Конечно, Делани предпочла бы окунуться в гущу событий и самостоятельно разыскивать Лорен, но она понимала, что это ей совсем не по силам. Выхода не было.
Дождь, похоже, и не думал прекращаться.
— А что за история с убийством президента?
Кайл откинулся назад, по всей видимости пытаясь, насколько позволяло ограниченное пространство кабины, вытянуть длинные ноги.
— Узнав об интересе Монтеро к бактериологическому оружию, Цезарь Паласиос первым делом предупредил нас.
— Так ты «убил» его, чтобы защитить?
— Ну да. Заняв свой пост, Цезарь при тайном содействии американских спецслужб поддерживал в стране относительный мир. Но положение его шаткое. Народ-то хочет, чтобы правил Паласиос и сохранялась стабильность, а Монтеро хочет совсем другого. Если президент умрет, страну тут же охватят волнения.
— Но вот сейчас он для народа умер, значит, начнутся волнения. И какой во всём этом толк, помимо спасения его шкуры?
— Толк в том, что мы контролируем и что происходит, и когда это происходит. У Монтеро свой выдвиженец на президентство. Исповедующий ту же идеологию, что и хозяин. Но Соединенные Штаты уже выделили значительные денежные средства Паласиосу. И в понедельник он должен был соперничать на выборах с кандидатом Монтеро.
— То есть, если бы кандидат Монтеро победил на выборах, американские деньги потекли бы прямиком к Рамону. А так выборы пока отложат.
— В яблочко. Отсюда и «убийство», — мрачно закончил Кайл. — Придется засекретить Паласиоса до тех пор, пока не разберемся с Монтеро и со всеми его подельниками.
— Очевидно, армии и полиции правда неизвестна.
— Так и есть. Слишком трудно обезопаситься от утечки, — сухо произнес Кайл. — СМИ снабдили ложной информацией. Сегодня они сообщат, что президент в больнице в крайне тяжелом состоянии и его шансы выжить очень малы. А завтра объявят о его смерти.
— У Монтеро мания величия. — Делани поежилась и поудобнее устроилась, поджав под себя ноги.
— Мы не позволим ему зайти дальше. Будь его воля, он завладел бы и воздушным пространством, и морскими путями, — продолжил Кайл, — а поскольку из Сан-Кристобаля нет экстрадиции, Рамон безнаказанно наворотил бы немало страшных дел, а потом юркнул бы в комфортабельную норку на другом конце мира.
Делани хотела заглянуть Кайлу в глаза, но тени от дождя размывали его черты.
— Не пойму, как тебе удавалось так долго притворяться. — Она расслышала нотки принятия в своем голосе. Боже, может, хоть в этот раз он не врет?
— Мне не требовалось притворяться, дикарочка. У меня было идеальное прикрытие. Все, что я делал, — это выполнял свою работу.
Рассказ Кайла запустил часы в голове Делани, напоминающие о том, как мало времени у нее осталось.
Всего три дня на поиски Лорен.
Делани пожевала губу и едва не подскочила от испуга, когда Кайл дотронулся до её плеча. Она повернулась и посмотрела на него.
— Что?
— Дай сделаю это за тебя, — прохрипел он, наклонился и поцеловал ее.
Она хотела снова воспротивиться. Черт подери, честно хотела. Но рука Кайла переместилась с её плеча на затылок, а пальцы запутались в её волосах. В его поцелуе не было напора, только нежность, от которой в горле Делани образовался болезненный комок.
— Будь ты проклята, — произнес Кайл так, словно это были слова любви. — Будь проклята за свое упрямство.
— Эй! Я…
— Закрой, — Кайл царапнул зубами её нижнюю губу, — свой рот.
Глава 11
Его горячий влажный язык с покоряющей решимостью скользнул между ее зубами, а пальцы сильнее обхватили голову. Приветствуя вторжение, Делани коснулась его языка своим и в награду услышала, как Кайл хрипло застонал, отчего ее тело пронзила огненная вспышка.
Извернувшись, она неуклюже обвила его шею руками, подавшись ему навстречу. От его нетерпения у нее зачастил пульс. То, как они сидели, не позволяло им прильнуть друг к другу, но Делани не замечала неудобства, лишь бы Кайл не переставал ее целовать.