На той части тела, что была покрупнее, уже начал формироваться призрачный контур второй половины. Еще невидимый обычным зрением, и вряд ли осязаемый — что-то вроде карандашного рисунка. Но с каждой секундой он становился все плотнее и явственнее проступал в нашей реальности.
— Да! Что! Это! За! Магия!
Пять быстрых движений, и тело погибшего окончательно перестало походить на останки человека. К счастью, боевая форма не предполагала наличия рвотного рефлекса, иначе бы меня стошнило от кровавого дела своих рук. Но с задачей я все же справился. Призрачный контур истаял, а вслед за ним растворился в воздухе и энергетический жгут, которым Гунн подпитывал своего нукера. Окончательная смерть.
— Гунна кто-то накачивает силой. — сообщил я Интернационалу, вновь присоединяясь к драке. — Сосет ее с Зимы. С нас тоже. Но меньше.
— Где? — уворачиваясь от сабли и пробивая противнику в челюсть, уточнил Саша.
К чести его, он сразу ухватил суть проблемы. Опустил неважные сейчас «как» и сосредоточился на главном — где искать врага.
— В домах. Откуда все. Пришли.
— Не дотянусь. Слева!
Подкравшийся сбоку монгол почти достал меня, напоминая, что болтать во время драки — идея не из лучших. Поняв, что развить успех ему не светит, он отступил, я рванул за ним, но в это миг меня буквально прибило к земле мощным ударом.
Ощущение было такое, что на меня упал дом. Пятиэтажный, как минимум. Причем, не по размеру, а по весу. Обрушился прямо на хребет. После чего сразу запахло озоном и поджаренной кожей. Молния!
Энергия удара была такой сильной, что меня парализовало на несколько секунд. Чем тут же воспользовались степняки. Саша отгонял их как мог, но один все же смог добраться, и глубоко погрузил клинок мне в бок.
Интер тут же оказался рядом, ударом ноги сшиб монгола, и выдернул из раны его саблю. Остальные мечники тоже отступили поближе к вождю.
— Ты как? — коротко поинтересовался напарник.
Как-как? Хреново! Мышцы запускались с натугой, словно движок машины, всю ночь простоявший на морозе. Края раны на боку стали неохотно стягиваться, с внутренними повреждениями тоже все обстояло не гладко, да и здоровенный ожег, слизнувший приличный кусок кожи и мяса, доставлял неудобства.
— Нормально. — буркнул я, выпрямляясь. — Найду стрелка — убью.
Но искать его не пришлось — он сам показался. Сильный электрокинетик, до поры, он себя никак не обнаруживал. И вот теперь, идеально выбрав момент, чуть не вырубил меня. Я только сейчас его заметил. Плотно сбитый и невысокий мужик, широко расставил кривые ноги, стоял на перпендикулярной нашей улице, готовясь нанести новый удар.
Чтобы добраться до него, нужно было пройти через Гунна сотоварищи. Патовая ситуация.
— Зима? Можешь что-то? — спросил я в наушник.
Нам до энергета было не добраться.
Люба не ответила. Пользуясь небольшим затишьем в бою, я вытащил из уха крохотный прибор, и констатировал, что он безнадежно мертв. Энергия, которая пронзила все мое тело, сожгла электронику.
— Нет. — вместо напарницы ответил Александр, сохранивший средство связи. — Ее способности по-прежнему недоступны.
— Значит будем методично убивать всех. — легче сказать, чем сделать.
— Ага. — без особого воодушевления отозвался Интер.
— С клонами что?
— Пока только два. И они слабее прежних.
— Тогда держись за спиной и прикрывай.
И мы пошли. Зеленый верзила трех метров и трое стройных близнецов в черных с красными вставками комбинезонах. Уже здорово измотанные этим недолгим, но очень интенсивным боем, но все еще полные решимости надирать задницы.
Оставшаяся четверка сгруппировалась в пяти метрах от своего вождя. Двое выставили щиты, держа сабли на отлете за спинами, и побежали вперед. Оставшаяся пара двинулась за ними, но чуть медленнее.
Приблизившись, один из задней двойки разбежался, оттолкнулся от бедра товарища ногой, и взмыл в воздух. Двое передних в тот же миг ускорились, заходя на меня с двух сторон. Ясно, планируется три одновременных удара, чтобы хотя бы один я пропустил гарантированно. А что же четвертый? Резерв?
Но оказалось — нет. Он вообще остановился. В тот момент, когда один его товарищ летел на меня с двумя зажатыми в руках клинками, а двое скользили с флангов, чтобы подрезать ноги, он направил одну руку в мою сторону, а другую — вытянул в сторону Гунна. Толщина канала, связывающая громилу и этого миньона, увеличилась вдвое. По нему вдруг пробежала золотая искра, которая пройдя через тело последнего, устремилась мне в грудь ослепительным солнечным сгустком.