Затем снова посмотрел на Рошеля.
Его глаза закатились, как маленькие белые шарики.
— …
…И что это было?
Нет, правда, что это сейчас было?
Не успел я опомниться, как тут же выбежал в коридор. Хризантема была ещё здесь. Я нагнал её и схватил за плечо. Девочка повернулась и посмотрела на меня совершенно спокойными глазами. Лишь хорошенько присмотревшись я заметил, что за ними, за этими серыми стёклышками, пляшут огоньки.
— Нам… Надо поговорить, — сказала я, стараясь делать размеренный голос. Хризантема помолчала некоторое время, как будто обдумывая деловое предложение, затем кивнула.
Интересно, сколько времени пройдёт, прежде чем команда Рошеля заметит неладное? Десять минут? Двадцать? Его не было уже почти пятнадцать. И всё потому что я растянул рассказ, который, при желании можно было передать всего за пару минут…
Когда мы вернулись в каюту и прошли возле трупа Рошеля, Хризантема вдруг сильно пнула его ногой по голове, так что из уха мертвеца высунулся кровавый червячок.
Я достал ручку и листок бумаги и сказал:
— Можешь написать… Зачем ты это сделала?
Хризантема посмотрела на меня, медленно приподняла ручку и написала:
«Это личное».
Личное… Они что, были знакомы? Каким образом? Может, Рошель был её прежним, прошу прощения, «владельцем»? Какой ублюдок. Но дело не в этом.
Я спросил:
— И что мне теперь делать?
Хризантема хмыкнула и показала большим пальцем на книжный шкафчик, в тайном отделении которого лежала стеклянная сферу.
— Ты предлагаешь уничтожить фрегат?
Хризантема не ответила. Как будто ответ на этот вопрос был совершенно очевидным.
— Но тогда его команда погибнет.
Девочка на секунду удивилась, затем посмотрела на меня с прищуром и написала:
«И ты называешь себя пиратом?..»
В её взгляде появилось лёгкое презрение.
Я замолчал.
У меня возникло стойкое ощущение, что динамика наших отношений сделала какой-то совершенно неправильный поворот.
После этого девочка нетерпеливо сложила руки и отвернулась. Я же задумался. Что мне теперь делать? Неужели действительно придётся уничтожить фрегат и потопить команду только для того, чтобы сохранить тайну моего сокровища? А может просто пробить ему корпус, и, пока он будет тонуть, подобрать матросов и швырнуть их в трюм? Нет. Опасно. Места на Тиберии было полно, но практика показывает, что держать больше пленников, чем имеется матросов на корабле — дурная затея.
Я вздохнул и откинулся на спинку стула, который тут же жалобно заскрипел.
Как ни посмотри, мы попали в безвыходное положение. Вернее, выход на самом деле был, просто не совсем «опрятный…»
Ладно, ничего не поделаешь. Иной раз обстоятельства требует идти на определённые жертвы.
Я направился к книжному шкафчику, достал из потайного отделения стеклянную сферу и водрузил её на стол. Нижняя ёмкость на данный момент была наполнена песком примерно наполовину. Остальной песок я хранил в другом, более тайном месте. Именно его запасы, а вовсе не сокровище, были моей главной тайной.