Рефлексировать на эту тему ей помешал характерный звук открывающейся двери. Она вылетела в прихожую и увидела там входящего Петра в бомжовской одежде. Она чуть было не бросилась ему на шею, но вовремя остановилась. И хорошо, что он в это время отвернулся, молниеносно подумала она, а то ей пришлось бы сгореть со стыда. Она и так-то не знала, как теперь себя с ним вести. А тут еще такое…
Впрочем, долго думать ей не пришлось, их как всегда закружил бурный деловой поток и быстро расставил все по своим местам.
– Даша, у меня мало времени, – впопыхах сказал Петр. – Давай по-быстрому все обсудим, и я помчусь обратно.
– Но сначала ужин, – категорично заявила она.
– Это пожалуйста, – сказал Петр и быстрыми шагами направился в кухню.
Даша энергично захлопотала, расставляя на столе приборы, а Петр смотрел на нее и думал, как он не замечал в ней такого удивительного женского изящества и красоты. Эти хрупкие худые руки, тянущиеся за обычными тарелками, стройная фигура, правильные черты лица, да и вообще – все поражало его воображение в эту минуту и то, что он не замечал этого ранее, казалось ему сейчас невероятным. Но он не забыл для чего он здесь и, встряхнув головой, как будто отгоняя от себя излишне лиричное настроение, пустое и ненужное, он продолжил строго деловое общение и в дальнейшем, как серьезный мужчина, решил не скатываться до подобных вещей.
– А зачем ты опять в модном прикиде? – подкалывая его, спросила Дарья.
– Это для конспирации, – пережевывая салат, сказал он. – Не забывай, что опасность никуда не делась, а сделалась только сильней. Поэтому встречаться мы будем только и исключительно тайно.
– Как любовники? – вырвалось у нее.
– Не смешно, – огрызнулся Петр. – Я не могу подвергать тебя опасности. Да и ты, я надеюсь, помнишь, что никому наши планы раскрывать не должна.
– Помню, – с обидой в голосе сказала она. – Я тоже надеюсь, что у тебя не было ко мне претензий ни с какой стороны.
– Не обижайся, – скомандовал Петр. – Все очень серьезно. И раз уж так вышло, что мы с тобой оказались в одной упряжке, то мы должны, да просто обязаны, заботиться друг о друге.
– Ладно, проехали, – среагировала Даша. – Но ты мне так и не сказал, зачем ты так сделал? Вышел из тени…
– Во-первых, оставлять компанию в такой сложный период без своего собственного контроля – это верх безответственности, – начал объяснять ей Петр. – Во-вторых, многие меня уже видели, да взять хотя бы твоего Санька…
– Санек ни о чем не догадался, – решила оправдать его Дарья.
– Но рано или поздно это все равно бы произошло, – заявил Петр и продолжил. – В-третьих. Давать фору своему любимому следователю, который спит и видит меня обокрасть, я тоже не намерен. И потом. Как это не грубо прозвучит, но ловля на живца куда как эффективнее того, чтобы просто сидеть и чего-то ждать.
– Но и опаснее, – встревожилась Дарья.
– Согласен, – сказал Петр. – Но другого выхода я для себя не вижу.
– Кстати про Санька, – вспомнила Даша. – Сегодня он нашел бумажку в деле договора пятого года (она показала ему на телефоне ее фотографию). Так вот. Павел открестился от нее и прямо на глазах у Санька выбросил ее в урну.
– Вот видишь, какие вы молодцы, – подивился Петр. – А ты говоришь: «Опасно». Да с такими помощниками мы горы свернем!
– И сами под ними поляжем, – зачем-то сказала Даша.
– Так, все, – возмутился Петр. – Чтобы больше я такого не слышал. Ты знаешь, например, как сотрудники удивляются откуда я знаю, что в конторе происходит? А это о чем говорит? А это говорит о том, что твои глаза и уши держат меня в курсе всего. Ты даже не подозреваешь, какую ты приносишь мне пользу.
– Это грубая лесть, – театрально сказала Даша. – И ничего особенного я не делаю. Во всяком случае опасного-то уж точно.
– И это правильно, – подтвердил Петр. – Я надеюсь, ты не полезешь ни в какие разборки, как изначально это планировала?
– Зарекаться не могу, – ответила Дарья.
– И добавишь мне тем самым проблем, – возмутился Петр. – Давай договоримся, что ты самочинно не будешь выступать ни при каких обстоятельствах.
– Мне что, поклясться? – рассмеялась Дарья.
– Достаточно будет честного слова, – серьезно сказал Петр.
– Ну хорошо, хорошо, – сдалась агентша, – даю честное слово. Не буду.
– Вот, – улыбнулся Петр. – Так-то оно лучше. Ну все, я побежал. Завтра увидимся.