— Главное, что он поверил, — Люся потрепала Астру по макушке, — Он даже взятку регистратору предложил, чтоб нас день в день развели.
— Боюсь спросить, что подумали сотрудники ЗАГСа на это, — сказала Галина и прыснула в кулак.
— Полицию вызывать хотели, вообще-то. Спрашивали, не бью ли я его.
Женщины переглянулись и рассмеялись.
— Ох уж эти несчастные мужчины! Вечные жертвы, с какой стороны не глянь! — воскликнула Астра.
— Я очень боялась, что меня начнут уговаривать сохранить семью и всё такое, — сказала Люся, — но шоу, которое им там Саша устроил, заставило их напрочь забыть о моём существовании. Но, знаете, пусть они лучше извергом меня будут считать, чем начнут пороть чушь о вечном женском долге по факту рождения. Я этого в больнице наслушалась, когда медсёстры уговаривали меня простить мужа.
— Медсёстры? Серьёзно? — возмутилась Галина, — Они там с логикой вообще не дружат и не видели, что он с тобой сделал?
— Я не хочу вспоминать подробности, если честно. Но, чтоб ты понимала, будь у меня твои способности, я превратила бы в жаб половину больничного персонала.
— Знаешь, что?! — решила перевести тему Галина, — Поехали в магазин! У меня дома до сих пор беда с продуктами, и, заодно, возьмём тортик и что-нибудь ещё вкусное. Уверена, что ты, как и я, новый год толком не справляла. Вот и отпразднуем!
Люся согласилась, хоть радость и растворилась в горьких воспоминаниях. В магазин она не пошла, оставшись караулить Астру в машине. Однако, по мере приближения к родной деревне, настроение у блондинки улучшалось на глазах.
В доме ведьмы обе женщины с энтузиазмом принялись за готовку. Астра помогать не захотела и демонстративно сбросила с себя личину обезьяны. Ещё на большой миске салата была понятно, что столько они не смогут съесть даже при содействии собаки, но их было не остановить. В конце концов, можно было угостить Петра Васильевича и его внучку Вику, у которой ещё не кончились зимние каникулы, позвать Серёгу и даже позвонить Паше.
К вечеру, вымотанные женщины со смешанными чувствами утрамбовали наготовленное в холодильник. Подмога была определённо нужна, но вызывать помощников решили не раньше утра. Вечер Галина и Люся хотели провести только вдвоём, не считая болтливого фамильяра ведьмы.
Под старый новогодний фильм женщины устроились в гостиной, каждая с порцией оливье и куском торта. Астра комментировала происходящее на экране и заливисто смеялась над комичными моментами. Собака даже не заметила, что для неё не приготовили лакомств. Атмосферу дружеской, почти семейной, идиллии нарушил грустный вздох Люси.
— Галь, почему ты мне помогаешь? — спросила блондинка, глядя в экран телевизора, — Мы так и не поговорили об этом.
Ведьма отложила блюдце с остатками торта на журнальный столик и с прищуром посмотрела на свою подругу.
— Ты всё ещё ждёшь от меня подвоха?
— Н-нет, — растерянно ответила Люся, — я хочу понять твои мотивы.
— Женщина помогает женщине в сложной ситуации, потому что хочет и может помочь, — глядя в стену, сказала Галина, — Никакой другой мотивации у меня нет.
— Хорошо, я перефразирую, — блондинка тоже отложила блюдце и пристально посмотрела на ведьму, — Почему ты захотела мне помочь?
Галина удивлённо посмотрела Люсе прямо в глаза и подняла брови.
— Ты была в беде, твой муж едва тебя не убил и угрожал повторить попытку. Я что, какой-то валенок, полностью лишённый эмпатии, по-твоему?
— Конечно, нет! — подруга ведьмы стыдливо опустила голову, — Но… разве ты не считаешь меня полной дурой?
— Что? — Галина поперхнулась возмущением, — С чего бы мне считать тебя дурой?
Люся отвернулась обратно к телевизору и скрестила руки на груди. Поджав губы, она пыталась сформулировать мысль так, чтоб подруга, наконец, поняла её. Ведьма не умела читать мысли, но прекрасно понимала язык тела и терпеливо ждала. Женщины разговаривали будто на разных языках, и обе они были слегка раздражены этим непониманием.
— Ты, — наконец, начала Люся, — иная. Я сейчас даже не про то, что ты ведьма! С колдовством или без него, ты — женщина, живущая почти обычную человеческую жизнь.
Галина кашлянула и попыталась возразить, но её подруга подняла ладонь.
— Не перебивай. Ты не в лесу живешь, не в башне, не в норе под землёй. Ты живёшь среди людей, ведёшь вполне человеческий быт, имеешь человеческие потребности и общаешься с людьми. Но ты умная, сильная, самодостаточная и, вероятнее всего, большинство людей считаешь дураками, как и обычные люди, которым повезло стать умными, сильными и самодостаточными.
Люся вопросительно посмотрела на Галину, ожидая подтверждения своих слов. Ведьма кивнула.
— Так вот. Логичным было бы предположить, что ты, избежавшая человеческого воспитания, считаешь проявлением величайшей глупости добровольное вступление в брак с таким человеком, как Саша. Ты вообще выше стремления людей заводить семьи, а у меня и не семья вовсе, а чистый мазохизм. И я же всерьёз хотела родить того ребёнка! Как можно не считать меня дурой? Если б я была на твоём месте, я бы в свою сторону только презрительно фыркнула бы!
— Ах вот оно что! — протянула ведьма, — Ну что ж. Твоя первая ошибка — ты судишь других по себе и проецируешь на них свои мысли. Ты можешь сколько угодно считать саму себя дурой, но не нужно думать, что дурой тебя считают все вокруг. Вторая твоя ошибка — ты сделала обо мне выводы, мало что обо мне зная. Лишь в одном ты оказалась близка к истине — о большинстве людей я действительно не лучшего мнения.