Глава 15
Коля продолжал сидеть в темной комнате, позабыв о существовании электроприборов, кроме компьютера, уткнувшись носом в рассеянный пучок света, исходящий от монитора. Что еще можно найти прямо сейчас? Ночью некого дернуть. Делом Захарова занимались многие подразделения, потому что его раскрыли в пособничестве по всем фронтам: отмывание бабла наркоторговцев из Средней Азии, незаконный оборот валюты, торговля ведомственными землями и даже несколько трупов в прудах Подмосковья, которые, правда, ему не пришить никакими нитками.
Коля вспоминал подробности, которые были ему известны из разговоров коллег. Дела были настолько громкие, что в кулуарах только об этом и судачили. Что до Марченко, то он загремел за решетку уже после того, как упекли Захарова. Когда «благотворитель» оказался под следствием, обнаружилось множество точек соприкосновения между ними. Изначально Захаров «крышевал» его бизнес с микрокредитованием и маскировал торговлю «мертвыми душами», на паспорта которых оформлялись несуществующие кредиты, и потом в кассу возвращалось много белой налички. После Марченко присаживались и другие пешки, прежде неинтересные органам, и раскрываемость преступлений после его задержания как-то резко повысилась. Веточка за веточку, кустик за кустик. Потянулась вереница по этапам.
Ходила легенда, что Захаров и Марченко оставили общак, за которым все, от шишек в ЦАО до конторских, непрестанно охотились который год. Как бы дать понять Яне, что Никита и Кирилл связаны с этим общаком? Просто залегли на дно, а теперь вовсю пилят? Яна же упоминала, что Никита был связан с выводом крипты. А с криптовалютами очень сложно отследить пути и лазейки. Конечно, спецы из кибербезопасности подключатся, но они годами раскрывают свои преступления, так как биткоин не пометить, и максимум – человек может попасть под ОРМ, но доказать его причастность к кошельку на деле практически нереально. И если Кирилл в хороших отношениях с новыми технологиями, то их с Никитой прижать будет практически нереально. Но какого черта Кирилл сейчас вышел на Яну? Шьет свои костюмы, в деньгах понимает только порог, после которого банк начинает списывать проценты за переводы. Да она при всем желании бы не разобралась в том, что хранилось на ноутбуке. И seed-фразу, видимо, не знает, раз так перепугалась.
Подойдя к окну, Коля прислонился лбом к стеклу. Яна крепко влипла, если эти люди имеют на нее зуб, уверенные, что она подстраховала себя копией компромата. Коля посмотрел на телефон: сообщений от Яны не поступало. Остается ждать утра, чтобы связаться с ней. Сунуть распечатки, чтобы осознала всю шаткость и зыбкость своего положения. Что катается не на канате, а на измученном пергидролем волоске портовой шлюхи.
Вообще странно, что Яна не отвечала ему с девяти вечера. Она не могла лечь спать в такое время. «Надо удостовериться, что она дома», – Коля полез в сообщения, чтобы открыть местоположение Яны.
«„Хаятт“? Какого хера ее по отелям носит?» Это место было печально известно ему, как-то была спецоперация. Брали одного из криминальных авторитетов, который обдолбался и отсиживался в номере с чемоданом денег, а когда его пришли вязать – отстреливался.
Коля достал пистолет из сейфа, хотя прежде, за исключением серьезных выездов, обходился так – силой слова и голыми руками. Вызывать наряд – слишком большой геморрой, придется самому съездить. Он вспомнил ту сонную и растрепанную Яну, что по-детски восторженно смотрела на задержание взяточников, с озорством улыбалась ему, и очень надеялся, что оружие в этот раз не пригодится. Сильнее всего Коля переживал, что она могла пойти на встречу с Никитой, или с этим Кириллом, или, что в текущем положении вполне вероятно, с людьми Захарова. Почему она поехала к ним одна, не предупредила? Проснулась самостоятельность, блин, не вовремя.
Коля сел в машину и как в тумане вилял по пустым угрюмым переулкам центра, объезжая тусующуюся Петровку. Вот за хрена сейчас за нее впрягается? Отставить чувства! Отмена миссии! Обещал же себе больше никого не спасать. Он и так делает свое дело – чистит город от падали. По-моему, вполне достаточно для санитара леса, а точнее, Первопрестольной. Тем более кто он такой? Тридцатишестилетний майор, который даже до подпола не дослужился? С официальным окладом 55 тысяч рублей. Моська, тявкающая на слона, ей-богу – чертыхнулся он на самого себя, ощущая низменность своего положения, что его место на нижних ступеньках социальной лестницы, даже до пешки-Никитоса недотягивает пока по силенкам и возможностям. Запертый в системе некогда идеалист, наивно мечтавший организовать торжество и пиршество справедливости. Нет, на мелководье у него получалось, но стоило зайти по колено, как его засасывал тягучий ил разочарований.
Ворвавшись в холл «Арарат-Хаятта», опер оценил обстановку: никаких следов драки или дебоша, все довольно стандартно. Уже хорошо. Встреча должна проходить где-то в спокойном месте. Коля заглянул в армянский ресторан и лобби-бар отеля, где никого не обнаружил. Там было практически пусто, только несколько мужских компаний выпивали под ароматные закуски и терли о часах в платине и вынужденном положением в обществе прелюбодействе. Он в очередной раз проверил местоположение Яны через телефон – еще здесь. Пришлось вернуться в отель. Администратор залипала в инстаграме, завистливо рассматривая чье-то кольцо с полупрозрачным мятным изумрудом, увеличивая пальцами фото. Понурая горничная слонялась по холлу и делала вид, что протирает пыль. Метрдотель потягивался и держался за поясницу – профессиональная травма, видать.
Коля подошел к стойке и, не поздоровавшись, обратился к девушке с бейджиком «Екатерина. Администратор».
– На Яну Шмелеву есть номер?
– Доброй ночи. Вы курьер? – оглядела она Колю как фейсконтрольщик.
– Да, курьер, блин. – Коля достал удостоверение и ткнул в лицо Екатерине. – Есть или нет Шмелева?
Девушка заглянула в монитор компьютера и сказала заговорщицким тоном:
– Третий этаж, номер 348. Из лифта направо.
– Идемте со мной, мне нужно будет открыть номер, – скомандовал Коля, надеясь на то, что сотрудница растеряется и безропотно последует за ним.
– На каком основании? – встала она на дыбы.
– На основании проблем, которые будут, если приедет наряд и телеканал «Лайф ньюс», которые засрут тут все. – Коля снова раздраженно достал корочку и ударил ей о стойку. – Наряд вызвать или этого все же достаточно?
Екатерина немного засомневалась, но поняла, что ей и посоветоваться не с кем. В ночное время никого из руководства нет, а служба охраны в контры с полицией вступать не будет и препятствовать не станет. Да и, потом, ладно бы гость постоянный, за него бы вписались, а тут залетные, хрен с ними. Пусть огребают, что бы они там ни натворили.
В душе Екатерина ликовала. «Наконец эскортницу брать приехали. Хоть одну заберут, так ей и надо. А то вечно эти лощеные девицы стригут бабло, налоги не платят, и все им с рук сходит. Прожигают жизнь, аж искры летят! А ты тут пашешь сутками напролет и только колготки прожигаешь чужими искрами… Странно, конечно, что она оплатила номер сама, но, может, теперь у них в таксу входит аренда помещения», – клубились Катины мысли, пока она программировала второй ключ от номера.
Опер помчался по лестнице, девушка не успевала за ним.
– Вообще-то у нас лифт есть, – сказала администратор, но ее не услышали. Коле было совершенно непонятно, какого черта Яна здесь забыла. Встречи в номере – это странно, а если ее похитили, то не стали бы регистрировать номер на ее паспорт, это полная чушь. Разве что она решила спрятаться? Он винил себя, что не видел сообщений. Вроде бы все предусмотрел, а тут недожал.
В чреве номера слышался тихий шуршащий шум, похоже, что вода в душе. Коля приложился ухом, прежде чем открывать номер, но больше никаких звуков не разобрал.
Катя открыла дверь ключом, распахнула ее перед сотрудником полиции, с интересом заглядывая внутрь. Яна сидела бледная и неподвижная на краю кровати, абсолютно голая, и записывала странное голосовое сообщение: «Секс был говно, верни Керуака». Она смотрела прямо перед собой, на стеклянный стол с остатками белого порошка. Единственной ее реакцией на вошедшего Колю – натянутая нитью полуулыбка. В мусорном ведре рядом с кроватью – змеиный клубок использованных презервативов. В комнате стоял отвратительный смрад секса и лубриканта, пота и перегара, фужерных женских духов и древесно-кожаного мужского мускуса.
Коля пощелкал пальцами перед лицом Яны, чтобы она наконец обратила на него внимание и хоть как-то отреагировала. В этот момент из ванной показался лысый мужик с татуировкой в виде дракона на полгруди. Он припоясался полотенцем, которое еле держалось, оголяя густую дорожку темных волос, тянущуюся от пупка к паху.
– Ты еще кто? Какого… – Денис посмотрел на неизвестного мужчину и девушку с ресепшена.
– Я кто? – Коля достал ксиву, даже не разворачивая ее: по обложке поймет. – А свои документы покажешь?
– Зашибись потрахался… – Денис полез обшаривать карманы в поисках паспорта или прав, придерживая одной рукой полотенце. – И что у нас случилось?
– Передвижной наркопритон ваш приехали брать, – Коля указал на столик с остатками кокса.