Тонкая струйка крови и слюны вытекала у него по губам.
Он был мёртв.
На одно мгновение, когда люди в баре ещё только осознавали кончину нежданно явившегося юноши, воцарилась тишина, — потом, постепенно, стал нарастать шёпот, всё более громкий и отчётливый:
— Слушайте, я правильно понял...
— Это же тот самый, о котором говорил Секира...
— Его предали и украли Артефакт, теперь понятно...
С каждым словом картина прояснялась, — теперь люди были совершенно уверены, что знают, как всё было на самом деле. Многие взгляды сразу же упали на Чжань Фу, но ненадолго. Даже если Секира совершил оплошность, удерживать на этом внимание никто не смел, и особенно они боялись ругать его вслух, — это было самое настоящее самоубийство. Однако даже этого краткого взгляда хватило, чтобы в глазах Чжань Фу мелькнуло чёрное пламя жгучей злобы.
А люди меж тем уже снова глядели на Фан Линя. Судя по всему, этот старик был невиноват, ему просто не повезло. А с другой стороны — с кем не бывает? Таковы законы джунглей. Нашли тебя рядом с трупом львёнка, — будь добр проследовать в львиную пасть, даже если сам ты жалкий червь и просто проползал мимо.
Невиновность мужчины была доказана. Фан Линь кивнул, развернулся и снова стал взбираться назад по лестнице. При этом он был очень нерасторопен и едва не свалился на одной из ступенек, — ему пришлось придержать себя за стену. Люди сочли это проявлением испуга, который навёл на мужчину грозный допрос Чжань Фу, и презрительно засмеялись.
Меж тем Пурпурная Секира постоял ещё немного в баре, а после приказал своим людям унести мертвеца и сам стремительно вышел на улицу. Стоя на ледяной дороге, Чжань Фу был хмур и явно недоволен. К нему подошёл мужчина с пышными усами и сразу двумя пурпурными ленточками на руке.
— Проверьте всё ещё раз, все улицы. Допросите всех... Взломайте его комнату и обыщите там всё... И найдите его труп, ясно? — сказал Секира.
— Сделаем, босс, — кивнул ему мужчина. — Кинжал мы нашли у мелкого...
Чжань Фу нахмурился и снова замолчал.
Прошло некоторое время.
Наконец он заговорил:
- «Мой напарник»?
— Босс? — его помощник растерялся.
— Он сказал «напарник» его предал... Не по имени назвал, а просто мой напарник... — Чжань Фу прищурился. — Проверьте ещё раз труп. Если надо, найдите того гадателя — пусть назовёт точно причину и время смерти. Сверьте её со свидетелями. Что-то здесь не так...
— Как скажите, босс... А что делать с... Этим стариком? — вдруг спросил мужчина.
Говорили о Фан Лине.
— Его тоже так просто не отпускайте. Из-за него я выставил себя идиотом... Тч, — Чжань Фу поморщился. — Дождитесь, когда он отправится добывать кристаллы и прибейте его. Спишите на случайное происшествие или атаку Гу.
Усатый мужчина в ответ понимающе улыбнулся. На главном, жилом астероиде законы работали кое-как, — на поверхности же прочих астероидов, на которых велась добыча кристаллов, их не было вовсе. Убивать на них неугодных, да так, чтобы не запятнать репутацию, было самой обыкновенной практикой. Можно сказать, что старик уже был нежилец...
Того же мнения были и многие другие сведущие люди; не важно, был ли старик действительно виновен. Важно, что он перешёл дорогу Чжань Фу, выставил его в дурном свете, а это уже было сравни смертному приговору... Многие даже делали ставки, — когда именно его «кокнут»? Во время первой же его экспедиции? Или приличия ради подождут до второй?.. Чжань Фу уважал приличие.
Сам же Фан Линь, пока его хоронили, вернулся в свой номер и сразу же свалился на кровать — мужчина был во всех отношениях этого слова вымотан. Мало того, что создание марионетки заняло чрезвычайно много времени, — так что Фан Линь подпортил себе нервы волнуясь, а успеет ли он вовремя, так ещё штука сожрала почти всё его Ци, — из мужчины как будто вытянули все соки. Чувство было, как будто его тело стало одновременно и лёгким, и настолько лишённым сил, что он всё равно не мог сдвинуть его с места.
Фан Линь устал.
Благо сам процесс контроля марионетки оказался не очень сложным — они по сути были автономными. Просто дай приказ, и тело само сделает, как ты ему скажешь. Мозг оставался важнейшей частью марионетки, а потому она была в ограниченных пределах разумной. Жаль только, что нельзя было использовать воспоминания мертвеца, — они отмирали вместе с душой.
Благо всё прошло более или менее гладко.
Фан Линь полежал немного, а затем присел на свою кровать и скрестил ноги.
Такие люди как Чжань Фу, отбитые честолюбивые лицемеры, явно так просто подобное оскорбление не оставят. Секира наверняка попытается устроить Фан Линю ещё больше проблем, если не явных, то тайных... Оставалось надеяться, что к тому времени Цинь Жуа уже проснётся.
Фан Линь усмехнулся, — как смешно, великий герой, а ждёт чужую помощь.