За спиной у Роли был рюкзак, набитый хворостом. Подойдя к Виржини, он сбросил рюкзак на землю, похоже радуясь возможности передохнуть. Достал флягу и жадно глотнул.
– Уже который круг вокруг меня наматывает.
Гас вернулся с мячиком в зубах. Роли бросил его снова. Они с Виржини проводили взглядами нырнувшего в заросли пса.
– Кажется, ему здесь нравится.
– Он счастлив где угодно, было бы место побегать. Думает, что он еще щенок. – Роли снова отпил из фляжки, кадык двигался.
Виржини уже поняла, что, как и Тереза, Роли не мастер вести светские беседы. По вечерам он высаживался на пляж, чтобы поделиться уловом, но в основном держался особняком и, не прощаясь, уходил с Гасом сразу после ужина. Она спрашивала себя, был ли он более общительным, когда с ним была жена, изменило ли его одиночество. У нее сложилось впечатление, что Роли решил для себя, что молчание так же ценно, как и разговоры, а может, даже и более.
Сама она не могла похвастаться такой самодостаточностью, ее так переполняло любопытство к этому новому миру, что мысли, вопросы и теории постоянно занимали разум.
– Роли, ты не знаешь, как давно построена эта деревня?
Он только что сделал очередной глоток воды и чуть не поперхнулся, словно она сказала что-то шокирующее. Прикрыв рот тыльной стороной ладони, он сглотнул.
– Деревня?
– Ну да. – Виржини широко повела рукой: – Вот эта. Я все думаю о людях, которые здесь жили.
Он пристально посмотрел на нее.
– Кто рассказал вам об Амаранте?
– Терри. На большой земле. Терри… – Она постучала себя по подбородку. Она никогда не спрашивала его фамилию, но помнила, как называлась его лодка. – С «Шангри-Ла».
– А. – Роли кивнул, будто она подтвердила его подозрение.
– Ты его знаешь?
– Да. Знаю. – Он закрутил крышку и сунул флягу обратно в рюкзак. До Виржини донесся его запах. – Дай угадаю. Он расписал вам, как здесь красиво, но об изнанке всего этого умолчал. Я прав?
– Изнанке?
При виде выражения ее лица он фыркнул.
– Да не пугайся ты так. Терри безобидный. Любит этот остров – вернее, любил. Когда у него еще были силы сюда добраться. Тогда нас тут было немало…
Она подождала, но Роли, казалось, погрузился в воспоминания.
– Послушай, я не понимаю, – сказала Виржини, возвращая его в настоящее. – Что за изнанка?
Он медленно повернулся, оглядывая руины.
– Это не деревня, Ви. Это тюрьма.
Она изумленно уставилась ему в спину.
– Нет…
Он продолжал поворачиваться.
– Точнее, каторжное поселение. При тамошней тюрьме. – Он махнул рукой на северо-восток, в сторону материковой части Малайзии. – Они ссылали сюда людей выращивать копру.
– Они?
Роли снова повернулся к ней. Вздернул бровь. «Тебе ли не знать», – говорило его лицо.