Сабли
Сражения.
Пушки.
Пальмы.
Ненастья.
Бури.
Приключения…
Тиберий и его капитан, Натаниэль Тибериус Фердинанд, который стоит на мачте и смотрит на пространное море. Последнее скрывает великую опасность; его бороздят всевозможные монстры и головорезы, и в то же время… в то же время он, Натаниэль, никогда не променял бы ни его, ни солёный ветер, что развевает золотистые волосы девушки, которая сидит перед ним на бамбуковом стуле.
Я сделал глубокий вдох… и щёлкнул пальцами.
В ту же секунду райский кущи растворились, и на смену им выступила песчаная, покрытая ракушками и каралами земля, которые стала медленно погружаться под воду.
Мои глаза прояснились.
Это… Было близко. Ещё немного, и я… Впрочем, сейчас не время заниматься рефлексией.
Я снова напрягся и опустил уровень воды настолько, чтобы суши было примерно в два раза больше, чем когда я впервые стал Натаниэлем. Большая часть мира всё ещё оставалась под водой, но теперь жить в нём станет намного проще. Число ресурсов и пахотных земель заметно увеличится. В качестве бонуса я сделал новые земли более плодородными, исправляя последствия их многолетнего нахождения среди солёной воды.
На горизонте образовался длинный остров — море между ним и утёсом, на котором я стоял, превратилось в пролив. Я посмотрел на него, повернулся и обвёл глазами собравшихся. Многие люди стояли на коленях. Некоторые, закрыв глаза, читали молитвы. Другие постепенно приходили в чувства. Не радость, но величайшее потрясение в этот момент владело человеческими душами.
На пару секунд все они увидели картину рая.
Некоторые посчитают его простым видением; другие — знамением небес, после чего придумают или привяжут к нему новую религию.
С этого дня в пределах этого мира появится легенда про великий алмаз, сокровище королей, краеугольный камень бытия — одновременно сокровище и божество, которое может исполнить всякое желание и провести тебя к земле обетованной.
Уже сейчас я чувствовал, как ростки новоявленной веры пробиваются в коллективном бессознательном и меняют форму моей и вообще всей мировой туманности.
Наконец мой взгляд обратился на трещину в пространстве.
Последняя стремительно закрывалась.
Я вздохнул, со смешенным чувствами наблюдая за тем, как растворяются последние струйки серого тумана. При желании я мог бы… Впрочем, пусть. Я помотал головой. Подумаю об этом после.
Я выпрямил спину и стал подниматься на холм. Во время подъёма я почувствовал сильную усталость. Всё мое тело ломило той особенной ломкой, которая возникает, когда хочешь спать. Я бы свалился на землю, если бы в один момент меня на поддержали слуги. Они помогли мне забраться наверх и посадили на скрипучий стул.
Несколько секунд спустя из тёмной дымки, которая постепенно сгущалась у меня перед глазами, показалась Крисс.
«В порядке?»
Я кивнул.
На самом деле моя слабость и сонливость были искусственного характера. Я сам запечатал свои силы, чтобы материальный барьер этого мира не подвергся ещё большему заражению. В данный момент моя душа была пропитана туманом, она была радиоактивной. Мне пришлось поставить вокруг неё защитные стенки, которые, однако, мешали мне управлять телом Натаниэля.
Пора возвращаться.
— Мне… пора, — сказал я. Шевелить языком было тяжко, как если бы во рту у меня лежал слизняк.
Крисс кивнула, помедлила и сказала:
«Спасибо».