Это было необыкновенно уютное место, со всех сторон покрытое цветами… На пороге, например, перед глиняной дверцей, росли маленькие кропельки — незабудки. С левой стороны дома, возле корыта, в котором ещё подсыхала вчерашняя водица, произрастали колокольчики. Всю правую стену накрывала плотная лоза — она протянулась вдоль заборчика, до сада и огорода, которые были разделены чертой.
За хижиной и до дерева растелилось небольшое поле, усеянное сиренью.
Вдруг, что-то пошевелилось среди пурпурных зарослей… Это были босые белые ножки.
Юная девушка примерно четырнадцати лет держала в зубах травинку и нежилась в траве. Её красные волосы разливались среди фиолетовых кустов…
Вот на её тонкую, длинную белую шейку приземлился комар… Девушка вскинула руку и резко его прихлопнула. Затем она растёрла свою ладонь, на которой остался кровавый мазок, о траву, и уже собиралась снова прилечь, как вдруг…
— Роза! Ты тут? — раздался писклявый голосок.
Девушка стала подниматься на ноги.
— Тут…
Её гладкие волосы съехали назад, открывая самую малость заострённые ушки.
— Тут, — кивнула другая девочка, стоявшая возле хижины. Она была немного похожа на Розу, и в то же время заметно от неё отличалась. Волосы у неё были не красные, а каштановые и кудрявые, носик — немного пухленьким, а личико — круглым и детским.
Уши у неё были совсем не острые… Когда рождается гибрид эльфа и человека, природа подбрасывает монетку, определяя, какие черты он унаследует от каждого из своих родителей.
— Мама сказала позвать тебя, — произнесла девочка.
— Иду, иду, — Роза выплюнула травинку, вздохнула и побрела в сторону хижины. Низенькая девочка проследила за ней, затем схватила своими пухленькими ручками ведёрко, которое лежало на траве возле корыта, и махом вылила его на поляну. На мгновение вспыхнула небольшая радуга. Девушка улыбнулась и побежала за Розой.
Когда они подошли к хижине, кудрявая девушка пристроилась спиной к дверце. На ней было сделано несколько столбиков из засечек. Каждый из них был снизу подписан.
Первый, самый высокий, назывался «Роза».
Второй: Акация.
Третий, самый низкий, у которого встала девушка, был подписан: Ромашка.
— Роза, Роза, я стала выше?
Роза посмотрела на свою сестрицу, которая стояла на носочках и всё равно едва-едва дотягивалась до самой высокой засечки, и сказала:
— Немного.
А потом зашла в хижину.
Ромашка довольно кивнула и пошла за ней.
В хижине царила приятная прохлада. На подоконнике, в маленьких, кривых рукотворных горшочках цвели самые разнообразные цветы. Сёстры прошли через прихожую в небольшой зал. С левой его стороны стояли деревянные стулья, сделанные из связанных палок. С правой висела доска. Один из стульев был занят. На нём сидела стройная девушка с очень правильной осанкой. Её уши были особенно острыми, а волосы, завязанные в косичку, переливались чернильным блеском. Она повернулась к дверце и прищурила свои тёмные глаза. Было заметно, что у неё очень дурное зрение.
— Привет… Роза, — проговорила женщина, которая стояла возле доски. Её лицо было болезненно бледным. Снизу и сверху её губ находились маленькие красные порезы. Ещё у неё не было одного глаза… Но, несмотря на все эти пугающие черты, её улыбка выглядела заботливой и доброй.
Это была Азель.
— Ты немного… опоздала, — заметила женщина. — Что-то… случилось?
Её голос то и дело прерывался. Она не могла говорить громко, только полушёпотом. Время от времени ей приходилось набирать воздух в лёгкие.
— Нет, — за Розу ответила другая девушка, Акация.
— Она проспала.
Роза посмотрела на свою сестру немного раздражённым взглядом, а затем нарочито громко зевнула.