвала всамделишнее загорание вертолета, плавно переросшее впоследствии в бурное, феерическое и где-то даже в чем-то красивое зрелище пожара на борту.

Вертолетчики прыгали вниз один за другим, открывая ранцевые парашюты. Но, отвертевшись от одной напасти, они не могли минуть напасть другую в образе наглым образом детонирующего «Голубого Пламени». Во всяком случае, так считали Принц с Коврижкиным, которые с неким даже чувством превосходства посвященных наблюдали за спасающимися пилотами Притворы, только что чуть не уничтожившими их.

И все-таки тот факт, что «Пламя» недовзорвалось, не давал покоя ни Коврижкину, ни Принцу. Нечто во всем этом было ненормальное, мистическое и это настораживало и напрягало их, лишая возможности катиться проторенной тропой в пропасть неизвестности, во тьму и в ничто.

— Обычно процесс взрыва не затягивается, чтобы не отвлекать внимание погибающих, — заметил Принц с некоторым раздражением. — Этот же, — он кивнул на клубящийся голубой огонь над головами, — устроил настоящее представление.

— Бежим! — подскочил к ним один из пилотов Притворы, невысокий скуластый альверянин. — Сейчас рванет!

— Не, не рванет, — убежденно сказал Коврижкин. — контрабандный товар частенько страдает качеством. И нам точно такой сейчас попался. Выпал, так сказать, на нашу долю. Контрабанда есть контрабанда, — изрек он философически.

Естественно, в данной ситуации ни Коврижкин, ни Принц, ни альверянин не знали, что полноценного взрыва не произошло в случае с «Голубым Пламенем», лишь благодаря зарвавшимся пирегойским ученым, которые к этому часу до того свернули пространство вселенной, что оно не только приостановило взрыв «Пламени», но и пресекло напрочь все попытки и поползновения в этом же направлении всех сверхновых звезд. И, в общем-то, полезные для галактик и вселенной взрывы сверхновых, теперь стали проблематичны и, практически, даже невозможны. Если мелкие взрывы, вроде рвущихся снарядов и бомб, продолжали сеять разрушения и смерть среди полков и дивизионов, враждующих и сражающихся в данное время армий в фэтской Системе, то взрыв в масштабе целой планеты уже не вписывался в каноны новой, только что возникшей, благодаря неуемному уму перигойских физиков-кваркоядерщиков, физики.

Однако, в случае развития необратимого процесса сворачивания вселенной, и взрывы бомб станут невозможными. Была ли какая-то хотя бы сомнительная польза от сведенной спазматически вселенной, от этого ее спазма в данном положении вещей? Наверное, нет. Ведь люди любят повоевать. И лишение их подобной утехи может пагубно сказаться на привычках людей в виде их деградации и полнейшего морального разложения. Всплеск эмоций эгрегоров человечеств становится невозможным, вследствие невозможности применения ими, группами людей и целыми человечествами эффективных и зрелищных видов вооружения и разумные цивилизации просто зачахнут на корню, случись такое.

Конечно, можно повоевать и с помощью каменных ножей и топоров. Но, где гарантия, что эффект принесения этими нехитрыми инструментами по лишению человеческих жизней и нанесению максимального человеку вреда, тоже не аннулируется? Да и эффективность этого эффекта тоже не высока. Не тот эмоциональный всплеск. Не та энергизированность. Не та категория и не тот класс развлечений!