Перед тем как войти в столовую, она положила данную ей таблетку под язык. Кайл не знал, быстро ли подействует препарат. Теперь Делани могла ему сообщить, что это заняло около минуты. Она чувствовала, как по мере растворения таблетки вытекает сила из ее мышц и сбоит сердце.
Она чуть не упала на колени. Слишком рано. Вцепилась в спинку стула. Кайл. Его взгляд. Ей в жизни не забыть выражение его ледяных зеленых глаз, когда он нажимал на спусковой крючок. Без колебаний. Без эмоций. Без раскаяния.
За долю секунды до выстрела ей даже показалось, что Кайл нацелился убить ее по-настоящему, и она успела пожалеть, что так бездумно ему доверилась и приняла подсунутую им таблетку.
«Боже, эта жара превращает меня в идиотку».
Делани осторожно встала с постели. Из-за синяков на ребрах было больно глубоко дышать.
Взяла сумку со столика и вытащила смену одежды. Превозмогая головокружение, оперлась о стену, натянула хлопковые брюки цвета хаки и чистую темно-зеленую водолазку, а пропитанную кровью белую футболку сунула на дно торбы.
Делани чувствовала себя ужасно: внутри болело, тело словно одеревенело. А самыми сильными ощущениями были благодарность и жажда.
Она выудила из сумки апельсин, который догадалась захватить в последнюю минуту, нашла свой нож на столе. Не хотелось загнать корку под ногти, особенно при том, что руки здесь помыть нечем. Делани очистила фрукт и бросила кожуру в сумку. Положив нож обратно на стол, наконец осмотрелась, наслаждаясь сладким апельсином с кислинкой.
Шикарное бомбоубежище отгрохал себе Монтеро: красный атлас, антиквариат. Вполне в его духе. Делани села на край постели. Что сейчас происходит в особняке? Удалось ли Кайлу убедительно обставить ее смерть?
Боже, она очнулась каких-то десять минут назад, а уже сходит с ума от беспокойства. Как, черт возьми, она переживет в этой норе целых три дня?
Делани вытряхнула содержимое сумки на кровать и принялась его рассматривать. Рассосала два завалявшихся на дне шоколадных драже, выпила немного оставленной Кайлом воды. Отложила на потом шоколадный батончик и изучила закладку в книге — прочитана половина, значит, какое-то время можно скоротать за чтением.
Как можно медленнее доела апельсин, а потом последними влажными салфетками протерла лицо и руки.
Боже, так она скоро с ума сойд…
— О, господи, только этого мне не хватало!
Из-под кровати выполз переливчатый жук размером с кулак. Делани машинально подобрала под себя ноги. Насекомое скрылось под столиком.
«Вот тебе и задачка на выживание», — подумала она с сухой иронией.
Контролируя, куда ставит ноги, она встала и задумалась, во что бы поймать жука. Ни за что на свете она не станет делить крохотную комнату с этой тварью.
— Одному из нас придется уйти, жучара, и я решила, что это будешь ты.
Нашлась хрустальная конфетница с крышкой — конечно же, пустая. Делани снова села на постель, скрестив ноги, и сложила запасы обратно в сумку, оставив только книгу в мягкой обложке. Чертова торба весила целую тонну.
Делани покараулила жука, но тот не показывался, прекрасно себя чувствуя под столом, во всяком случае, пока она его подстерегала.
Она решила прочесть пару глав, предпринять еще одну попытку поймать соседа по комнате, а потом немного поспать. Возможно, так удастся растянуть удовольствие от книги хотя бы и на завтрашний день.
Возможно.
Не думая, она сбросила сумку с постели на пол, чтобы вытянуть ноги.
Резкий запах ударил в ноздри так внезапно, что глаза наполнились слезами до краев.
— Вот мерзость! — она раздавила долбаного жука своей торбой!
Зажав рукой нос, Делани спрыгнула с кровати и осторожно подняла сумку. Ага, мертвый жук.
— Фу, вонь-то какая. — Она кашляла, а по лицу стекали слезы.
«Думай, думай!»
Надо выкинуть падаль и проветрить бомбоубежище.
Прихватив атласную наволочку, Делани поднялась по крутой узкой лестнице. Она ототрет от сумки останки жука, замоет ткань оставшейся водой и подержит дверь открытой так долго, сколько осмелится, чтобы запах выветрился. Интересно, часа хватит?