– Даш, смотри! Договор нашел и вроде бы все в порядке. Но как он был закрыт надо искать.
– Ясно, – ответила Даша. – А сколько времени на это уйдет?
– Ну, сегодня я целый день этому посвящу, поскольку никого у меня тут нет…
– Даже Малова? – с иронией спросила Даша.
– И даже самого Плетнева, – в том же духе ответил он ей. – А там кто его знает, времена-то были глухие…
Даша положила трубку и осмотрелась по сторонам. В ее кабинете все было с точностью до наоборот.
Антон Пятин и Сергей Донатович очень громко обсуждали очередной футбольный матч, а Марина Зыкина с кем-то не менее эмоционально резалась по телефону.
Сумасшедший дом, подумала Дарья и зачем-то отправилась на третий этаж.
Ей самой стало интересно, зачем она так поступила, потому что дядя Гена ей четко сказал, чтобы она и думать забыла про самодеятельность, а от Петра никаких поручений на сегодня не было. Но вот что-то такое непонятное потянуло ее к дверям приемной.
И сначала она подумала, что ошиблась и что интуиция ее подвела. Потому что в приемной стояла глубокая тишина, даже разговоров никаких не было слышно. И она вроде бы хотела уже возвращаться, чтобы создать хотя бы видимость рабочего настроя со своей стороны.
Но тут произошло нечто, что заставило ее навострить уши и в очередной раз, можно сказать, по привычке прижаться к коридорной стене.
В пустую приемную вышли из директорского кабинета, судя по голосам, Лариса Агаркова и Олеся Георгиевна Соболевская, Дарьина начальница.
– Да, совсем забыла, Лариса Аркадьевна, – впопыхах сказала Олеся Георгиевна. – Там у меня расписка пришла из налоговой инспекции.
– Вот как, и что там? – поинтересовалась Агаркова.
– А там, как следует из расписки, поданы документы на куплю-продажи нашей компании.
Агаркова замялась, а потом скомкано ответила Соболевской что-то такое типа «пришлите эти бумаги ко мне» и быстренько вернулась в свой кабинет.
Ага, подумала Даша, никакой он тебе не свой. Вот вернется хозяин и вышвырнет тебя за ушко, да на солнышко.
Но времени на раздумья, тем более досужие, не было ни копейки, потому что Соболевская уже подходила к двери и запросто могла застать Дарью за ее рискованным занятием. Хорошо, хоть путь для отступления у нее был более-менее отработан. Даша моментально спряталась за колонну.
Соболевская благополучно покинула приемную, и Дарья опять хотела вернуться на рабочее место, но не тут-то было.
Из своего укрытия она увидела Перминова Ивана Ивановича, который шел прямиком по направлению ко все той же приемной.
А Агаркова зачем-то вышла в коридор, впрочем, завидев Ивана Ивановича, тут же передумала и, на ходу заведя с ним разговор, бодро попятилась обратно.
Даша буквально обалдела от такой сцены.
Видеть Агаркову в подобном качестве было не то, что непривычно, а попросту немыслимо.
Чтобы она, величественная Лариса Аркадьевна, пресмыкалась перед кем бы то ни было, да причем так явно, для этого у Даши не хватало слов.
Между тем они вошли в приемную и, на Дашино счастье, остановились там, не заходя в кабинет.
Даша вернулась на прежнюю позицию, поскольку из-за колонны слов было не разобрать.
– Ну что же, Иван Иванович, – ласково сказала Лариса. – Я пока подписала приказ о возложении на вас обязанностей заместителя генерального директора в ранге исполняющего обязанности…
– Большое спасибо за доверие, Лариса Аркадьевна, – любезно ответил ей Перминов.
– Но в дальнейшем, я уверена, мы переоформим это без приставки ИО.
Перминов расшаркался в любезностях, а Лариса пригласила его на чашечку кофе. Поэтому в директорский кабинет они все-таки удалились. И тут уже Даше ничего не оставалось, как только действительно возвращаться в сумасшедшую стихию, чтобы хотя бы сколько-нибудь поработать.