Уже в коридоре она сделала глубокий вдох и…
Поправила очки.
…
…
…
Чёрная пирамида в столице демонической империи была неизменной, как великий камень, который находился в сердце Города Спящих. Весь остальной мир мог пылать пламенем войны, разливаться кровавыми реками, задыхаться в бурях из дроблёной костной пыли, но пирамида была неизменной.
Немногие помнили, когда последний раз открывались её стальные ворота. И всё же мириады демонов продолжали на неё молиться; они падали перед ней на колени и просили, чтобы Чёрный император вернулся, чтобы он возвратил им великий порядок, чтобы он снова повёл их великую армию на человеческие земли и построил утопию для демонического рода!
Все эти молитвы были тщетны.
Ныне демонической империей правил Великий канцлер, а также некоторые другие влиятельные лорды. Многие из них были Владыками — демонами Четвёртого ранга. Алая Камилла и вовсе достигла Пятого. Она и Первый Жрец Культа Рогатого были главными соперниками за Чёрный престол.
Некоторые даже говорили, что вскоре один из них неминуемо бросит вызов Чёрному императору; некоторые хотели, чтобы это действительно случилось, но до сих ожидания их были тщетны… Чёрный зикурат неизменно возвышался в пасмурное небо, омываемый волнами серого тумана.
Внутри него царило запустение. Многие коридоры были покрытыми толстым слоем пыли. Многие кристаллы, которые прежде в изобилии освещали огромные залы, прежде пропитанные красным светом, со временем погасли, и теперь в них нависала почти удушающая тишина.
Единственное исключения составляла верхушка пирамиды, где находились покои Чёрного императора.
Там, посреди просторного каменного зала, освещённого единственным красным кристаллом, настолько тусклым, что разобрать его свет было почти невозможно, сидела бледная мускулистая фигура.
Волк.
Его лицо было предельно сосредоточенным. В данный момент он пребывал в состоянии глубокой медитации. Тело его казалось даже более крепким и неподвижным, нежели каменные стены.
Но вот его глаза приоткрылись и загорелись чёрным светом.
В ту же секунду дверь отворилась, и комнату заполонило солнце.
— Завтрак готов!
Волк кивнул и приподнялся.
…Уже вскоре он сидел в совершенно другой обстановке. Сверху сияло ясное голубое небо, рядом возвышался толстый дуб, а прямо перед ним стоял накрытый столик, за которым сидела молодая девушка в чёрном платье. Лицо её было светлым и чистым; тёмные глаза — блестящими. Волосы, серые, как утренний туман, дрожали на ветру, который трепетал высокую и то в же время необычайно нежную траву у них под ногами.
Девушка невозмутимо разглядывала древесную крону, тень от которой падала на её лицо.
Волк смотрел сперва на неё.
Затем в тарелку.
Наконец он взял вилку и вонзил её в небольшой кусочек поджаренного (с сырной корочкой) брокколи. Приподнял. Надкусил. Кивнул:
— Вкусно.
— Ещё бы, — хмыкнула девушка. — Ты ведь съешь меня, если я буду плохо тебя кормить, проклятый демон…
Глава 38
М
Волк хотел заметить, что съесть и тем более приготовить душу, лишённую телесной оболочки, невозможно, и что сама по себе душа Маргариты была уже не совсем человеческой… но промолчал.
По завершению завтрака Маргарита заявила, что собирается отправиться в Мир Людей за покупками. Волк, не говоря ни слова, открыл портал. Девушка хмыкнула, надела сумочку, поправила тёмную шляпку и прошла на каменную улицу, с которой ветер доносил приятный травянистый аромат.
Когда портал закрылся, Волк посмотрел по сторонам, на траву, дом, сад, ухоженный лесок неподалёку, на границе холмистого горизонта, перед которым пробегала песчаная тропинка, и уже собирался вернуться в свои мрачные покои и продолжить медитацию, как вдруг весь переменился и, опустив голову, сказал: