– Давай пистолет, – ответила Яна, с опаской рассматривая «АК-47» и еще какие-то огромные автоматы и ружья.
– Почему не ружье или еще что-то посолиднее? – Коля выбирал им защитные наушники и очки.
– Да я давно как-то стреляла по тарелкам, мало того что промазала, так еще и синяк от отдачи остался. С тех пор с оружием стараюсь не иметь дел.
– Ну тогда выбирай. Наградной «ТТ» подойдет? – покрутил он перед ней аккуратным неброским стволом.
– А ты из какого стреляешь?
– В тире или по жизни? – Коля подумал, как странно звучит фраза «стреляю по жизни», как будто о сигаретах сказал.
– По жизни. Ну или по работе, – чуть подстебнула его Яна.
– «ПМ». Вот такой, 80-х годов, – показал он на нужную модель.
– Зарядишь?
– Не, давай учись сама. Вдруг понадобится кому яйца отстрелить.
– Вообще сейчас не смешно, – осадила его Яна, которая последнюю пару дней всерьез задумывалась о том, чтобы приобрести хотя бы электрошокер.
– Да ладно, давай объясню. Не так сложно. Получаешь оружие и всегда смотришь: заряжено или разряжено. Сначала убрать магазин, поняла? Снять с предохранителя – вот так. – Коля ловкими движениями показывал Яне, как обращаться с пистолетом. Казалось, что он постоянно этим занимается и делает все на уровне автоматизма. – Пока понятно?
– Да, поняла. Попробую. – Яна повторяла за ним, зыркая глазами то на его пистолет, то на свой.
– Ну а дальше зафигачила патроны в магазин, все восемь, нужной стороной – обрати внимание. Можно по одному вставлять, но может быть туговато, а можно этот зуб отодвинуть, и проще будет. Не спеши. Ну вот, теперь закрываешь, снимаешь с предохранителя, и готово. Можно шмалять.
Яна не без труда повторила все за Колей и готова была всадить пулю в мишень. Адреналин так и пер. Но войти в консонанс никак не получалось, и Яна решила для себя, что оружие и она – это продукты несочетаемые, как молоко и огурец, и вообще пистолет круто смотрится только в фильмах, легкий и бутафорский, а не эта убийственная гиря.
Она взяла собственноручно заряженный пистолет, как ей показал Коля, двумя руками и метила в самый центр круга. Она выстрелила раз – отдача была умеренной, но рука дрогнула, другой, третий. Пули пролетали выше центра мишени и максимум попадали в самый край.
– Может, поприжимаешься ко мне сзади, поправишь плечи или что там надо поправить, и я мазать перестану? – Яна заигрывала, как в старые добрые времена, когда между ею и Колей еще не пробежала черная кошка. Точнее, тучный бородатый мужик.
– Вчера не наприжималась? – съязвил он.
– Я сейчас тебе что-нибудь отстрелю! Сам же знаешь, как мне погано.
– Ладно, ладно! – усмехнулся Коля ее угрозе и поправил ее словно деревянные руки. – Опусти плечи и расслабь их. А руки зафиксируй твердо.
– Бесишь ты меня. – По спине пробежали мурашки ровным строем, хотелось развернуться и поцеловать. Вместе с тем, почувствовав странный романтический порыв, Яна злилась.
– Во, это хорошо, в таком состоянии и целься. Представляй, что там мое левое яйцо.
– Почему левое? – Яна прищурилась и старалась прицелиться чуть правее, раз всегда косила влево.
– Ну, мне кажется, что оно красивее, чем правое. Мне, конечно, сложно судить, у меня не такой широкий обзор…
– Так, хорош смешить меня. А то отстрелю сразу два.
– Ян, разреши себе ярость. Это реально помогает. Представь посреди мишени того, кого ты прямо по-настоящему ненавидишь. – Он вспомнил, как распечатал на принтере смазанный кадр с камер видеонаблюдения ночного клуба, где изнасиловали Иру, и как стал попадать в десятку именно после того случая. – Ну или мое яйцо.
Яна представила Никиту. Сидящего спокойно за дубовым столом нотариуса, после того как он пытался подставить и засадить собственную жену в тюрьму. Куда бы она ему выстрелила? Хотела бы убить? Сразу пришло в голову, что неплохо было бы прострелить колено. И жить будет, и бегать не сможет. И каждый раз, когда будет меняться погода, Яна будет испытывать блаженное чувство радости, оттого что он корчится от боли в мениске.
– Слушай, а если угодить мужчине пулей в детородный орган, он выживет? – почти определилась Яна с воображаемой целью.
– Орган – вряд ли, а мужчина может. Все-таки под прицелом моя мошонка?
– Да сдалась мне твоя мошонка! – отмахнулась Яна.